Николай Якубенко - Испытание огнем

Следующая сотня «железной» пехоты перевалилась через батарею с обнаженными клинками и вскоре скрылась за поворотом. Виталику происходящее совершенно не нравилось. То, что это не войны Истинного ордена было понятно даже младенцу. С кем они встретились на узкой дорожке и сколько их, было совершенно непонятно. На каждое орудие оставалось только 12 выстрелов картечи и одно с ядром. Виталику хотелось, чтобы зарядов было не меньше сотни.

Орудия в очередной раз перетащили назад, вестей от ушедшей вперед сотни пехоты не было. Новый разъезд всадников скрылся за поворотом и тут же стал возвращаться назад – всадники что есть сил гнали своих коней, убегая от неведомого противника. Они достигли импровизированного «штаба» позади батарей и командир стал отсчитываться.

– Сир капитан, их множество! Вся дорога впереди запружена войсками и они скоро будут здесь!

– Кто это, бездна тебя побери?!

– Это точно не Истинный орден. Многие солдаты носят чалмы и кривые сабли. Остальные одеты в тряпье и вооружены только копьями и длинными ножами. Все они несут большие прямоугольные щиты из дерева.

– Маги?

– Мы видели только одного. Он был одет в красный халат, чалму и ехал на странном горбатом животном.

– Бездна, это орден с Яххина! Откуда они здесь взялись?

– Не знаю, сир капитан.

– Конечно не знаешь. Что с нашей пехотой?

– Сир капитан, они поглотили нашу пехоту. Но они дорого отдали свои жизни – по дороге тяжело ездить от трупов.

Мысли присутствующих прервал воинственные крики – из-за поворота показалась толпа врагов. Они не были построены в ровные ряды, не блистали железными доспехами, зато их было много. Увидев врага, они подняли свое оружие к небу, закричали и устремились вперед.

– Сир Ветал, вы сможете их остановить?

– Сир капитан, у меня слишком мало зарядов. Может быть, удастся обратить их в бегство, но они снова пойдут вперед.

Капитан Жерье взялся за рукоять своего меча и окинул присутствующих взглядом, в котором разгорался огонек бешенства.

– Слушайте приказ. Сир Ветал выстреливает все заряды, после этого сотня лейтенанта Свенсона сковывает врага боем и корпус отступает. Пушки забираем с собой, солдаты садятся на телеги и мы гоним коней, что есть силы. Сириул, срочно передавай сообщение в штаб. Ветал и Конин – готовьтесь отключать антимагию и встречайте врага огнем.

Свенсон, ты останешься здесь навсегда. Колонна должна получить время, чтобы уйти.

– Так и есть, сир капитан.

– Мне жаль, что так получилось.

– Это война, сир капитан.

– Правильно. А мы на ней солдаты. Шевелитесь, чтоб вас бездна сожрала!

Толпа врагов уже перевалила за останки троллей и гвардейцев. Когда до них оставалось 200 метров Ветал поднял красный флаг – враг слишком быстро приближался, чтобы тянуть до последнего. Три выстрела послали картечь вперед, потом еще два и опять три. Темп стрельбы возрастал с каждым выстрелом – артиллеристы делали все возможное, чтобы только стена из врагов не приблизилась к ним.

Солдаты противника не были защищены даже в самыми плохими доспехами, их тела покрывала только светлая ткань, которая с каждым выстрелом окрашивалась красным. Стена из врагов приближалась, оставляя по дороге ковер из убитых и раненых. На пятидесяти метрах огонь артиллерии стал по настоящему страшен – картечь проходила сразу сквозь несколько тел, после залпов сразу солдат врага отбрасывало назад, остальные просто оседали и их место занимали следующие.

На тридцати метрах стрельба неожиданно прекратилась. Виталик не сразу понял, что заряды закончились, артиллеристы выхватили свои клинки, достали щиты и застыли позади орудий в ожидании врага.

– Назад идиоты! Все назад!

Еще не отойдя от грома выстрелов, артиллеристы отошли, и их место заняли пехотинцы. Укрываясь за пушками, они образовали плотный строй. Через какие-то мгновения в него врезалась толпа врагов.

О том, чтобы вытаскивать пушки не было и речи. Ветал вместе со своими бойцами протиснулся через плотные ряды пехотинцев и поспешил к обозу. К тому времени телеги успели развернуть. Ветал развязал свою кобылку, оседлал ее и ударил ногами в бока. Не оглядываясь назад, он поскакал обратно. Рядом с ним артиллеристы расселись по телегам и принялись нахлестывать лошадей. Вся масса колонны тронулась с места и бежала.

Шла третья неделя бегства. Через несколько часов после начала отступления остатки корпуса догнала кавалерия противника и попыталась сковать боем. Тогда отличился маг Конин – стоило кавалерии приблизиться, как в нее врезался столб огня. После этого уничтожить остатки экспедиционного корпуса не пытались.

В один из дней капитан собрал совет и объявил, что на главные силы у цитадели напал Ифритовый орден. На Варт он привел наемников со всего Яххина, множество магов и даже драконы! Сейчас главные силы успешно обороняются, но чем все закончится – непонятно. Остатки экспедиционного корпуса должны направляться к небольшому поселку Симвон, где его будет ждать пополнение. Сколько его будет – неизвестно.

Второго помощника Магистра Железного ордена разжаловали в линейные маги – он отвечал за разведку. За то, что его ведомство упустило целую армию, мага в начале хотели показательно казнить, но в последний момент решили оставить опытного мага в живых, и отправить его отбывать наказание в армию. Прозевать целые орды противника было глупо, но лишаться опытного боевого мага в самый разгар войны было бы верхом идиотизма.

Виталика, и вообще всех присутствующих на совете, новости не обрадовали. Но и не сильно удивили. То, что на Варт вторгся орден из Яххина, было понятно еще раньше, и к этой мысли успели привыкнуть. Через несколько дней после начала бегства уже никто не выжимал из лошадей все возможные лошадиные силы и не оглядывался назад со страхом.

Веталу больше всего не нравилось его положение – артиллерист без пушек. В пехоту его пока никто не переводил, но без появления в отряде орудий это было неизбежно. Быть следующим командиром, которому прикажут прикрывать отход главных сил, ему не хотелось. К магической службе его не привлекали, отправлять обратно в Магнитку и подавно не спешили. Безопасная экскурсия по городам и замкам континента Варт подошла к концу, вместо этого он попал на настоящую войну с непонятным исходом.

Его бойцы тоже оптимизмом не удивляли. Они уже ощутили, что значит быть артиллеристами – «богами войны». Опять становиться гвардейцами им не хотелось.

Постепенно местность стала меняться. Холмы и небольшие горки уступили место для леса. Настоящего леса. С огромными деревьями, тихими речками и полянами. Дорога прекратила петлять и катилась вперед ровно, безо всяких поворотов. По пути они встречали редкие деревеньки, спрятанные в кронах деревьев, и рацион солдат пополнился медом диких пчел с ягодами. Лето делало лес вокруг сказочным, наполненным загадками и тайной. В другое время Виталик с удовольствием любовался им. Но не сейчас. Сейчас неизвестность не давала ему покоя.