Даниил Аксенов - Реформатор

– В подчинение? – переспросил великий ишиб.

Было видно, что эта фраза ему не нравится.

– Иначе возможен хаос, – доверительно объяснил король, – Командование должно быть единым. Ты ведь сам понимаешь, что не может быть двух командиров, когда нужно спешно принимать решения. К тому же, повторю, что это – только на период военных действий. В мирное время Академия получает полностью независимый статус.

– Ну, не знаю…, – Парет колебался, – Прямое подчинение – это уже слишком.

– Но в случае, если Раниг падет, кто может гарантировать сохранность Академии? Разве ты не считаешь, что Академия и государство в этом вопросе должны идти рука об руку?

– Да, скорее всего, это так.

– Тогда соглашайся, – посоветовал Михаил, – А взамен я соглашусь на твое предложение по голосам в Совете.

– Для такого вопроса это недостаточно, – покачал головой Парет.

– Изволь, я добавлю мое согласие на то, чтобы учителя Академии обладали привилегией носить те цвета, о которых ты просил недавно. И на то, чтобы одаренных детей из бедных семей Академия имела право разыскивать по всей стране, забирать у родителей и предоставлять им бесплатное обучение за счет казны. Ты ведь об этом тоже просил.

– Если это такой важный для твоего величества вопрос, то прибавь к этому вот что. Глава Совета может быть отстранен от должности лишь временно. Скажем, на месяц. И только если за это выскажутся десять голосов из четырнадцати. Потом – повторное голосование с его участием.

– Парет, неужели ты сомневаешься в том, что будешь занимать этот пост пожизненно?

– Конечно, нет, твое величество, но лучше, если в Уставе будет записан и этот пункт.

– Хорошо, пусть будет так.

– И жалование учителям должно быть удвоено.

– Да, это тоже принимается.

– Подозрительно много уступок, – сказал великий ишиб, – Но, конечно, если твое величество так ставит вопрос, то я просто не могу отказаться. Да и твои уступки действительно велики. Но соглашение о войне будет действовать только на период настоящей войны между крупными странами. Не искусственно созданных небольших конфликтов, а войн между королевствами или империями, когда есть угроза самому существованию Ранига.

– Разумеется, в случае лишь настоящей войны. Парет, я не буду тебя обманывать в этом. Война – это серьезное дело, и любая помощь может оказаться решающей. Значит, по рукам?

– Что? – не понял Парет.

– С этого момента наше соглашение по данным пунктам вступает в силу, не так ли?

– Думаю, что да.

Михаил улыбался.

– Постой-ка, – произнес великий ишиб, – Мне кажется, что в столь быстром решении вопроса и в столь значительных уступках есть какой-то подвох.

Король молчал, а улыбка стала еще шире.

– Думаю, что знаю, в чем дело, – пробормотал Парет, – Началась война, не так ли?

– Угадал, – радостная улыбка его величества контрастировала со смыслом произнесенного.

Хотя Михаил добился от Парета согласия оказать существенную помощь и радовался этому, к этой радости примешивалась печаль. Печаль возникала, когда он думал о том, во сколько это ему уже обошлось, и во сколько обойдется в дальнейшем. Конечно, Парет того стоил, но все-таки сумма была огромной.

Справедливости ради, нужно отметить, что Академия, еще не начав функционировать как следует, уже приносила пользу. Например, Михаил не имел возможности, да и не хотел заниматься массовым изготовлением двухфункциональных амулетов, предназначенных для продажи. Также ему не хотелось занимать этой проблемой никого из своих ишибов, которые и так были наперечет. К тому же, для подобной работы требовался безусловно верный и честный человек. После долгих раздумий, к королю пришла в голову счастливая мысль обратиться к Парету. Тот сразу же оценил финансовые перспективы предприятия и выделил пару надежных учеников, на плечи которых и легла работа по изготовлению коммерческих амулетов.

Вскоре после объявления войны, со своими полками вернулись в столицу Торк и Танер. Оба войска находились в плачевном состоянии, понеся тяжелые потери.

В отличие от Торка, полковник Танер не решился отступить перед началом первого же сражения. На его долю достался другой отряд ишибов Кманта и Томола. Очевидно, что союзные королевства разделили свои силы, чтобы атаковать находящиеся поблизости от границы полки. Конечно, если быть точным, Танер все же отступил, даже бежал с остатками войска, но сразу после сражения. Такой результат можно было предсказать заранее. Однако, сражаясь, полковник ухитрился нанести противнику существенный ущерб. В соответствие с его докладом, было уничтожено около сорока-пятидесяти вражеских ишибов. Но за это пришлось заплатить потерей половины солдат и тринадцати полковых ишибов из двадцати четырех.

Если Михаилу поведение Танера, который ставил перед собой цель нанести врагу максимально возможный ущерб, было понятно, то о событиях, произошедших с Торком, этого нельзя было сказать.

Король, принцесса и пятеро военачальников: Ронел, Комен, Маэт, Танер и Торк обсуждали произошедшее.

– Торк, а почему ты не разбил полк на небольшие отряды, если принял решение отступать? – спросил Ферен-старший, – Ведь тогда противнику пришлось бы тоже разбиваться на группы и преследовать каждый из них в отдельности?

– Я был в полной уверенности, что мне удастся убежать и так, – пожал плечами полковник, – Зачем тогда делить войско на отряды? Их бы пришлось собирать потом, а, кроме того, был бы риск потерять их. К тому же, мне не хотелось, чтобы вражеские ишибы переключились на обоз. А так они в полном составе преследовали полк.

– А как все-таки получилось, что ты вышел прямо на вторую армию противника? – спросил Комен, – Неужели дозоры не успели предупредить?

– Понимаете, – замялся Торк, – Я не выставил дозоры… Не сообразил, что на такой скорости можно послать вперед еще более быстрого ишиба-двух. Признаю свою ошибку.

Король кивнул. Он и не ожидал, что с самого начала все пойдет как нужно. Ему хотелось лишь одного: чтобы его приближенные, да и он сам, учились как на своих, так и на чужих ошибках.

– Но ты ведь мог атаковать обычных солдат в лоб, – заметил Ферен-старший, – На твоей скорости просто бы снес их.

– Во-первых, они бы меня все равно задержали, а получить удар в спину не хотелось, – начал объяснять полковник, – А во-вторых, впереди тоже были ишибы, хотя, конечно, не в том количестве, что и позади меня. Ишибы бы не позволили мне атаковать на большой скорости. Что и случилось, когда полк развернулся. Через что только не пришлось пройти! Ветер, огонь… Мы едва продвигались. Это было жутко! Даже если бы мне еще год назад кто-то сказал, что я пойду в атаку на двести пятьдесят ишибов, я бы счел его сумасшедшим! К тому же мне удалось уничтожить около двадцати ишибов. Точно не могу сказать: нельзя было подсчитать в пылу боя, основываюсь лишь на словах выживших.