Татьяна Талова - Королевская стража

— Недавно. Знаешь, я хотел узнать все от тебя, — бард устало потер слипающиеся глаза. — Пусть даже и в нашей игре. Твоя честность означала бы, что ты согласишься принять мою помощь. А так… придется помогать без спроса.

Риннолк хотелось уткнуться носом в колени и завыть. Еще месяц назад она бы гордо отвергла любую помощь, вздумай ее кто-то предложить, а сейчас больше всего желала, чтобы кто-нибудь, сильнее и умнее, вовремя подставил плечо.

Определенные подозрения у Кайсы появились еще тогда, когда Риннолк обмолвилась о внешности Белых гостей, а укрепились — когда он коснулся ледяной руки. Проклятье призрака не снимет даже самый сильный маг… Можно лишь выполнить то, что успел пообещать покойнику.

— Я не могу, — прошептала Риннолк.

Кайса вскинулся. Он ожидал услышать что-то вроде «ты не можешь», «ты не посмеешь», а тут…

— Она взяла с тебя слово, да? — горящими глазами Кайса уставился на Риннолк. — Что только ты, ты одна должна… Мстить? Уничтожить того, кто стал причиной ее гибели?

Девушка молчала.

Глупо. Глупо. Лиотто пришла в сторожку на границе Шейм-Оннэ, такая, какой покинула дом. Какой Риннолк ее запомнила. Какой она осталась до сих пор. И Риннолк открыла дверь… Ведь знала — нельзя! И хотела только посмотреть, взглянуть, ведь последняя встреча была так давно! Сестра улыбнулась печально, протянула руки…

Если заговорить с Белым гостем, он может потребовать что-либо с собеседника. И пока ты не выполнишь обещание в точности, призрак будет пить твои силы, долго… пока не потеряет терпение. И вот тогда — смерть.

— Не бойся! — в какой-то горячке, полубреду, Кайса перебрался к наемнице, обнял, на миг прижался губами к холодному лбу, попытался согреть ее ладони в своих. — Ты ведь ничего не рассказала, ровным счетом ничего! Я сам догадался, призраку этого не понять… они же глупые и упертые, эти призраки… Так что я не буду тебе помогать — просто стану искать убийцу твоей сестры. Сам. Просто потому что я так хочу… Не говори.

Благодарность застряла в горле. Потому что благодарность — это уже согласие с помощью.

— Ждем до утра, — пробормотала Риннолк, незаметно, — как ей казалось, — смахивая слезы. — Я знаю, как тебя занять. Помнишь, о чем мы договаривались?

В тот момент Кайса не помнил ничего, кроме событий последнего вечера, но кивнул.

— Раз я учу тебя драться, ты тоже должен меня чему-то научить…

Взгляд Риннолк указывал на стоящую в углу комнаты лютню. Кайса не поверил своим глазам и ушам.

Глава 24. Во сне и наяву

Почему бард может хорошо драться, а самое большое, на что способен наемник, так это прогорланить в таверне пару похабных куплетов? Это явно придумали завистники, не умеющие сражаться тяжелым двуручником! Или побитые барды.

Кайса попадал в обе возможные группы, причем в первой находился постоянно, а во второй — время от времени. Но это не помешало ему начать бороться за правду.

Глупость, что рука воина не способна извлекать из лютни чудесные звуки, — способна, если только в бою не отрубили!..

Но, судя по всему, Риннолк являлась не воином, а бревном. Пальцы у нее были, что называется, деревянные, а расслабить кисть и вовсе оказалось почти непосильной задачей. Кайса никак не мог взять в толк — почему? Смущается чего-то? Вроде нет — бард уже привык определять степень ее робости по красноте. Не доверяет? Здесь… здесь все возможно, как никак, не так давно Кайса был готов приставить нож к ее горлу.

Девушка сдалась на третьем ойте занятия, а бард, наоборот, только сильнее загорелся идеей научить наемницу играть. Вымучив из инструмента самую простую мелодию — песенку «На облачках» обычно распевали играющие детишки, — Риннолк махнула рукой и со словами «Все, это шедевр!» отодвинула лютню, а заодно и барда.

Сидели по-прежнему на полу — как оказалось, они выбрали самый удобный угол во всей комнате. Говорили много, бессвязно, путано и откровенно — как всегда разговаривают люди, борющиеся со сном. С нервными смешками пообещали все забыть наутро… Но, конечно, не забыли, а сделали вид.

Как это часто бывает, ночь поделилась на время, когда просто страшно хочется прилечь, и на промежутки странного, усталого бодрствования, когда понимаешь — явно что-то с тобой ненормально, но спать вроде и не хочется. Первую атаку дремоты Элле-Мир и Риннолк благополучно перетерпели, а вторая как раз пришлась на раннее-раннее утро. По крайней мере, для девушки.

— Хорошая была идея, — Кайса зевнул, но, скорее, просто поддерживая сонную наемницу. — С лютней.

Давал о себе знать банальный здравый смысл и привычка — смотрите, господа, уже солнце встает, не пора ли спать?..

— Весь день будем чувствовать себя недобитыми мухами… — вздохнула Риннолк.

— Завтра — выходной, — улыбнулся бард.

— А как же поиски отравителей? — девушка вспомнила о них впервые за ночь.

— Квирры с ними, — серьезно обдумав вопрос, ответил Кайса. — Отсыпаться будем, из комнат не выйдем, они и решат, что того… получилось.

— А потом появимся в тронном зале и глянем, кто больше всех удивится? — усмехнулась девушка.

— Читаешь мои мысли! Ри…

— А?

— Ложись спать, на тебя смотреть страшно. Почти утро…

Наемница помотала головой — мол, вот еще, я тут вообще-то взялась следить за твоим здоровьем.

— А я лягу, — решил бард. Кое-как перебрался на кровать, вытянул ноги. Риннолк какое-то время хмуро взирала на него с пола, потом поднялась, неуверенно присела рядом.

— Раз с тобой все в порядке, я пойду?

Элле-Мир помолчал, глядя в потолок, потом кинул взгляд на перебинтованную шею Риннолк, поинтересовался тихо:

— Больно?

— Нет, — пожала плечами девушка. — Царапина, завтра-послезавтра совсем затянется… Так я пойду?

— Риннолк, давай без глупостей, — даже из своего положения разведчику удалось поглядеть с таким укором, что девушка почти застыдилась. — Ты не думала, что в комнате тебя может ждать подарок понадежнее яда? Если наши… недоброжелатели решили, скажем так, повысить шансы на успех?

— Так я и…

— Никуда ты не «так»! — возмутился Кайса. — Успокойся и спи, а днем, полные сил, все проверим.

Герои старых баллад, вынужденные делить ложе с юными девами, — чаще всего недавно спасенными и еще невинными, — клали между ней и собой острый-острый меч. На кровать в комнате думельзского гостя можно было уложить, кроме героя и девы, довольно упитанного охранника в полном доспехе прошлого века, но такого под рукой не оказалось, так что Кайса и Ри просто сошлись на взаимном доверии.

Риннолк знала, что препираться с бардом бессмысленно, она устала и очень сильно хотела спать, а также понимала, что Кайса уже чувствует себя ответственным за нее. «Не люблю работать с типами, страдающими лишним геройствованием»… Ну да, обычно одного такого героя в команде вполне хватает. Ведь вызвался же помогать!