Валерий Самохин - Турнир

– Мы так и не услышали вашего предложения, господин министр.

– Я не понимаю ваших мотивов. Вы подвергали себя немалому риску, помогая случайному знакомому… Зачем вам это? – задал встречный вопрос Казначей.

– Скука, – неопределенно пожав плечами, лаконично пояснил Цириус. – У долгой жизни есть свои недостатки.

– Потому-то и жив до сих пор секунд-майор городской стражи? – проницательно усмехнулся де Монтэлле.

– Вы абсолютно правы, милорд, – тяжело вздохнул уважаемый аптекарь. – Мне доставлял незабываемое удовольствие этот маленький спектакль.

– У нас мало времени, – резко сменил тему разговора Казначей. – Вас, доктор, я попрошу погостить в моем дворце несколько дней… – Мебиус с сокрушенным видом развел руками: рад бы возразить, но делать нечего, он согласен. – Ну а вы, почтенный Цириус, надеюсь, не откажете мне в маленькой просьбе, – выдержав паузу, де Монтэлле вкрадчиво произнес: – Учитывая ваш опыт, добрые отношения с интересующим нас молодым человеком, и тот факт, что вы один из немногих, кто знает его в лицо…

– Я согласен, – довольно таки невежливо перебил его вампир.

– Скука? – вновь усмехнулся де Монтэлле, но на этот раз скорее утвердительно, чем вопросительно.

Магистр молча пожал плечами – все было ясно и без слов.

– Я попрошу вас подождать в приемной, – извиняющимся тоном продолжил Казначей. – Буквально через несколько минут мы с вами определимся с дальнейшими шагами.

В приемной было пусто, если не считать знакомой магистру парочки Призрачных Псов. Доктор Мебиус с вздохом устроился на уютном диванчике для просителей, аптекарю, уже готовому последовать его примеру, не дали сделать этого бойцы спецподразделения. Левый Пес – про себя магистр Цириус различал их именно так – неслышно отделился от стены, ухмыльнулся и с легким презрением в голосе процедил:

– Ты еще жив, кровосос?

– Это недолго поправить… – радостно подхватил Правый.

Стремительная тень размазалась в пространстве приемной. Испугано охнул доктор Мебиус, дернулись грозные бойцы Казначея. Дернулись, но сделать ничего не успели: холодные пальцы сомкнулись на крепких шеях, безжалостно сминая, вонзаясь в сонные артерии.

– Я советую вам, молодые люди, обращаться ко мне с подобающей моим сединам вежливостью, – ласково, почти задушевно проговорил почтенный аптекарь, слегка выпустив клыки. – В противном случае, мы с вами никогда не подружимся.

Доктор Мебиус еще ни разу не видел своего приятеля в таком состоянии. Беспрестанно икая, он судорожно вспоминал: а не наговорил ли он чего лишнего другу-аптекарю во время вчерашних посиделок? Так и не вспомнив, доктор с испугом отодвинулся на самый краешек дивана.

Просто так, на всякий случай.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Сай-Дор, столица Империи

Башня министерства военных дел

За две седмицы до описываемых событий

Неладное творилось в Империи последнее время. Слухи гуляли по дворцовым коридорам, роились на этажах Семи Башен и уже готовились вырваться за пределы Правительственной площади – на кривые улочки столицы. Еще чуть-чуть и правда о болезни императора станет достоянием черни.

Легат Клавий скрипнул зубами: его гвардейцам, судя по всему, вскоре предстоит грязная работенка. Одно дела бить врага на пограничных рубежах, и совсем другое – давить манипулами собственных граждан. Тайный Канцлер буквально на днях недвусмысленно намекнул ему об этом.

Дверь тихонько скрипнула. Поседевший в боях ветеран мысленно выругался – на пороге стоял человек, которого он ненавидел и боялся больше, чем кого-либо. Правду сказать, легат никогда не праздновал труса: ни в сражениях, ни во властных интригах, хотя в последних он и не был особо силен. Свой перстень командующего гвардейским легионом он получал из рук императора не за подковерные баталии, а за личную храбрость и беззаветное служение короне.

– Привет, дурак! – вошедший карлик ухмыльнулся самой гнусной ухмылкой и бесцеремонно развалился в кресле, закинув ноги на стол. Загнутые кончики расшитых золотом туфель соприкоснулись, образовав неровный овал.

– И тебе не хворать, Лидлл, – катнул желваками Клавий, мысленно сжимая ладони на тощей шее незваного гостя.

Карлик мерзко хихикнул. Покрутив в разные стороны отвислый нос, он скорчил гримасу, высунул язык, собрав в кучу глазу, и неожиданно резко спросил:

– Кабинет давно проверял?

Легат вздрогнул, настолько был разителен переход от привычного кривлянья к серьезному тону. На его памяти личный шут императора заговорил с ним так впервые. Поведя глазами по сторонам, он отчего-то шепотом ответил:

– Утром маги прошерстили все. Вроде бы чисто…

– Вроде бы, – передразнил его Лидлл и выудил из-под столешницы зеленовато-черного жука. – А это что?

Клавдий виновато потупился – это насекомое было уже на его совести. Маги могут закрыть кабинет от чужих глаз и ушей, но жук-шпион чарам неподвластен. Его можно отыскать только обычным способом – перевернув все верх дном; эта тварь имеет обыкновение забираться в самые укромные уголки. Легат пообещал про себя хорошую взбучку примипилу, отвечающему за безопасность.

– Пойдем-ка, подышим свежим воздухом, – смилостивился шут, с хрустом раздавил жука и, не дожидаясь ответа, выкатился за дверь, смешно выворачивая наружу носки туфель.

Спустившись ниже на два этажа, Лидлл резко притормозил и сунул идущему следом легату незапечатанный свиток.

– Читай!

Пробежавшись по короткому тексту, Клавий поднял ошеломленные глаза:

– Это…

– Да-да, это радужная печать, – раздраженно ответил шут. – И не надо на меня так смотреть. Ты что, никогда раньше ее не видел?

Здесь карлик несколько переборщил – зачарованную печать император ставил только на особо секретные приказы и считанные разы за все время своего правления. За невыполнение, либо утерю свитка наказание следовало незамедлительно: печать убивала провинившегося без суда и следствия.

– Но что я скажу Канцлеру? – попробовал возразить Клавий.

– Скажешь, что решил провести учения, – нетерпеливо отмахнулся Лидлл.

Легат отчаянно замотал головой.

– Не поверит! Сам подумай: в столице зреют беспорядки, а гвардейский легион вдруг срывается неизвестно куда, чтобы развлечься учебными маневрами. Может быть, стоит хотя бы намекнуть ему?

– Нельзя! – безжалостно отрезал шут. – Или ты читать не умеешь? Сказано соблюсти строжайшую секретность, будь добр исполнять высочайшую волю в соответствии с приказом. Иначе… – он многозначительно скосил глаза на печать.