Тиа Атрейдес - Сумрак и Гитара

Как и обещала женщина, всего через два часа он благополучно высадился в Найриссе. И, попрощавшись с довольным рыбаком, отправился для начала в одну из гостиниц — подальше от порта и поприличнее. Пора уже было возвращаться к привычному достойному облику путешественника, исследователя и писателя, ничего общего не имеющего ни с какими пиратами и прочими подозрительными личностями.

239 год. Суард, за неделю до Осенних гонок.

Кот в засаде. Кот, выбирающий мышку пожирнее. Светящиеся в темноте леса хищные, лениво прикрытые глаза. Кот наблюдает, и выжидает. Расслаблен в полной готовности к прыжку. Интересно, и кто тут мышка… Шу обернулась коконом невидимости и неслышно подошла к Тигренку. Близко, совсем близко, до него не больше шага… гибкая тень взметнулась незаметно глазу. Шу очутилась притиснутой к широкой груди, и горячие нетерпеливые губы впились в её уста.

Хилл позабыл обо всем, в упоении от её близости, её запаха, жара и податливости её тела, жадности её губ, рваного ритма её сердца. Она сбежала с этого дурацкого праздника к нему, она желала его, и ничего больше не имело значения. С трудом он вернулся в реальность, когда сильные тонкие ручки вцепились ему в волосы и потянули назад, от её сладких губ. Сияющие, счастливые, смеющиеся глаза, встрепанная прическа, раскрасневшиеся щечки, припухшие уста… как же она прекрасна, его принцесса.

— Тигренок, ты меня, случайно, ни с кем не перепутал? — он низко и чувственно рассмеялся в ответ, снова потянувшись к ней, — с мышкой там, или птичкой? — она отворачивалась, и его рот скользил по её скулам, ушкам, щекам в попытке добраться до губ. — Тигренок, перестань! Я не дичь… — он снова завладел её устами, и не отрывался, пока не кончился воздух в легких.

— Боги, ну что ты делаешь… — она никак не могла отдышаться, и тихо смеялась, уткнувшись в его ключицу, — если нас кто-нибудь увидит…

Хилл гладил её волосы, плечи, спину, вдыхал такой родной аромат кувшинок, и чувствовал себя безмерно счастливым. Ему достаточно было просто касаться её, и знать, что она будет с ним рядом, что они вместе вернутся сегодня домой, и проснутся утром тоже вместе… и не заглядывать дальше.

— Пойдем со мной, Тигренок, — шаловливо улыбнувшись, принцесса взяла его за руку и потянула из-под дерева. Хилл удивленно воззрился на неё, слегка упираясь. Что, Шу собирается вести его за руку у всех на виду? Его недоумение ещё сильнее развеселило Её Высочество:

— Нас никто не заметит, — она легонько поцеловала его в губы, привстав на цыпочки, и обвила его руку вокруг своей талии. — Мы с тобой призраки… только не наступай никому на ноги… — Шу захихикала, как девчонка, подложившая строгому учителю в карман лягушку.

Сейчас она больше всего напоминала Хиллу расшалившегося лесного духа, завлекшего случайного путника на ночной праздник эльфов и фей. Она скользила между не подозревающими о их присутствии парочками, подпрыгивала и пританцовывала, и устроила внезапный фейерверк над полянкой для танцев. Изумленные придворные застыли на миг, когда над ними запорхали огненные птицы, взмывая ввысь и рассыпаясь мириадами разноцветных падающих искр, и ароматными цветочными лепестками, и трепещущими мерцающими бабочками, садящимися на головы и плечи танцующим… когда цветы с деревьев взмахнули стрекозиными крылышками и оказались крохотными феями, перепархивающими с места на место, и засветились радуги над дорожками, а на них затанцевали забавные фигурки с пол-ладони ростом, притопывая башмачками и позванивая колокольчиками…

Озорная дриада сияла радостью, позволяла себя обнимать, и кидала на него из-под ресниц лукавые и соблазнительные взгляды, и он знал, что все это волшебство только для него, только потому, что она счастлива сейчас, с ним. Хилл, смеясь, поймал горсть мерцающих бабочек и рассыпал по её волосам, и увлек её в танце… они кружились, обнявшись, и сами себе казались призраками… или призраками были все остальные, не замечающие их люди. Так весело оказалось уворачиваться от них, чтобы не коснуться ненароком и не развеять чары невидимости, смотреть на недоумевающие лица дам и кавалеров, услышавших совсем рядом смех принцессы и оглядывающихся в безуспешной попытке её увидеть.

Довольные и немного задыхающиеся, Шу и Тигренок вбежали в беседку к Его Величеству. Кей и Зак удивленно воззрились на них, словно вынырнувших прямо перед столом.

— Вы тут ещё не всё съели? Нам что-нибудь осталось? — в отсутствие посторонних, в том числе слуг, Её Высочество не считала нужным обременять себя этикетом. — В чем дело, Кей? — Шу уселась на свободный стул. — Тигренок, садись за стол.

— Ты сегодня странная какая-то, — Кей с удовольствием смотрел на встрепанную и лучезарно улыбающуюся сестричку, и удивленно — на Тигренка. Куда подевалась его холодная невозмутимость? Юноша светился счастьем, и казалось, видит одну лишь принцессу.

— Правда? Может быть, — Шу повернулась к Тигренку, заметив его смущение. — Да, я, кажется, забыла вас познакомить. Ваше Величество, это Тигренок. Тигренок, это Его Величество. Зак, это Тигренок. Тигренок, это Закерим Флом, наш лучший друг, — принцесса шутливо изобразила придворный поклон. — Кей, дай-ка мне вон ту тарелку.

Несколько минут Кей рассматривал Тигренка, воодушевленно поглощающего ужин, и довольную сестренку, и думал о том, что совершенно не понимает её. Видно же, что эти двое только что целовались, и смотрят друг на друга влюбленными глазами… и при этом она держит своего мужчину в ошейнике! Нет, у неё с головой сегодня явно непорядок. Кею нестерпимо хотелось высказать Шу всё, что он думает по этому поводу, но не при Тигренке. Их споры с сестрой никого больше не касаются. И Зак, похоже, не прочь с ней побеседовать… интересно, интересно. Ещё интересней, сколько правды в свежей сплетне, которую с придыханием разносят её фрейлины. Не может такого быть, чтобы Тигренок заявился к официальному завтраку Её Высочества с дамами совершенно раздетым. Он же не сумасшедший, и не самоубийца? Да и вряд ли человек, устроивший такой скандал, смог бы легко отделаться. Уж скорее сестричка бы его на клочки порвала, не сходя с места. Или что похуже придумала бы, фантазия на всевозможные пакости у неё богатая. Нет, врут наверняка.

— Шу, как там насчет… — Зак не выдержал. Беспокойство за Мию не давало ему расслабиться ни на минуту.

— Я отправила её домой, Зак. Надеюсь, через пару дней с ней все уже будет в порядке.

— Может, ты всё же объяснишь мне, что же с ней произошло?

— Да, Шу, неплохо бы. Так что с Мией? — кажется, причина беспокойства Зака нашлась, подумал Кей.