Линн Флевеллинг - Ларец Душ

- Не все из нас его придерживаются, — отвечал Теро, сосредоточенно кромсая своего угря. — Те, кто так делает, считают, что таким образом, не растрачивая энергию на плотские утехи, они усиливают свои магические способности.

- Вот уж Нисандер бы с ними не согласился, — хохотнул Серегил. — Сам он не слишком-то распространялся на эту тему, однако имел кучу любовных связей.

- О, меня всегда интересовало, что у него с Магианой, — сказал Килит.

- Сердечная дружба, ничего плотского, — ответил Серегил. — Хотя, думаю, именно она и была его настоящей любовью.

- Вы верите в настоящую любовь! — в восторге воскликнула Исмай и бросила взгляд в сторону Алека.

Серегил прижал к сердцу руку и с преувеличенным пафосом произнёс:

- Радость моя, это же единственное, ради чего стоит жить!

- Ой, да вам просто место на сцене, милорд, — Исмай принялась слегка заигрывать и с ним.

- У него был такой шанс, — сказала Килит. — Атре предлагал ему место в труппе.

- Я бы на это взглянула! Вы же красавец, ничуть не менее Атре.

Серегил скромненько потупился:

- Вы мне льстите. Сомневаюсь, что большинство женщин Римини согласятся с Вами.

- Большинство, это точно! — Килит нахмурилась. — С тех пор как мы с тобой дали ему столько воли, он, кажется, принялся прыгать из койки в койку. Я жутко этим недовольна и уже подумываю, не прекратить ли мне своё меценатство. Уверена, и без меня найдётся куча желающих терпеть его выходки.

- Вы и правда решитесь на это? — удивился Алек.

- Скорей всего да. Я уже сказала ему об этом как-то на днях, когда он посмел отклонить моё приглашение на ужин. Естественно, он дико извинялся, однако на следующий день мне рассказали, что он был с Герцогиней Арелией. Честно говоря, мне это начинает здорово надоедать. Полагаю, мастер Ранеус из Тирари всё же более благоразумен — и на сцене, и вне её.

Вот в этом Серегил сомневался, но у Килит была собственная гордость, к тому же, она, видимо, ошибочно полагала, что приобретая театр, покупает заодно и молодого любовника.

Разговоры как раз зашли о недавних спектаклях в обоих театрах, когда в дверях появился Рансер:

- В гостиной Мастер Атре, милорд. Следует ли мне проводить его к вам?

Серегил взглянул на Килит:

- Тебе решать.

- О, да, да, пожалуйста! — взмолилась Исмай.

Килит вздохнула:

- Не возражаю.

Серегил подал знак Рансеру, и тот привел актёра к ним в сад.

- Моя дорогая Леди Килит! — воскликнул Атре, направившись прямиком к ней и поцеловав её ручку. — Какое счастье видеть одновременно всех трёх моих благодетелей!

Килит холодно взглянула на него:

- Трёх? Ой ли?

- Вы просто убиваете меня, госпожа! — Атре с мольбой воззрился на неё.

- Иди, садись вот сюда, мерзавец, — рассмеялся Серегил. — Так чему мы обязаны сей радостью?

- Обычным суетным мирским делишкам, милорд. Ничего такого, что не могло бы подождать.

- Тогда ты просто обязан присоединиться к нам. Здесь ещё довольно еды. Поможешь отпраздновать событие.

- Событие?

- У него именины, — сообщил Алек.

- О, это такая честь для меня, милорды! — ответил Атре, с явным удовольствием усаживаясь к ним.

Когда Рансер наполнил его кубок, он поднял тост за Серегила:

- Удачи и долгих лет, милорд!

Чуть позже, проводив Исмай и Килит до их экипажа, Серегил возвратился к Атре, ожидая от него объяснений.

- Мои новости лучше послушать в укромном месте, милорды.

- Да-да, понятно. Что ж, идём в библиотеку.

Серегил проводил всех наверх и запер дверь.

- Что, кто-то неосторожно трепал языком? — поинтересовался Алек.

- Именно, милорд, — ответил Атре, с очевидным интересом разглядывая богатую обстановку. — Несколько дней назад мы с Танни давали небольшое представление на вечеринке у Герцога Ланеуса. Герцог и его приятели весьма превозносили Принцессу Клиа. И даже первый тост был именно за неё, а не за королеву.

- Ясно. И что конкретно там говорилось?

- Кое-у-кого имеются её письма, ими и делились. В основном обычные приветствия и подробности битв.

- Кто там был?

- Сам герцог, Герцог Мальтуз, Маркиза Лалия, Герцог Цимир, Генерал Сарьен и Герцогиня Нериан.

- Сарьен? Ты уверен? — переспросил Серегил, стараясь не выдать оживления.

Генерал Сарьен был генерал-протектором, командующим Столичного Гарнизона.

- Конечно, милорд, — ответил Атре. — Такой толстяк, довольно щедрый на подношения.

Он продемонстрировал богатое серебряное кольцо на своём указательном пальце.

Серегил нетерпеливо отмахнулся: кажется, в Римини уже не осталось человека, не расставшегося с драгоценностями в пользу актёра:

- Это всё?

- Ещё прозвучало, что Принцесса Клиа, будто бы, может занять престол.

- И они говорили такое при тебе? — спросил Алек.

Актёр скривился в усмешке:

- Нет, милорд. Предполагалось, что мы с Танни ужинаем на кухне. Я же прокрался обратно в гостиную и подслушал под дверью.

Серегил задрал бровь:

- Весьма умно с твоей стороны. Ты занимался уже чем-то подобным прежде?

Атре скромно пожал плечами:

- Случалось время от времени.

- Полагаю, про нас с Лордом Алеком также упоминали?

- Про Вас, Лорд Серегил. Герцог Мальтуз предложил поговорить с Вами о чём-то, про что они говорили до того, как я вернулся, однако прочие…, - он замешкался, а потом глянул на Серегила с извиняющейся улыбкой: — Герцог Ланеус сказал, что Вы слишком незначительная персона, а посему от вас никакого проку, и остальные с ним согласились.

Серегил в ответ хохотнул:

- И ты не знаешь, о чём шла речь?

- К сожалению, практически нет, милорд. Как я уже сказал, нас отослали на кухню, чтобы мы поели….

Он сделал кислое лицо, и было ясно, что вспоминать о том, как с ним обошлись, будто с обычным паяцем, было ему совсем не по вкусу.

- Однако, похоже, что Герцог Мальтуз спорил с остальными.

- Но о чём именно, тебе не известно, кроме того, что это может быть было как-то связано с Алеком или со мной?

- Да, но я не расслышал точно, о чём они там говорили.

- Очень интересно. Ещё есть что сказать?

Прежде чем отрицательно покачать головой, Атре, всё же как бы немного заколебался:

- Н-нет, милорд.

- Что ж, благодарю. Хорошая работа, — Серегил машинально потянулся к кошельку.

- Нет-нет, милорд! Как я уже говорил, Вы и так слишком щедры на золото.

- Ах, и впрямь. Тогда остаётся лишь, чтобы ты дал слово, что всё, сказанное здесь тобой, не уйдёт дальше этих стен.

- Милорды, я надёжнее самого солнца. У вас нет никаких поводов для беспокойства. Политика Скалы меня не интересует.