Александра Руда - Столица

Я прикоснулась пальцами к внутренней стороне запястья барона, который со схемой в руках так и замер. Кожа на запястье нежная даже у воинов, если легонько провести по ней пальцами, да еще и посмотреть грустно… Барон Рон, честный, благородный лесной отшельник, не избалованный женским вниманием, такого, конечно, вынести не мог. В его темно-зеленых глазах разгорался огонек героя, желающего защитить несчастную и обиженную хрупкую девушку.

— Что мне было делать? — продолжала я, закрепляя успех. — Мне казалось, что я — самая… — Пришлось сделать паузу, потому что голодный мозг не мог быстро подобрать слова, чтобы убедить барона в крайней необходимости оказания мне помощи, да еще и придумать причину моего появления здесь. — Самая… В общем, мне нужно было почувствовать себя той, которая достойна!

Чего достойна — уточнять не будем.

— А как же этот… орк? — спросил барон, откопав старую обиду. — Разве он не мог дать тебе возможность почувствовать себя самой-самой?

А, Ёшкин Кот на всех этих мужиков! Лучше бы я в столовую пошла, а не тратила время на заигрывания, толку все равно никакого. Мне совсем взгрустнулось. Интересно, выгонят ли меня из столовой или все же пожалеют и выделят хоть что-то?

— Ола, — заволновался Рон, — пожалуйста, не плачь! Я понял! Конечно же после того, что ты пережила, ты, наверное, разуверилась в мужчинах. Я помню, ты такая… морально хрупкая… такая переживательная…

Отто бы посмеялся. Как хорошо, что его рядом нет.

Я взглянула на барона из-под ресниц. Ну же, быстрее, решай что-нибудь, я есть хочу!

— Конечно, ты даже и подумать не могла, что я готов, всегда готов… — Барон запнулся, видимо, решив, что мне рановато слышать то, на что он всегда готов. А рука его уже по-хозяйски обнимала меня за талию, и я с удовольствием уложила голову к нему на плечо. Ох, как же шея болит, застудила я ее, что ли? Вот уж не было печали.

Барон выпустил схему из рук и обнял меня обеими руками.

— Отправляясь сюда, никак не думал, что здесь меня ждет настоящее сокровище. Когда я увидел тебя в библиотеке днем, то сначала подумал, что мне привиделось. Но только ты, ты одна среди всех этих пустоголовых дурочек можешь так увлечься работой!

Простите, девушки, зря я вас ругала! Это, значит, Рон был днем в библиотеке, наверное, любовался моими ногами, не скрытыми юбкой.

Сердце у барона билось быстро-быстро.

— Ола, я не из тех людей, кто меняет свои чувства быстро, как… некоторые. Я до сих пор хочу разделить с тобой жизнь.

«Лучше бы ты со мной ужин разделил, вас-то, женихов, наверное, отдельно кормить будут», — цинично подумала я.

Ну ладно. Спешка в отношении барона не годится.

Я обвила шею Рона руками. Заставлю сегодня Отто сделать мне массаж, дуэнья он или не дуэнья? Все тело ломит.

Странно, но если орки сразу же приводили мой организм в тонус, и желание захлестывало, и настроение улучшалось, и аура напитывалась, то барон на меня не оказывал и толики такого воздействия. Он был хорошим человеком, смелым, благородным и добрым. Но…

Кажется, я начинала понимать Рианну. Пожевать и выплюнуть. С Роном мне было бы хорошо и спокойно, но как быстро бы я заскучала? Боюсь, что очень быстро.

Королевский дворец имел какую-то особую ауру, потому что мои способности к дипломатии развивались не по дням, а по часам.

— Правда? — выдохнула я в шею барону.

Он кивнул.

Да, конечно же! Я никогда в здравом уме не соглашусь жить в лесном поместье и приезжать в город только по большим праздникам.

— Но я… — Пришлось отстраниться, аккуратно вывернуться из его рук и медленно и печально начать снова складывать схему. Интересно, как же она была так хитро сложена, что в книгу влезала. Не получается! — Я не знаю, Рон. Мое сердце разбито. Моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я даже не знаю, что мне поможет. Я ведь и на конкурс приехала специально, чтобы как-то отвлечься…

Согласно женским журналам, правильная аристократическая девушка должна быть именно такой. Никаких «я поплакала, потом решила извлечь из своей жизни максимум пользы, а заодно и нагадить этому козлу, который меня бросил». Страдания и хрупкость! Чтобы было что защищать и чей шарфик привязывать… к чему их там привязывали? В последнем романе, который я читала, точно помню, что героиня отдавала своему верному возлюбленному шарфик. А вот детали я пропустила, потому что спешила добраться до постельной сцены.

Страдания и хрупкость произвели на Рона впечатление. Он горячо заверил меня, что жизнь наладится и не стоит так сильно расстраиваться, и мне нужно только найти достойного мужчину, который своей нежностью и лаской исцелит мое разбитое сердце. Я кивала с печальным видом, гадая, зачем я это все начала. Только потому, что доброе расположение Рона могло мне помочь в случае исключения из конкурса? Или мне просто захотелось тепла и ласки? Или это то самое интуитивное озарение, которое мне в последующем поможет?

Как бы там ни было, барону развитие событий нравилось. Он погладил меня по руке, взял схему, быстро сложил ее так, как нужно было, и отдал книгу мне.

— Позволишь угостить тебя ужином? — наконец произнес он те самые заветные слова.

— Конечно! — возликовала я. — Это будет замечательно!

— Здесь, если ты не против уединения.

— А что, у тебя еда с собой?

— Нет, — удивился Рон такому вопросу, — но я могу приказать, и ее доставят сюда.

— А, отлично! — Я пошла ставить книгу на полку, а Рон — к колокольчику для вызова слуг. Пока он звонил, я размышляла о жизненной несправедливости. Ему, значит, ужин сюда подадут, а мне отказали даже в тарелке каши на условиях полного самообслуживания. Может, все-таки стоит добиться аристократического титула? Вот мама порадуется!

Однако вместо слуги с обедом в библиотеку явилась пани ня Монтер, да еще и со свитой.

Громкий голос дамы оторвал меня от увлекательного занятия — я самозабвенно копалась в книжных полках. Ярко вспыхнувший свет — интересно, как она это сделала? — заставил зажмуриться.

— Мне доложили, что тут находится конкурсантка. Наедине с молодым человеком!

Я поспешно затолкала книжки обратно на полки и предстала перед разгневанной дамой. Барон, который сидел в кресле в дальнем углу библиотеки, отложил газету и стал рядом со мной.

— Какие-то проблемы? — осведомился он.

— Где ваша дуэнья? — спросила меня пани ня Монтер.

— Молится в храме, — ответила я.

Умение Отто появляться в нужную минуту как раз сегодня очень некстати его подвело. А отдуваться мне.

— Как вы могли! — Дама покачала головой, хотя в ее глазах горел злорадный огонек. — Ваш поступок бросает тень на короля! Он не должен получить в жены испорченную девушку!