Валери Фрост - Тяжелой поступью

— Анна! Анна, падай! — услышала девушка сквозь завывание ветра и приникла к траве.

С нескольких сторон разом в стенки «стеклянной банки» врезались извилистые молнии, но, не причинив вреда, наматывались на нее, словно нитки на катушку, и вновь впитывались в тело бури.

О чем спорили маги за стеной, Аня больше не слышала. Страх сковывал, не давал дышать. Сейчас Земная жалела, что согласилась продолжить разговор.

— Сверр, — совсем близко раздался знакомый голос. — Сверр, остановись, пожалуйста.

— Камель? — прошептала Аня.

— Камель? — произнес водяной.

— Это я, Сверр, остановись, пожалуйста.

В банке оказались трое: Аня, гневный водяной и появившаяся из воздуха рыжая девушка.

ГЛАВА 20

— Сверр, это я…

Аня с тревогой вглядывалась в пыльную мглу за стеной. Воспоминания, мутные, как мечущиеся силуэты, услужливо подбросили образ воздушного пузыря, в котором Земной пришлось провести некоторое время в гостях у такой же водной владычицы, тот был похож на этот, заточивший девушек в плен.

Земная не оборачивалась к водяному, выискивала знакомые лица за мутным стеклом. Однако удержаться от подслушивания не смогла.

— Сверр, пожалуйста, остановись.

— Камель… Камель… — только и повторял водяной.

— Сверр, ты же пугаешь людей. Отпусти стихию.

— Камель, как ты могла?

— Я хотела, как лучше.

Аня возрадовалась — память вернулась к призраку. Или никуда и не исчезала. А эта гадина болотная все знала! С самого начала. Как только услышала имя девушки. Или еще хуже: они обе сговорились, и владычица подослала Камель к Ане с одной целью — вернуть блудного брата домой и сломать магическую стену, мешающую проникновению в чужеземные воды. И какой вариант выбрать: «Санта-Барбара» или «теория заговора»?

Аня решила подождать. Судя по тому, что ветер, хоть и сильный, разрушительным не становился, а дождь обильно орошал изголодавшую по влаге землю, такой накал страстей должен был принести больше блага, чем горя. Вон и эльфийские молодожены получили возможность хоть немного отдохнуть.

— Я хотела тебе помочь.

— А она тебя обманула?

— Да, — очень грустно и очень тихо произнесла девушка-призрак.

— Что она тебе пообещала?

— Бессмертие, — еще тише прошептала Камель.

— И ты согласилась, не спрашивая, что она потребует взамен?

— Не спросила.

— А подумать некогда было?! — вскипел водяной.

Аня насторожилась: гнев — плохой советчик.

— Да, ты прав! — разозлилась Камель. — Времени действительно не было!

— Но хотя бы минутка у тебя имелась?

— Я ждала тебя! Ждала, что ты решишь все сам, что ты найдешь выход!

«Ой, какая знакомая ситуация…» — прокомментировала про себя Аня.

— Я очень долго ждала! — сквозь зубы произнесла Камель. — Я несколько лет ждала.

У Ани округлились глаза — нет, у нее не отыщется столько терпения.

— Я искал выход!

— А я ждала, Сверр. Терпеливо ждала!

Слава Высшим, перепалка влюбленных не сказывалась на окружающих. Казалось даже, что дождь и ветер стали терять силу. Мгла потихоньку начала рассеиваться, и Аня наконец смогла разглядеть стоящих вокруг «банки» людей: кареглазый маг, Эдэр, лорд Вазилайос — старый интриган, лорд Штрудэльтэль, потерявший несколько килограмм, и ни одной дамы.

— А что, в этом мире магическим балом правят мужчины? — спросила Земная и не заметила, что произнесла вопрос вслух.

— Что?! — двойной возглас отвлек амагичную иномирянку от созерцания ожидающих снаружи.

Аня, все еще сидя на земле, обернулась к рыжей парочке и подняла руки, сдаваясь:

— Нижайше прошу прощения. Не обращайте на меня внимания. Меня здесь нет. — Замечательная игра «угадай правду». Правила просты: один игрок сообщает три факта, один из которых — ложь. Второй игрок должен обнаружить неправду.

— Камель, — водяной потерял интерес к заключенной почти мгновенно. — Камель, я тебя искал.

— И почему же не нашел?

— Потому что тебя не было нигде.

— А на самом деле тебе следовало бы посмотреть себе под ноги. Я всегда была рядом.

— Она забрала твою жизнь?

— Она забрала мою память и подарила бессмертие.

— Но бессмертен лишь дух… — Сверр явно процитировал местную священную книгу.

— Я обманулась.

— Тебя обманули.

Камель развела руками и опустила глаза. Водяной стоял, не шелохнувшись, не делая попыток приблизиться и пожалеть девушку. Аня ждала развязки, хоть руки и чесались надавать подзатыльников.

Исходя из услышанного Земная сделала следующие выводы: жила-была земная девушка, рыжая и добрая. Влюбилась она в водяного. Не в принца, а просто в хорошего человека. И тоже рыжего. Чувства были взаимны. И грозилось счастье быть вечным. Да только родственники водяного были против брака с простолюдинкой. Старшая сестра — это очень авторитетная личность. При наличии отсутствия строгих родителей свято-место занимает старший по возрасту и наиболее зрелый по взглядам на жизнь родственник. Таким родственником и оказалась владычица. Повелительница. Черт бы ее побрал. И бедный, несчастный, слабовольный водяной никак не мог найти компромисс. Не хватало сил стукнуть кулаком по столу или привести значимые аргументы. Ее Мокрейшество победило в неравной схватке авторитетов. Обещания жениться затянулись на годы, и Камель взяла решение проблемы в свои руки. Пошла к сестре любимого и согласилась на предложенную сделку: бессмертие и свадьба взамен на прошлое. Чего терять сиротке, кроме горьких воспоминаний об ушедших родителях, о злой доле, о голодных днях? И она согласилась. Ее Мокрейшество забрала память и освободила душу девушки. Бессмертен лишь дух. А тело бренно. Камель превратилась в воду, впиталась в землю, по которой ходил злобный водяной, потому что считал невесту сбежавшей. Так любимая старшая сестра сказала. Еще и кольцо венчальное брату вернула. Во, как просто. Не ищи на небе скарб, потому как зарыт он у тебя под носом.

— Ой, как жалко, — вдруг очнулась Камель.

— Чего жалко?

— Дракон поломался.

Аня часто-часто заморгала, пытаясь выйти из оцепенения, рожденного шоком: Камель — сама непосредственность. Здесь ее судьба решается, а она о каком-то драконе поломанном печется.

— Какой дракон? — возмутился не менее ошарашенный водяной.

— Вон тот. — И Камель указала на растрепанного зеленого динозавра.

В мгновение ока ветер и дождь прекратились, стеклянная темница развеялась, а молчаливые маги пооткрывали рты от удивления. Ожидавшая поддержки от кареглазого Аня устремила взгляд, полный жалости, на мужчину, но тот лишь сжал губы и мельком взглянул на Эдэра. Поднимать Аню бросился голубоглазый граф. Понимая, что игра давно закончилась и в присутствии первого министра нет места сантиментам, девушка оперлась на услужливо подставленную руку. Однако кошачьи ноготки все же противно царапнули сердце.