Игорь Смирнов - Гармана

Как бы в ответ на свой вопрос он увидел на площади Старого Жасмина два врытых столба и привязанных к ним горожан. Оба были обнажены до пояса, с покорно склоненными головами. Приставленный к ним стражник молча следил за тем, чтобы желающие наказывать преступников ударяли по исполосованным спинам не больше двух раз. «За что?» — спрашивали проходившие мимо люди. «За дело, — отвечал стражник. — Ослушались приказа Владетеля и пытались ломать в парке деревья…»

Вон оно что! Значит, здесь порядок держался на страхе перед наказанием. Неужели до этого дошел сам Никор? Вряд ли. Скорее всего, принудили гнофоры. С какой целью? Непонятно. Похоже, и правда, они рассчитывают сохранить эту территорию за собой.

Однажды Лоэр встретил на улице маленького человека, который в страхе отшатнулся от него. И руки и лицо незнакомца были словно коричневая, потрескавшаяся от жара земля. Что с ним? На проказу вроде не похоже, на оспу тоже… Опасливо оглядываясь, незнакомец торопливо скрылся за соседним домом. Лоэром овладело чувство брезгливости и тревоги. Кто этот несчастный? Похоже на то, что он когда-то знал Лоэра, иначе что его могло испугать? Хуже всего, если он шпион суперата… Странный незнакомец долго не выходил из головы. Новые встречи и новые впечатления постепенно вытеснили его из памяти. В поисках Никора прошел и день, и другой, и вот наконец из случайного разговора Лоэру стало известно, что Владетель Юга будет присутствовать во время служения в храме Бога Благоденствия. Лоэр отправился туда. Он неторопливо вошел в храм и остановился в полумраке многочисленных колонн.

Появился главный гнофор. Следом за ним вышел Никор. Лоэр жадно смотрел на него. И медленно, очень медленно, от колонны к колонне приближался к Владетелю Юга, боясь обратить на себя внимание и в то же время желая этого. Никор лишь раз скользнул равнодушным взглядом в его сторону. Телохранителям подход к алтарю был запрещен, и они стояли в дверях храма с прирученными тиграми и леопардами. Лоэр с трепетом вглядывался в лицо друг друга и никак не мог понять — что в нем переменилось. Говорят, рептонов прежде всего отличает выражение пустоты. У Никора не было этой пустоты, впрочем, как и у многих других, однако во взгляде его, безусловно, что-то изменилось. А может быть, он вовсе не рептон — обычный, нормальный человек, выполняющий волю суперата? От этой внезапной мысли вдруг стало холодно и неуютно. Услышал прорвавшийся в сознание голос главного гнофора: «Бог мести посылает вас против северных племен нечестивых и против племен гнева его, дает вам повеление — ограбить грабежом и добыть добычу для себя и попирать их, как грязь на улицах…»

Да… Кажется, крепко успел суперат опутать Никора! Ну, крепко не крепко, а войти в доверие — надо без этого весь план не стоит и ломаного гурна.

2. ГОРА И МОСТ

Из храма Никор должен был поехать на судоверфь. Во Владетеле, говорят, жила какая-то болезненная страсть к строящимся судам. Даже теперь, когда суперату корабли по сути не нужны, Никор все равно оставил часть материалов на верфи лишь для того, чтобы хоть по часу в день наслаждаться смолистым запахом дерева и звуками топора. Не теряя времени, Лоэр отправился пешком через весь город.

В долине его нагнала многочисленная кавалькада. Лоэр отошел на обочину и намеренно снял шляпу. Поравнявшись, Никор без интереса посмотрел на него, но, проехав, оглянулся. Видимо, смутное воспоминание, которое не могла удержать память, на секунду проснулось в нем. Он невольно натянул поводья и кивком головы подозвал странного незнакомца. Волнуясь, Лоэр приблизился.

— Кто ты? — спросил Гел Никор.

— Всего лишь бедный ясновидец, Владетель.

— Почему же на тебе одежда простолюдина?

— Разве мы знаем, что может случиться с нами по пути сюда?

Никор ничего не понял. Поморщил лоб и неуверенно посмотрел на Лоэра:

— Да, да… Но ты снял шляпу…

— Перед тобой должны обнажать головы не только прорицатели, но и гнофоры.

— Гнофоры — это кто, странник?

— Так называют в моей стране служителей неба.

— Из какой же ты страны?

— Из той, в которой мы с тобой вместе жили когда-то.

Никор помолчал, смущенно покашлял и снова наморщил лоб:

— Да, да… И что же о моем почитании тебе сказали боги?

— Истинные прорицатели не ведают богов — они слушают лишь голос Ремольта, который был нашим старшим братом по Знанию.

— Ты смел и дерзок. — Никор рассеянно оглянулся на трех гнофоров, ожидавших его в составе многочисленной свиты. — Может быть, ты скажешь, что наместники богов знают меньше, чем названный тобой Ремольт?

— Конечно, Владетель. Они в этих землях потому, что задались целью с помощью твоего войска уничтожить северных соседей и завладеть всем островом.

Никор нахмурился, сжал кулаки.

— Вижу, тебе не нравится моя откровенность, Владетель? А кто кроме прорицателей может сказать истинную правду? Служители неба тебе ее не скажут.

— И ты можешь ответить, что ждет нас в войне против северных племен? — после продолжительного молчания спросил Никор, все еще хмуря брови.

— Ты хочешь правды, Владетель?

— Да.

— Если ты будешь продолжать войну против северных племен, погубишь всех своих людей: у вождя Севера — огромное и сильное войско.

— Молчи!

Никор сверкнул глазами, и гиганты-телохранители ослабили натяжение красных лент, привязанных к ошейникам леопардов. Те с рычанием разинули клыкастые пасти, но Лоэр не шелохнулся.

— Прости, Владетель, если хотел услышать другой ответ. Но ты сам жаждал истины, и я сказал ее.

— Прочь! Ты мой враг, прорицатель!

— Я друг твой. Если завтра не покину город, ты сам убедишься в этом.

Никор взял с места в карьер. Вся его многочисленная свита поскакала следом. Лоэр надел шляпу и долго оставался на месте, следя за тем, как всадники, проскочив мост, свернули влево и вдоль подножья горы направились к верфи. Никор не узнал его. Значит, и не узнает. Это и плохо, и хорошо. Плохо потому, что с прежним другом Гелом было бы говорить куда проще, чем с Гелом-рептоном. Хорошо же, — хоть и в меньшей степени, — потому, что теперь можно употребить любую хитрость и те знания, которые стояли выше знаний рептонов. Одна опасность — могут помешать гнофоры.

Лоэр огляделся. Вся долина, насколько хватало глаз, сплошь пестрела шатрами, палатками, шалашами и наскоро сооруженными домами с одной стеной и тростниковой крышей. Они обрывались шагов за сто от дороги — вдоль них тянулись белые вехи, запрещающие поселение ближе. То же самое, видимо, было на всей территории Юга вплоть до Горуэлы. Впрочем, теперь уже до Дирона… Сколько же сейчас людей у Никора? Определенно больше трех миллионов. Это, конечно, сила, с которой следует считаться и на которую суперат возлагает большие надежды…