Евгения Бойко - Vояж в Бездну

– Ты спрашиваешь? Зачем?.. Разве и так не понятно…

Вампирское венчание имеет мало общего с тем, что принято у людей. У вампиров брак – не благословение союза богами, а скорее молчаливая клятва данная друг другу. Без свидетелей, без взаимных обязанностей навязанных моралью – просто объединение двух половинок одного целого. Между которыми всегда будет тонкая черта.

Это ритуал единения и принятия. Вампирский брак невозможен по принуждению – тогда он попросту не состоится. Это обдуманный поступок двух более чем осознающих происходящее партнеров.

– Готова? – тихо спросил Алекс, и я кивнула в ответ.

К этому нельзя быть готовой до конца.

Мы сидели на берегу небольшого озера с прозрачной водой, и только молодой месяц был молчаливым свидетелем ритуала.

– Дай мне руку, – попросил Лекс. Повинуясь его взгляду, острый серебряный стилет взмыл в воздух и завис над нашими прижатыми друг к другу ладонями – его теплой и моей – холодной.

– Ты согласна разделить со мной Путь?

– Да. Ты согласен разделить со мной Путь?

– Да.

– Покуда бьется сердце, и не остыла кровь.

– Клянусь любить, пока люблю. Пока дышу, и не ушла за Черту.

Кинжал дернулся и пронзил наши руки, скрепляя клятву. Не чувствуя боли – только нарастающее тепло я с удивлением следила как с лезвия стилета пронзившего наши ладони насквозь стекает смешиваясь кровь.

Спустя мгновение стилет будто выдернула невидимая рука и раны оставленные лезвием затянулись не оставив даже маленькой отметины.

– Все? – удивилась я.

– Да, – Алекс привлек меня к себе и поцеловал. – Наше венчание не подкреплено символами. Оно держится на честном слове давших клятвы. Больше ничего. Никаких спецэффектов и побочных явлений.

– Значит, мы остались такими как прежде?

– Да.

– И ты не можешь читать мои мысли и все такое? – на всякий случай уточнила я.

– Разумеется!

– Уф, – я уткнулась в плечо Лекса и счастливо вздохнула. Как я все-таки его люблю!

– Я тоже тебя люблю.

Определенно эти штучки со сверхчеловеческими способностями начинают меня бесить. Я что одна такая ущербная, что даже артефактами пользоваться не могу? Не хватало еще, чтобы Лекс читал меня как раскрытую книгу. Я требую свободы мысли!

– Алекс?!

– Что? – невинно поинтересовался он.

– Ты читаешь мои мысли?

– Нет, – рассмеялся вампирюга. – У тебя все на лице написано. Если не веришь мне – можешь спросить у Маришки и Виля.

Конечно, я не стала не о чем их спрашивать. Только попрощалась и поблагодарила за гостеприимство. Вампиры тяжело пережили помешательство Ментора, но сильнее всего восприняла его Иокаста. Мне даже придумалась, что она была в него влюблена…

Во всяком случае, когда я отыскала ее, в настежь распахнутое окно зала влетал треплющий легкие тюлевые занавески ветер, ерошивший короткие волосы Иокасты, в то время как тонкие пальцы вампирши ласково порхали над клавишами рояля. Будто вечно печальные чайки над гладью морской они взлетали и опадали, выплетая из звуков медленный романс.

Глубокое контральто Иокасты добавляло к музыке слова:

Адажио, адажио – ты помнишь, не забыл,

Как кожи, будто клавиш касаться ты любил,

И струнами души моей ты мастерски играл,

Так медленно изысканно на части ее рвал.

Адажио, адажио – залечит раны время,

Под музыку адажио подарит мне забвенье,

Желанное и горькое под четкий ритм дождя,

Но пусть пройдут века – я буду ждать…тебя…

Мы уехали, так и не попрощавшись с вампиршей, и уже на полпути к Фениксу Алекс получил письмо от сенешаля.

"Мой лорд! Ментор ушел в вечность. Через день после вашего отъезда он собрал и сжег все портреты, а после вышел в полдень на улицу без плаща и вонзил серебряный ритуальный кинжал себе в сердце. Смерть наступила раньше, чем мы смогли ему помочь. Умирая, он прошептал: "Рина, надеюсь, ты меня простишь…".

– А хотели ли вы помочь?.. – горько усмехнулся Алекс. – Или просто стояли и смотрели? Впрочем, я не могу их винить. Эмиль действительно превратился в безумца, перестав быть тем, кто открыл мне Вечность.

– Быть Судьей не так просто, – сказал Ирн еле успевающему за ним ученику. Рядом с хозяином бежал Лорд, поминутно останавливаясь, чтобы понюхать очередной цветочек и пометить "свою" территорию. – Это работа, а не развлечение и относится к ней халатно – значит подписать себе смертный приговор. Малейшая ошибка, – он ядовито улыбнулся, – и ты труп.

– Скажите Учитель, – Ким что-то отметил в блокноте и почесал ручкой затылок, – откладывает ли судейство отпечаток на характер или ваше ворчливость и вредность это врожденное?

– Олух, – ничуть не обидевшись, ответил Ирн.

– Олух? Что вы хотите этим сказать? Олух – накладывает, или олух – врожденное?

– Ты олух и это врожденное, – судья отвесил ученику подзатыльник. – А если серьезно – такая работка не способствует добродушию.

Судья краем глаза увидел спешащего перейти дорогу мужчину и легким взмахом руки откинул его назад на тротуар, не дав быть сбитым несущимся на сумасшедшей скорости "Фордом" и не думавшем тормозить.

– Его время покинуть этот мир еще не настало, – пояснил удивленному ученику судья. – Когда ты, наконец, прекратишь задавать дурацкие вопросы и займешься учебой, то тоже научишься "видеть" судьбы и уметь их менять. Разумеется, исключая право Рока.

Парень сделал еще одну отметку в пухлом блокноте и подумал, что никогда не сможет понять своего учителя. Например, зачем ему все эти листовки, что раздают на улицах. Он что собирается менять в своем замке окна? "Ну, люди же работают, стараются" – обычно отвечает Судья, беспечно пожимая плечами.

Глава 9

Кто, живя на земле, не грешил? Отвечай!

Ну, а кто не грешил – разве жил? Отвечай!

Чем Ты лучше меня, если мне в наказанье

Ты ответное зло совершил? Отвечай!

Феникс был очень красивым городом: светлым, чистым с широкими улицами и приветливыми горожанами. Единственным недостатком была не очень качественная еда в тавернах, но это такая мелочь! К тому же я почти не притронулась к ней, уже предвкушая возвращение и внутренне боясь, что ничего не выйдет. Алекс тоже предусматривал такую возможность…

Несясь к храму на сумасшедшей скорости и все, равно пришпоривая лошадь, я улыбалась. Алекс заметил, что может бежать даже быстрее.

– Интересно если в моем мире ты будешь передвигаться по городу со скоростью более шестидесяти км в час, тебя оштрафуют?

Алекс изогнул брови и смешно нахмурился.