Эд Гринвуд - Эльминстер. Рождение Мага

Всю следующую зиму, когда воющие холодные ветры наметали снаружи сугробы, Клинки сидели в тепле у огня, точили мечи и рассказывали бесконечные истории о том, какие они совершили подвиги и какие совершат, когда снова наступит лето. Все это время юная волшебница усердно занималась чуть в стороне от них.

Ее глаза ввалились, веки сильно припухли. Похудевшая, она щурилась, когда отходила от книг, и была очень немногословна. Ее ум витал где-то далеко-далеко – на другом краю света, словно заклинания одурманивали ее. Но тем не менее когда зима сильно выхолаживала комнаты, она умела наколдовать в них огонь, так что всем было тепло и светло, но без дыма от очага или свечей. К тому же не надо было рубить дрова.

Каждый предложенный ими план вызывал с ее стороны настоящую бурю вопросов вроде: «А надо ли убивать этого человека? Правильно ли это?» или «Но что нам сделал этот дракон? Не благоразумнее ли оставить его в покое?» И в конце концов Клинки научились не спорить с ней.

Прошла зима. Храбрые Клинки снова отправились в дорогу. Их пути пересеклись с подлыми Блестящими Щитами – повсеместно известной шайкой искателей приключений без стыда и совести, мнящих о себе невесть что. В битве, которая произошла на улицах Баэрлита, несколько Клинков погибли – им больше не мечтать о будущих подвигах. Элмара попросила обоих сражавшихся против нее магов Блестящих Щитов прекратить битву и поделиться с ней заклинаниями, «чтобы слава магии процветала, а число искусных магов умножалось».

В ответ те рассмеялись и метнули в нее убивающие заклинания, но чародея Клинков уже и след простыл.

Эл появилась позади них и ударила каждого рукоятью кинжала. Позже она даже заплакала, когда подскочившие Клинки перерезали горло лежащим без чувств магам.

– Но они же могли обучать меня! – плакала она в голос.– И много ли в том чести – убивать беззащитного?

К концу дня Блестящие Щиты были полностью разбиты. Клинки забрали деньги, оружие, лошадей и всякое другое – кому что нужно. Их волшебнице достались сапоги, ремни, кольца и жезлы, – от большей части этих вещей исходило голубоватое магическое сияние. Ей не терпелось попробовать их в деле, но она не осмелилась серьезно подступиться к ним – пока. Клинки могли подумать, что она настоящий чародей, а она-то всего лишь служит Мистре, и умений в волшебном ремесле у нее не больше, чем у неопытного ученика... Узнав их горячий нрав, она не решалась открыть правду.

Так все и продолжалось, пока жаркое долгое лето не подошло к концу. Клинкам неизменно сопутствовала удача, их седельные сумки распухли от монет, а те богатства, что уже не влезали в них, без сожаления бросались к ногам хорошеньких женщин, охотно даривших свои ласки. Только их смуглая серьезная волшебница, всегда державшаяся особнячком, предпочитала проводить ночи в компании своих заклинаний.

Однажды Тарту в руки попался отчет одного купца о путешествии за высокие горы, что находятся к северу от Онгского Леса. Купец рассказывал о долине, в которой из одинокой башни вылетали грифоны. На их шеях висели опознавательные знаки Ондила Творца Многих Заклинаний. И Тарт повел свою банду к Плавающей Башне.

Казалось, прошла целая вечность, с тех пор как они все просто прыгали при одной только мысли, что можно ограбить Плавающую Башню, и вот уже лошади стреножены в тени ее мрачной, безмолвной громады.

Тарт повернулся к девушке с магическим жезлом в руке. Солнечный свет отражался от доспехов на широких плечах главаря, и отблески плясали в его вьющихся рыжеватых волосах и бороде. Среди всех этих людей он выглядел как лев, гордый вожак славных искателей приключений, – вожак до мозга костей.

– Ну, волшебница? – Тарт махнул рукой в перчатке в сторону парящей над ними башни.

Кивнув в ответ, Элмара вышла вперед и широким жестом предложила окружающим отойти чуть назад и освободить для нее место.

Эл бросила на землю около ног длинную, свернутую кольцами веревку, затем извлекла один из пузырьков, прикрепленных к ремню. Откупорив его, она насыпала в пригоршню немного порошка. Несколько взмахов руками, длинное неразборчивое заклинание, и Элмара подбросила порошок вверх. Пока он кружился, опускаясь на землю, она с быстротой молнии подсунула под него моток... Кольца веревки на земле зашевелились. Юная волшебница отступила назад, и веревка, поднявшись с земли, как змея поползла, извиваясь, вверх.

Элмара невозмутимо наблюдала за делом своих рук. Когда веревка перестала двигаться и, вытянувшись, застыла в воздухе, девушка снова сделала знак «держитесь подальше» и, сходив к лошадям, взяла еще один моток. Надев его на плечо, она полезла вверх по первой веревке. Ее движения были так медленны и неуклюжи, что некоторые из Клинков качали головами и усмехались. Захватив веревку у сгиба локтя и держась за нее перекрещенными ногами, Элмара спокойно открыла другой пузырек, насыпала немного его содержимого на ладонь и сдула порошок, одновременно сделав движение другой рукой.

Вроде ничего не произошло... но когда волшебница, отпустив веревку, сделала по пустому воздуху шаг в сторону, стало ясно, что она ступает по невидимой площадке. Элмара, не обращая внимания на то, что площадка немного опустилась под ее сапогами, положила у ног моток веревки и повторила все то же, что и в первый раз.

По окончании манипуляций вторая веревка протянулась отвесно вверх, прямо в темноту комнаты без пола в нижнем этаже висящей башни. Не пытаясь докричаться до своих спутников, волшебница поглядела на них и очертила руками широкий круг, показывая границы площадки. Больше не оглядываясь, она снова медленно и неуклюже стала подниматься дальше.

Вдруг вокруг Элмары в воздухе засверкали молнии. Поспешно соскользнув вниз, она довольно долго висела неподвижно, не отпуская от боли веревку, пока наконец обеспокоенные Клинки не окликнули ее. Девушка не ответила. Но, похоже, с ней было все в порядке, так как немного погодя она снова вытянула вперед руки и бросила что-то заставившее молнии вспыхнуть, затрещать и угаснуть.

Эл продолжила подъем в темноту самой нижней комнаты. Перед тем как исчезнуть в ее зияющем мраке, она повернулась и снова махнула своим спутникам внизу.

– Давайте, Клинки! – Тарт уже быстро лез вверх по веревке, а его энергичный призыв все еще эхом отдавался вокруг.

Худощавый воин, стоявший около веревки, пожал плечами, поплевал на руки и последовал за ним. Жрец Темпуса – человек с колючим взглядом – протолкнулся к веревке, чтобы подниматься следующим. Воры и воины переглянулись, но расступились и стали дальше спокойно ждать каждый своей очереди. Также протиснулся и коренастый жрец Тиш с булавой у пояса: пыхтя, он неторопливо полез вверх.