А. Котенко - Отдел странных явлений: Проклятье в подарок

- А Катю Волкову ты так же мучил?

Вопрос словно молния поразил ниххонского ловеласа, что тот так остался стоять в позе 'сейчас я тебя отлюблю'. Только лаком покрыть - и будет скульптура.

- Гаденыш, откуда ты знаешь эту с…суку? - сквозь зубы прошипел Залесский, медленно оборачиваясь к висящей под потолком сетке.

Я на это и рассчитывал - стоит помянуть девичью фамилию Дельской, как это вызовет неприятные эмоции у ее бывшей партии.

- Если тебя так интересует моя порно-жизнь, - злобно ухмыльнулся физрук уголками губ, - то после общения с этой фригидной дрянью я и начал заниматься искусством возбуждения женщин. Жаль, что она меня бросила в такой неподходящий момент, и я не испробовал на практике.

'Да сожрет тебя Амт на страшном суде!' - подумалось мне. Такого плотоядного я даже во время охоты на юге Кемета не встречал. Даже древние дикие племена более трепетно относились к своим женщинам, нежели это цивилизованное создание. Зайцева была подвешена слишком далеко, но я прекрасно видел, как она пытается послать мне полный благодарности взгляд. Но в то же время я уже знал, что возбужденную девушку просто так не оставить, кому-то все равно придется унимать ее огонь желания. Кому выпадет честь совершить сей рыцарский поступок, пока думать было рано, хотя после увиденного я и сам был не против. Только отдавать несчастную Сэйлор-Афину в руки извращенца вовсе не хотелось. А если сюда заявится Минасуке со своей командой 'Бдыжь'… нет, лучше не думать, что тогда может произойти.

- А если я вспомню, - я уже обвыкся в своей сетке и цитировал присланное досье на физрука, - господин Павел Залесский, что вас задерживали в Москве за попытку изнасилования. Делу не было дано хода только потому, что госпожа Екатерина Волкова…

- Заткнись! - рявкнул Анико-сэнсей, образ непревзойденного ловеласа которого рушился в глазах двух старшеклассников.

Идеальный мужчинка оказался с гнильцой и противным запашком, когда остался без наведенной полировки 'кузова'.

Учитель понимал, что если не я, то Марина обязательно расскажем о произошедшем сегодняшней ночью в спортзале кому надо и куда надо. А если обо всем узнает Минасуке, то через пару дней в Нишимаши появится настенная газета с красочными иллюстрациями и подробными сведениями из жизни учителя. Разоблачить такую тайну - мечта Юлечки. После такого позора ни одна девушка в школе впредь не обратит на него, лучшего мужчину Нишимаши, ни малейшего внимания.

- А мне нравится болтать! - раскачивался в сетке я. - Я могу еще поведать Рёко-сан о том, что делу не было дано хода, потому что Волкова банально решила все замять и уехала из города. Скорее всего, она тогда еще любила вас, господин Залесский, но…

- Прекрати, гаденыш!

Голый Залесский схватил первое, что попалось ему под руку - свой ботинок - и бросил его в сетку. Ох, и больно же пришлось моему плечу. Однако я только улыбнулся, возрадовавшись тому, что физрук не пустил в ход баскетбольного мяча или какой-нибудь тяжелой штуковины для метания. Или, еще хуже, гири с подписью '20 кг'.

- Ой, напугал! - я показал извращенцу язык. - Меня не так-то просто взять. Только жаль мне тебя, Пашенька.

Теперь я решил предстать перед обидчиком ласковым и нежным, жалеющим. На создание, которое смотрит на врага милыми заискивающими глазками, рука не поднимается, поэтому атаки баскетбольным мячом могло и не последовать. Жаль было только Марину-Рёко, которая пыталась вырваться из пут в поисках удовлетворения собственной страсти. Но девушке приходилось терпеть.

- О! Таким идеальным мужчинам как я, достигшим совершенства в постели, не нужна ничья жалость! У меня есть все! Даже надоедливый мерзкий завистник, мозги которого я сейчас размажу по сетке.

Я, считавший себя до недавнего времени неплохим артистом, и не подозревал, что мои снисходительные беседы о любви не остановят Анико-сэнсея, и что извращенец не швырнет в сетку баскетбольный мяч. Но я умудрился так извернуться, что мяч попал ему прямо на толстые подошвы ботинок, и вскоре полетел обратно к обидчику. Идеальный мужчина, накаченный физрук или просто Павел не ожидал такого финта от подвешенного пленника, поэтому не успел среагировать, и баскетбольный снаряд угодил ловеласу прямиком в… Туда, куда я и хотел.

- Ой, извини, я помял твое оружие! - сокрушался я, прикрывая рот рукой, чтобы несчастный Залесский не мог видеть моей улыбки.

Только школьному ловеласу и доморощенному адепту садо-мазо было далеко не до этого. Охая, он стоял, скрючившись, посреди спортзала и отборными выражениями посылал то ли баскетбольный мяч, то ли натренированных агентов спецслужб в то самое место, которое я ему и отбил. Даже подвешенная с завязанным ртом Марина, казалось, смеялась над тем, как физрук получил от неудачника.

Но радость девочки оказалась недолгой. Стоило боли немного утихнуть, Залесский подошел к ней и вынул кляп.

- Ну и подонок же ты! - тут же фыркнула девушка.

Возможно, она сказала бы еще что-то, но извращенец не дал ей договорить и заткнул рот, отнюдь не кляпом. Девушка заискивающе сощурилась, аккуратно вынула 'кляп' и напевно поинтересовалась:

- Не боишься, что я откушу кусочек от твоей сардельки?

Но ответа не последовало. Физрук знал, что он делает, и он пользовался беззащитностью плененной Марины.

'Так, пора атаковать!' - решил я, доставая из-за пазухи самое страшное свое оружие - мангу.

Зайцева несколько удивилась, когда учителя отнесло на несколько метров от турника.

- Э! Что это значит? - Павел смотрел по сторонам, но ничего не мог понять.

Ни руки, ни ноги не слушались его. Он словно превратился в куклу. В очень уродливую марионетку. Руки его выгибались под прямыми углами, голову резко развернуло в профиль, а в талии так перекрутило, что ноги норовили идти вбок, а не прямо.

- Что такое? - вопил он. - Уйаааа, больно!

И в такой странной позе застала учителя ворвавшаяся в спортзал Мари. Охая и причитая о незавидной судьбе физрука, девушка тут же кинулась к нему, сбрасывая на ходу единственную свою одежду - шелковый халатик. Одну ошибку она совершила - метнувшись к Залесскому, она не заметила меня. И тем более, она успела позабыть, что у меня есть волшебная манга.

- Тьфу, как противно! - выругался я, продолжая рисовать занятные картинки.

Мари вдруг тоже выгнуло на манер персонажей кеметских фресок, и она взвыла от боли едва ли не громче учителя.

- Так, какой бы им урок преподнести? - почесал в затылке я.

Вряд ли кто из присутствующих подозревал о том, что стало причиной странных телодвижений. Нейтрализовав развратников, я принялся спасать жертв: для начала я изобразил Марину свободной от пут, предварительно одев ее в костюмчик Сэйлор-Афины без диадемы. Волшебное украшение в такой момент давать девушке чревато, не то натворит дел - не расхлебать.