Лилия Касмасова - Инферняня

- Ты слишком строга, Клио, - сказал он.

- Ничуть, - сказала она. - Не могу же я доверить историю лгунам.

- Врут все, - сказал Аполлон. - А историков будет нехватка.

- Один правдивый историк стоит десяти неправдивых, - сказала Клио.

- Чтобы завтра одарила не меньше... э-э... трех! Сама знаешь, большинство все равно уйдет в менеджеры, бизнесмены и прочую чепуху.

Клио сердито покивала:

- Хорошо, босс.

- Я же говорил - расшалились, - сказал нам Аполлон, грациозно двинувшись дальше.

Он провел нас через весь отдел, потом указал на высокую дверь:

- Дорогу ты знаешь, Вивиан.

Он уже отвернулся, но Вивиан остановила его:

- Ты сказал, забастовка из-за Петера...

Аполлон немного виновато сказал:

- Да. Из-за того, что он плохо работает.

- Петер плохо что?.. Рабо... - Вивиан осеклась на полуслове.

- Он уже восьмилетний, - мягко сказал Аполлон и положил руку Вивиан на плечо.

Лицо Вивиан исказилось, она молчала в ошеломлении. Аполлон продолжал, обращаясь к нам:

- И такой умник. Против Зевса пойти он не может. Зато посылки то приходят не туда, то оказываются рваными - от ветра, как он объясняет, то слова в поручении перепутает нечаянно... - он понизил голос: - Сегодня с утра он прилетел к Гефесту и передал: "Зевс желает украсить чеканкой свой самый большой зад".

- Зал, - засмеялась я.

- Угу, Гефест понял, что малыш резвится, и только посмеялся. А другие жалуются уже два дня...

- Как он посмел, старый мерзавец! - прошипела Вивиан. - Я его убью. Я его...

- Он бессмертен, дорогая, - сказал Аполлон. - Зато мальчику теперь точно не грозят гарпии...

- Они ему и так не грозили! - завопила Вивиан. - Мы гуляли только днем!

Аполлон молча погладил ее по плечу.

Вивиан кивнула и мы вышли.

- Зачем ты вдохновила его на такую комедию? - услышали мы Аполлона, распекавшего свою очередную сотрудницу. - Ее не купят, он от отчаяния запьется, и ты вообще до него не докричишься!

Дверь закрылась, и мы не услышали, как оправдалась сотрудница.

Мы очутились в коридоре, в больших окнах голубело небо.

- Кто эти девушки? И чем они там... "одаряют"? - оглянулась я на Томаса.

- Это Музы, - ответил он. - Клио - муза истории. А та, что по комедиям, забыл, как зовут...

Вивиан, которая уже шагала вперед по красной дорожке, позвала нас:

- Нам туда.

Наверное, там кабина лифта.

Но мы вышли на лестничную площадку и стали подыматься пешком.

Не то чтобы мне обязательно было эти пару этажей ехать на лифте. Но я порядочно устала за эти дни и предпочла бы не карабкаться по ступенькам. Которые были к тому же высокими и неровными.

- А нельзя было на лифте? - прохныкала я.

- Здесь нет лифтов, Алисия, - сказал Томас.

- Шутишь? - вяло возмутилась я, топая вперед только благодаря своей железной воле, потому что ноги у меня ныли, как у старого ржавого робота и, казалось, вот-вот начнут скрипеть, а потом вообще встанут и никуда не двинуться.

- Нет, - серьезно сказал Томас. - Пешком ходят только посетители - просители. Боги - сама видела как.

- Сюда люди приходят? - удивилась я.

- В основном нимфы, сатиры и подобные им, - сказал Томас. - Но иногда и люди. Боги считают, что нельзя давать им добираться до них запросто.

- Изверги, - сказала я.

- Ага, - сказала Вивиан, едва не ломая шпильку на очередной выщербленной ступеньке.

Мы прошли один этаж - за стеклянными дверьми виднелся такой же обычный коридор, как и тот, где работал Аполлон - и уже на промежуточной площадке к следующему этажу увидели Двери. Да-да, такие двери можно называть только с большой буквы --потому что они были до потолка (а потолки тут очень даже высокие), полированные, деревянные и все в золотых узорах - листьях, цветах, зверях и даже людях (или это боги?).

- Вот это дверцы! - воскликнула я.

- В реальности они еще более красивые, чем в учебниках, - восхитился Томас.

Он что-нибудь в жизни, кроме учебников, читает? Газеты, например, или журнал Джи-Кью?

- Все лишь бы выделиться, - пожала плечами на красоту дверей Вивиан.

Мы преодолели пролет, и приблизились к дверям. Едва Вивиан собралась постучать, как Томас придержал ее руку:

- Думаю, будет лучше, если выдать Петера потребую я. Как официальное лицо. Мне не посмеют отказать.

Вивиан подумала секунду и покивала согласно. Она все еще была подавлена тем, что Петер теперь такой взрослый. Но разве восемь лет - это взрослость? Может, и правда хорошо, что ему больше не грозят гарпии?

Томас решительно и громко затарабанил в дверь. Так стучат налоговые, полицейские и Селия. Только она стучит ногой, потому что рука у нее занята - давит на кнопку звонка.

С легким жужжанием две маленькие видеокамеры по углам двери нацелились на Томаса и откуда-то раздался женский деловитый голос:

- Кто вы и кто ваши спутницы?

Когда-то я этот голос уже слышала.

Томас вытащил из кармана значок, поднял голову и показал значок в камеру:

- Корпорация Би-Би-Си. Агент Томас Дабкин. Это мои помощницы.

Голос (в котором, честное слово, деловитости убавилось, зато появилась нота показной любезности) сказал:

- Цель визита, будьте добры.

- Открывайте дверь немедленно, - сказал Томас.

Хм. Он думает, они его испугаются?

Они испугались. Потому что в ту же секунду щелкнул замок и обе двери распахнулись.

Перед нами стояла та седая со строгим лицом женщина, которую мы уже видели на экране в Центре. На ней был уже другой костюм от Шанель, черный, с белым кантом, и она улыбалась, как будто мы были ее любимые родственники. Дама стояла на пороге бесконечных размеров зала, пустого, беломраморного, почти без мебели - я заметила только две-три резные деревянные скамейки у стен.

- Добро пожаловать! - сказала она.

- Спасибо, - ответил Томас. - Проводите нас к мистеру Зевсу Олимпусу.

- Извините, - сказала дама с едва прикрытым злорадством, - он занят.

- Да? - Томас ждал от нее пояснений.

- У него важная работа, - вздернула подбородок дама.

- Какая? - с большим любопытством поинтересовался Томас.

- Важная... встреча, - дама явно начала чувствовать себя неуютно.

- Да? - снова сказал Томас.

- Он обедает, - веко дамы дернулось.

- Да? - наступал Томас.

- То есть, ужинает, - выпалила дама.

- Я как раз очень голоден, - сообщил ей Томас и повернулся к нам: - А вы?

Я покивала, едва сдерживая смех. Вивиан тоже кивнула:

- Да.

- Он отдыхает! - заявила дама почти что грозно.

Единственное, что выдало ее сильную взволнованность - быстрым жестом она поправила свои седые букли, хотя они и так были идеально уложены.

- Так вы проводите нас? - сказал Томас, уже шагая по залу.