Ольга Силаева - Драконье лето

Не дожидаясь ответа, Квентин подхватил меня на руки. В лицо дунул теплый воздух.

— Выберись, — одними губами прошептал он.

И меня поволокло наверх.

Камень оказался теплым на ощупь. Наверное, по этой стене ходит огонь: ведь там, на другой стороне, комнаты магов. Я вжалась в круглую стену и опустила взгляд. Краем глаза, только так, страх осязаем, вдох и выдох через паузу… и скрестить пальцы. Все.

Внизу, как на дне огромной чаши, к противоположной стене метнулась фигурка. Квентин, что же ты делаешь…

Он взмахнул рукой, и шкаф с грохотом вылетел из угла. По полу разлетелись рукописи, полупустой стеллаж рухнул, и в освободившемся проеме блеснул серебристый прямоугольник.

Двери распахнулись одновременно: тайная, в знакомом ворохе искр, и деревянная, с сухим щелчком. Пепел! Доска с буквами перестроилась, дав нам время, но с какого перепугу я не сменила тайное слово? «Не умею» — не довод, говорил же Марек!

Из полутьмы протянулась рука, и газовые лампы погасли. Еще вспышка, и над входом повис золотистый шар. Я невольно вжалась в нишу.

Пронзительный белый свет ударил по глазам. Из ладоней Квентина рвалось, полыхая, тонкое пламя необыкновенной силы и чистоты. Узкое лезвие жгло кирпич, словно бумагу. Секунда… вторая… может, он успеет уйти, и все обойдется? Неужели?

Нет. Воздух загустел, как смола, внизу засвистел ветер, и по комнате полетели страницы. Стало трудно дышать, словно кто-то одним движением разбил архив на клетки, как доску, и теперь жонглировал воздушными потоками, как чашками весов.

Ветер, бьющий в ноздри, ослаб, и я рискнула глянуть вниз.

Белое пламя билось в неподвижной руке, медленно уменьшаясь. Квентин застыл в пряном густом воздухе, как бабочка в меду. По бокам куба проблескивали огоньки.

От освещенного дверного проема отделились три фигуры. Двое, высокие, строгие, в мантиях и шлемах, плыли через зал ровно и прямо, как по струне. Третий, светловолосый и худощавый, шагал небрежной, расхлябанной походкой, и в то же время аккуратно держался чуть позади.

— Собственно говоря, это признание, — задумчиво сказал Дален, останавливаясь в двух шагах от Квентина. Кирпичная кладка за серебристой дверью осыпалась местами, но выдержала.

— Хорошее завершение вечера, — Анри оглядывал перевернутые шкафы. В отсветах золотистого шара его лицо казалось восковым.

— Так я могу идти, господа? — заговорил светловолосый. — Право, мне было бы неловко встречаться с вашим гостем лицом к лицу.

По граням куба пробежала вспышка, и Квентин с видимым усилием развернулся.

— Саймон, — проговорил он, с трудом шевеля губами. — Если ты нанялся в биографы рода Кор, вынужден тебя разочаровать: к нашим архивам не допускают кого попало.

— Все в порядке, дружище, — Саймон успокаивающе поднял руку. — Мне хорошо заплатят, ты же знаешь.

— Мне стоило догадаться, — наклонил голову Квентин. По его телу пробежала дрожь, руки упруго толкнули воздух, и, резко выпрямляясь, он добавил уже естественным тоном: — А вот теперь, господа, я к вашим услугам.

Дален и Анри, не сговариваясь, повернули руки ладонями вперед.

— Я, вообще-то, никогда не стремился к обогащению любой ценой… — последние слова Саймона прозвучали уже за дальними стеллажами.

— Давайте побеседуем, — согласился Дален. — В конце концов, все уже произошло.

Я смотрела на Квентина. Отросшие волосы забавно падали на лоб, растрепанные лоскуты свешивались с рукавов, как длинные манжеты. Да и вообще он казался нашкодившим мальчишкой, настигнутом в буфете. Вот только голос… Прошло пять минут, а он все еще отдается у меня в ушах.

— Вы очень близко стоите, — шевельнул пальцами Квентин. — Вы не боитесь?

Анри заметно побледнел.

— Мы перехватим ваш огонь, если вы об этом, — ответил Дален. — Анри, ты видишь?

— Да, — Анри разом успокоился. — Ловушка в коридоре сработала, значит, ты принял заряд огня. Тебя должно было вышвырнуть в драконье тело и размазать по стенам: коридорчик-то узкий. Но разорвало только одежду, значит, ты себя сдержал. И еще несколько часов не сможешь летать.

— Это так. Но кругом книги, хрупкие рукописи.

Словно подтверждая слова Квентина, Саймон перевернул у дверей очередной ящик. Тубусы рассыпались по полу.

— Квентин, ты ценишь это место, — нетерпеливо бросил Анри. — Ты здесь ради книг. Как можно всерьез воспринимать твои угрозы?

— Я не угрожаю, — покачал головой Квентин. — Если бы. Я пытаюсь понять, что вам наговорил Саймон.

— …И ничего, кроме правды! — послышалось из коридора. Гулко хлопнула входная дверь.

— Отчаянно смелый парень, — фыркнул Анри. — Между прочим, когда он сообщил, что это ты поджег Херру, а с Лин выплясываешь просто так, для души, я сначала ему не поверил.

Последний кусочек мозаики лег на место.

…Внизу стоит мой друг…

…Внизу стоит тварь с крыльями, сжигающая людей…

…Жертв не было, лекарь же сказал…

…А какая разница?..

— Как я понимаю, он выдает тебя не в первый раз, — продолжал де Верг. — Ты догадываешься, о чем мы хотим тебя спросить?

— Херра — мой дом, — негромко ответил Квентин. — Я совершил ошибку.

— Никто не погиб, — кивнул Дален. — Младший брат нашего лекаря уже бегает наперегонки. Но вот незадача: мы не знаем, какой город будет следующим. Марек распылил под Вельером соли серебра; дождь защитит жителей. На день, на два — ненадолго. Что дальше?

— Я не знаком с другими драконами, впервые увидел де Вельера у вас в замке и не могу ничего рассказать вам об их планах, — отчеканил Квентин. — Как и де Вельер, я хочу, чтобы драконы овладели тонким огнем. Но этого, — он указал на руки Далена, шрамы покрывали их крест-накрест, — больше не случится. Ни с вами, ни с кем другим.

— И вы готовы отдать за это жизнь?

— Мне больше нечего отдавать.

— А как же будущее рода Кор? — хмыкнул Анри. — Замок, земли, драконята?

— Роду Кор конец, — ровным голосом ответил Квентин. — Давайте говорить по существу. Что я могу сделать, чтобы убедить вас?

— Боюсь, что ничего, — Дален внимательно посмотрел на него. — Зеркальные плоскости, наш разговор после ранения Лин, ваши уроки на крыше — вы заработали себе заключение, Квентин. Я сделаю все, чтобы оно не превратилось в пожизненное, но пока единственное, что вы можете сделать для своих братьев — это пойти с нами. Докажите, что вам можно верить: не жгите мосты.

— Второй раз, — Квентин на секунду прикрыл глаза. — Вы понимаете, чего просите?

— Да мы, в общем-то, не просим, — уронил Анри.