Сергей Ким - Цена победы - смерть!

На краткий миг в магическом плане воцарилась звенящая, будто туго натянутая струна, тишина — затишье перед бурей…

И вдруг сорвалось.

В районе входа в порт словно бы забурлила невидимая взгляду простого смертного огромная воронка Силы. Со всех четырёх сторон света к расположённому под водой на глубине нескольких метров плетению рванули потоки магической энергии — заклинание вошло в пусковую фазу. К сожалению, как оказалось, у данного образца магического искусства сия стадия длилась крайне мало (Евстафию почему-то почудился лёгкий "привкус" арбенохарского стиля волшбы), и прежде чем рарденский мастер успел просто перебрать в уме возможные варианты контрзаклятий, чары ниаронских чародеев уже миновали потенциально опасную стадию и обрели устойчивость.

Сила мощным потоком вливалась куда-то под воду, вблизи брекватера сейчас бушевал настоящий магический шторм такой мощи, что его отражение почувствовали даже немаги. Противопоставить этому буйству первородной стихии уже было нечего — если сейчас вмешаться в работу заклятья, то это может выйти боком решительно всем. Тут стоит говорить скорее не о запихивании палки в колесо движущей телеги, а о засовывании собственных пальцев — и исход тут вполне предсказуем. Совладать с такой мощью, буде она выйдет из-под контроля, по силам будет лишь кому-то уровня командора, никак не меньше…

Вода на входе в порт забурлила многочисленными потоками поднимающихся со дна пузырьков — и ведь это были всего лишь жалкие крохи, вырывающиеся из-под власти заклятья!..

Евстафий примерно представлял себе всё происходящее. Сейчас на глубине, вокруг затопленного корабля, вода стремительно начинает распадаться на составляющие кислород и водород, удерживаемые в едином месте лишь силовыми полями. И как только необходимая концентрация газов в воде будет достигнута, в ход пойдёт малая толика магии Воздуха. Та, что отвечает за создание молний…

И полыхнуло.

Куда там глубинным бомбам или водно-воздушным коконам!.. Кто назвал это заклятье "выдохом левиафана", тот сильно польстил морским хищникам — на ТАКОЙ выдох не способно и целое стадо этих гигантов…

Удерживаемой силовыми полями на глубине гремучей смеси воды, кислорода и водорода, хватило бы и небольшой искры, а тут с небес в море ударила настоящая молния.

Мгновенье, и в воздух взметнулась огромная масса воды.

Огонь, вода и воздуха сплелись воедино, чтобы привнести в мир ещё одну толику разрушения.

Сила взрыва оказалась столь велика, что в клочья оказался разнесён не только затопленный минкрей, но и даже частично брекватер. Подводный объёмный взрыв оказался чудовищно силён — то, что магическим эквивалентом взрывчатки оказался наполнен буквально каждый кубический сантиметр пространства, многократно усилило и так немаленький заряд "выдоха". "Залитый" многими тоннами "взрывчатки", рарденский корабль не выдержал идущий со всех сторон удар, и буквально оказался разнесён на атомы — в эпицентре взрыва не могло уцелеть ничего.

Водная взвесь, распылённая в воздухе, ещё даже не успела осесть обратно, а пара ниаронских корветов уже рванула вперёд. Преграда, превратившаяся теперь лишь в груду плавающих на поверхности моря обломков, теперь уже не могла их задержать. Не было надежды и на береговые батареи и эмиттеры стоящих на рейде кораблей, ибо не прекращающие ни на минуту свою канонаду тяжёлые орудия линкоров фактически полностью уничтожили оные. В груду пылающих обломков были превращены оба выносных бастиона, корабли шестой эскадры оказались уничтожены все до единого — между Мгачи и эскадрой вторжения Империи Ниарон больше не было ни одной преграды.

* * *

— Аристарх Борисович! Они прорываются!

Если бы не низкий потолок блиндажа, лейтенант Катальский уже бы подпрыгивал из-за возбуждения. Ярости его не было предела — противник только что сокрушил последний элемент обороны, и теперь его уже ничто не могло остановить.

— Будь прокляты колдуны! Почему они не смогли их остановить?!

— Спокойно, лейтенант, — сквозь зубы процедил Морозов, не отрываясь от полевой бинокля. — Никто и не рассчитывал, что маги смогут остановить ниаронцев…

— Господин генерал, но ведь они же сейчас начнут высадку, а это — крах!..

— Лейтенант, ты, что уже забыл всё, о чём я говорил всё это время? Острог мы потеряем в ЛЮБОМ случае, наша задача нанести противнику максимальный ущерб…

— Господин генерал, всё равно это неправильно…

— Твоё дело, лейтенант, не обсуждать приказы, а исполнять их, — жестко ответил Аристарх. — Мы уже всё обсудили и приняли решение — возражать уже поздно.

Катальский вспыхнул, но спустя некоторое время всё же смог взять себя в руки.

— Что же в таком случае ПРИКАЖЕТЕ делать? Сейчас они добьют последние очаги сопротивления, ворвутся в порт, и, скорее всего, высадят десант с корветов…

— Ну и сколько их там высадится? Сотня, две, три? А нас здесь четыре тысячи — сбросим туда же, откуда пришли…

— Но ведь и ниары не дураки! Уж наверняка они что-то придумали на этот счёт…

Генерал незаметно стиснул кулаки.

— Сейчас увидим…

* * *

Центральный форт острога Мгачи уже ничем не напоминал собой хоть и небольшую, но грозную крепость, каковой был ещё совсем недавно. Пара ниаронских корветов, ворвавшихся в порт, стреляя почти что в упор, разнесли портовый донжон, практически не понеся при этом потерь — несколько несмертельных попаданий в корпус не считаются. Несмотря на то, что крепостные орудия были несколько мощнее и дальнобойнее, их ниаронские аналоги, установленные на корветах, превосходили рарденские эмиттеры в скорострельности, что и сыграло ключевую роль.

Защитники Мгачи успели сделать два залпа, корветы — четыре. Восемь рарденских огнешаров против шестнадцати ниаронских.

Общий счёт оказался в пользу последних — всё же попасть по большой и неподвижной цели гораздо проще, чем по относительно небольшим корабликам. Тяжёлых повреждений ниаронцы нанести, конечно же, не смогли — слишком уж были слабы их орудия, но вот неплохо так расковырять небольшую крепость у них вполне даже вышло.

Огонь из форта Мгачи прекратился, и пара корветов рванула вперёд, прямо по направлению к широким бетонным пирсам, раздвигая обитыми сталью носами плавающие в акватории порта обломки своих более неудачливых соперников.

Заложив крутую циркуляцию, "Акацуки" и "Икадзути" прошли впритирку к причалу, на ходу сбрасывая якоря и гася набранную скорость. Как только ход корветов замедлился, с их невысоких бортов были быстро спущены сходни и скинуты штормтрапы.