Наталья Бульба - Ловушка для темного эльфа

А я… я осталась в полном недоумении. Боюсь только, ненадолго. Потому что у того, к кому обращался Аль` Аир, взгляд был не менее задумчивым, чем у меня.

— Воинов я, естественно, дам. Да и парочку магов подкину. Вот только… ты не хочешь объясниться.

Остальные, было бы чему удивляться, тоже не спускали глаз с Алексера.

А у меня в голове, словно что-то щелкнуло. Вытаскивая из глубин памяти все то, что только теперь, когда я насмотрелась на то, как двигаются эльфы и оборотни, становилось понятным.

— Он из твоих оборотней? — Это хоть и звучало как вопрос. Но… было, скорее, утверждением. И ответа мне не требовалось.

Но князь, кивнул головой. Все-таки, отвечая.

— А мама знала?

Но, вместо кивка, он качает головой. А я чувствую, как начинаю звереть.

— Я не буду очень назойливым, — на лице Олейора отображается напряженная работа мысли, — если попытаюсь уточнить, о чем вы говорите.

— Он, мой принц, — я несколько более ехидно, чем хотелось бы, обернулась к своему учителю. Все-таки, закалка у меня не та, чтобы продолжать держать себя в руках, — говорит о том, что тот человек, которого я называла своим отцом, на самом деле, является оборотнем. Наверное, кем-то из тех, кому он был способен доверить свою дочь.

Похоже, на какое-то время все присутствующие забыли, что у нас, вообще-то, выкрали из-под носа дракона. Что у нас Даймоны собираются подчинить Великого Мага Равновесия. Что у нас, в конце концов, Демоном Хаоса оказался наследник светлоэльфийского Правителя.

Разве это важно? Когда здесь выясняется, что я, совсем не то, что обо мне думали.

Первым, кто бы сомневался, в себя пришел Олейор.

— Но я не ощущаю в ней второй ипостаси. — Медленно так и задумчиво. Словно прислушиваясь к себе. И, совершенно равнодушно, принимая известие о том, кто является моим родителем. А я, с огромным удовольствием, смотрю на папочку. Мол, давай, выкручивайся.

Правда, улыбка, которую я получаю в ответ, была слишком спокойной. Боюсь, я опять не сделала ничего из того, что не должна была сделать.

— Лера — чистокровный человек. Магия рода не позволяет рождаться полукровкам. Так что, — его взгляд, который он бросил на меня, на мгновение стал напряженным. Словно, он просил меня быть внимательной к его словам, — она взяла кровь матери и не является оборотнем.

— Может, — Рамон впервые за весь вечер вклинился в общий разговор. И я, даже, чуть вздрогнула, от неожиданности, — есть еще что-то, чего мы не знаем?

А я постаралась как можно быстрее спрятать полный ехидства взгляд под опущенными ресницами. А то, по тому буйству чувств, что пылают в моих глазах, можно все, самые секретные тайны выведать.

— Есть, Каре. Но… — его улыбка была задумчивой и насмешливой одновременно, — это никак не может повлиять на то, ради чего мы здесь собрались.

— Ладно, Аль` Аир, будем считать, что так оно и есть. — И вновь Олейор взял решение на себя. И все, как-то очень естественно, это приняли. — Гадриэль, — он обернулся к своему другу, что стоял у самой двери, подпирая стену. Но, по тому, как легко и нежно его ладони лежали на рукоятях клинков, мне, теперь уже, было понятно, насколько он готов ко всякого рода неожиданностям, — ты забираешь Сашку и детей, сопровождаешь их на Землю и возвращаешься в Тарикон. Мы будем ждать тебя там. Князь… — он лишь встретился взглядом с глазами Алексера, а тот уже ему отвечал, протягивая черноволосому Лорду печатку с изображением бегущего волка на черной пластине.

— Ирэна знает и ждет. Передашь ей кольцо. Из моих, с детьми, отправится Тахир. Ему я доверяю полностью. И… будь осторожен.

Пока он, уже шепотом, давал последние указания побратиму Олейора, я подошла к Сашке. Тот был… таким серьезным, что у меня сердце сжалось от нахлынувших эмоций. Я-то хоть успела свыкнуться с мыслью о том, что все в моей жизни оказалось не так, как виделось. Он же… На его лице не отражалось ничего, что могло бы мне сказать о его душевной борьбе.

Он стал взрослым.

Он стал совсем взрослым. И теперь уже не я, он, нес за кого-то ответственность. Брал на себя заботу о них. Должен был защитить их жизнь. Он стал мужчиной. И не позволил мне увидеть своих чувств.

Но… я мать. И каким бы взрослым он не был, моя душа продолжала беспокоиться о нем.

Вот только… Если раньше я могла прижать его к своей груди, гладить его по волосам, шептать всякие глупости, поддерживая и успокаивая.

То теперь… Как мне сказать ему, что каждую секунду, каждый вздох, каждый взмах ресниц я буду рядом с ним. Что мои мысли, не зависимо от моего желания, будут касаться его. Где бы я ни была. И, что бы я ни делала.

Я буду рядом с ним.

Мой взгляд метался по его лицу, запоминая. Каждую, самую мелкую деталь. Пока он, не шагнув ко мне, не прижал меня к своей груди.

Не знаю, сколько бы мы так стояли, если бы ни Гадриэль, который, проходя мимо, коснулся его плеча и негромко сказал. Бросив уже за спину.

— Пора.

Чуть сильнее сжали мои плечи его руки. Чуть слышно, шепотом, в самое ухо: "Ты самая лучшая мама на свете", — и он, следом за эльфом, выходит из кабинета.

Оставив меня утешаться мыслью о том, что на Земле они будут в большей безопасности, чем здесь.

И словно эхо, голосом Олейора.

— Там им будет спокойнее.

И я, прикусив губу, чтобы не позволить себе разреветься, словно истеричной девице, киваю в ответ головой. Но, видя, как все не сводят с меня глаз, задаю нейтральный вопрос. Лишь для того, чтобы не дать им возможности меня жалеть.

— Почему нам надо перебираться в Тарикон? Что есть в столице темных, чего нет здесь?

Конечно, всем всё понятно, но они предпочитают сделать вид, что это крайне серьезно. И я им за это благодарна.

— И здесь и во владениях князя могут оставаться члены клана Демонов Хаоса. Причем, из самого близкого окружения правителей. А у нас, — Олейор обводит остальных взглядом, будто ждет возражений. Но… их нет, — более надежно.

— Хорошо, — Аль Аир подходит к столу, шепотом, лишь по шевелению губ можно понять, что он не молчит, произносит несколько слов, и спустя мгновение в его руке тонкий сверток, — все остальное — в Тариконе. Может и у Элильяра найдется, что добавить к нашим мыслям. Так что…

Он не успевает договорить. В кабинет, без стука входит эльф. Что-то тихо говорит подошедшему к нему Валиэлю.

Тот кивает головой и поворачивается к нам.

— Отец, Большой Совет ждет в тронном зале.

Быстрый обмен взглядами. И, кажется, все, кроме меня, понимают, о чем идет речь.

— Я останусь с Лерой. — Рамон подходит ко мне, стараясь не встречаться взглядом с помрачневшим Олейором.