Вероника Иванова - Право быть

— Она... — Моему собеседнику потребовалась пауза, чтобы сглотнуть. — Она не притворялась. Она была честна со мной, это чувствовалось, но... Я не понимаю, что она хотела сказать. Никак не могу понять.

Вот тут следовало бы остановиться в расспросах и либо закрыть тему, либо встать и уйти, не дожидаясь развития событий. Но отчаяние рыжего выглядело искренним и глубоким, поэтому я решил уточнить:

— А что именно было сказано?

Борг покатал между ладонями кружку с остатками эля.

— Что ей было хорошо. Что она счастлива. И что никогда не потребует от меня большего.

— Так о чём же ты грустишь?

Карий взгляд задрожал.

— Ты внимательно слушал? Она сказала, что не будет требовать большего. Не будет!

— Так это же прекрасно! Неужели лучше было бы оказаться похороненным под горой всевозможных желаний?

— Ты не понял... — Борг страдальчески возвёл очи к потолку. — Она не хочет от меня большего, чем короткая близость! Но я-то... Я-то хочу!

— Хм. Ты меня совсем запутал. Давай попробуем разобраться вместе. Ты провёл ночь... нет, извини, утро, с женщиной. Женщина осталась довольна, ты — нет. А всё почему? Потому что она отказалась от продолжения?

— Нет. Не отказывалась. — На рыжего становилось всё жальче и жальче смотреть. — Она будет рада видеть меня снова и снова.

— Всё. Можешь считать, что победил. Я теперь вообще ничего не понимаю.

Борг куснул губу и, прежде чем вернуться к разговору со мной, что-то пробормотал, обращаясь то ли к богам, то ли к демонам.

— Я впервые встретил женщину, которую хочу видеть своей женой. А она, ещё до того, как услышала... как могла бы услышать моё предложение, отказалась.

Я пожал плечами:

— Значит, у неё были на то причины.

— И что теперь делать?

— Понятия не имею.

— А должен! В конце концов, это же ты всё подстроил!

Мало мне было сегодня кузена с его разочарованиями, надо было добавить Борга с нелепыми обвинениями?

— Я?!

— Ты, кто же ещё!

— Объяснись.

— Скажешь, просто так подсунул Роллене печать?

Хм. Кажется, картина начинает понемногу проясняться. У парня что-то не получилось или получилось не так, как задумывалось, стало быть, надо обвинить в неудаче всех, кто ненароком окажется поблизости. Разумное поведение, сберегающее душевное равновесие, правда, только одной из сторон.

Но брать на себя лишнюю вину не буду.

— Я не подсовывал. Я вообще не представлял себе, как эта штуковина действует.

— Врёшь!

— Ни единым словом. Я предпочёл, чтобы Роллена взяла королевского орла, потому что девушке требовалось больше защиты, чем мне, вот и всё.

Но моя чистосердечность рыжего не убедила:

— Ты не мог не знать. Ты же водишь знакомство с самим ректором!

А ещё я накоротке с Ножами, Длинными и не очень. Что ж теперь, причислить меня к тёмному миру столицы? Если вспомнить про эльфов, можно добавить ко всем моим титулам ещё и звание эльфячьего соглядатая. О юности, проведённой в песках Южного Шема, лучше вообще не вспоминать, дабы не бередить покой ещё более громких имён.

— Можешь думать всё что угодно, но я говорю правду.

— Угу, как обычно. А потом выяснится, что ты попросту недоговорил одно слово из сотни. Какая мелочь, правда? Только это слово, конечно же, было главным!

Интересно, почему он так разозлился?

— Я чем-то тебя обидел? Извини.

— За обиду не извиняются. За обиду платят, — буркнул Борг.

— Согласен. Но хотя бы скажи, в чём дело?

— Ты свёл меня с Ролленой. Зачем? Чтобы посмеяться?

Ах, значит, я — сводня? Кто бы мог подумать.

— И в мыслях не было.

— Ага, как же! Сначала долго мне доказывал, что эта девица — настоящее приобретение для Опоры, а потом всеми правдами и неправдами сделал так, что я...

— Влюбился.

Гневный румянец на щеках взрослого мужчины — незабываемое зрелище. Хотя бы в силу своей неимоверной редкости.

— Зачем тебе это понадобилось?

Будь я и в самом деле столь изощрённым шутником, уж наверняка знал бы ответ на поставленный вопрос. И почему, Пресветлая Владычица, почему каждый мой поступок, совершённый без какого-либо умысла, всем вокруг видится ужасающим преступлением?

— Я даже представить не мог, что в твоём сердце вдруг разгорится чувство к этой девушке. И если быть совсем уж честным... Я думал, что после вашей близости всё раз и навсегда выяснится. Проще говоря, переспав, вы оба поймёте, чего хотите друг от друга.

— Мы и поняли! Только я понял одно, а она... другое.

Борг утвердился в мысли, что желает видеть Роллену своей женой. Роллена же в силу каких-то умозаключений, прекрасно понимая дальнейшие намерения своего возлюбленного, предложила остановиться на уже достигнутом. Весь вопрос — почему?

Не говорить же рыжему, что девушка могла счесть его недостойным женихом? К сожалению, допуск к женскому телу ещё не означает допуска к женской душе, и, как свидетельствует история, иногда женщине легче разделить ложе с мужчиной, чем объяснить, почему она не хочет этого делать.

Впрочем, вряд ли сестра Королевского мага поставила себя на много ступенек выше Борга, ведь для обретения власти выбор подобного кандидата в мужья более чем удачен. Кому служит рыжий? Самому принцу, первому наследнику королевства. Стало быть, рано или поздно окажется настолько близко к трону, насколько это только возможно. А супруга приближённого будущего короля при должной сноровке и малости везения сведёт близкое знакомство с будущей королевой, получая в своё распоряжение возможности едва ли не большие, чем у своей сильной половинки. Так что с точки зрения карьерного взлёта поведение Роллены выглядит странно. Но почему девушка так легко отказалась от прямой дорога к успеху? Она показала себя весьма сообразительной, и вcё же...

А что, если посмотреть с другой стороны, не со стороны Борга и не со стороны разума? Ведь у всего на свете существует и третья сторона, как недавно утверждала Эна. Итак, о чём расскажет сторона самой Роллены.

Разум, выгода, расчёт — всё это орудия, требующие немалой уверенности в собственных силах, граничащей с самоуверенностью, девушка же сейчас находится в некоторой растерянности и старается доказать, что способна добиться успеха без чужой протекции. Доказать в первую очередь самой себе. A если так, то какие чувства у Роллены должна вызывать внезапная страсть одного из влиятельных камней Опоры?

Злость по меньшей мере. Отчаяние. Упрямое раздражение. Не удивлюсь, если сейчас сознание девушки наполнено мыслями вроде «зачем же я старалась быть умной, если достаточно было сыграть прежнюю роль покладистой дурочки» и «я опять вернулась к тому, от чего хотела убежать навсегда». Эх, Борги-Борги, боюсь, ты ошибся с выбором... Нет, не с выбором супруги. Всего лишь с выбором времени.