Галина Гончарова - Рабочие будни

— Зд-драв…

— День добрый. — Кабан ласково улыбнулся.

Кто интересуется дикой природой, тот знает, что кабан — животное весьма опасное. Умное, злопамятное, мстительное, очень быстрое, коварное и проворное. Ей-ей, лучше столкнуться с волком или лосем, чем с кабаном. Целее будешь.

Двуногий прототип полностью соответствовал парнокопытному. Стальные мышцы чуть прикрыты жирком. А обманчиво невинный вид… так он и у кабана невинный. Вы в жизни не поверите, что эта вот милая хрюша…

Сар Виарно своего собеседника не недооценивал. Потому и заикался, и краснел, и обливался потом…

— Чем могу служить, господин?

Виарно полностью овладел собой и перестал заикаться.

Кабан улыбнулся еще ласковее.

— Вечером к тебе зайдет человек. Так вот, сделаешь все, что он попросит. Понял?

Сар Виарно кивнул.

— И упаси тебя Раш, если он недовольным останется. Или если трепанешь кому про его визит. Понял?

Виарно закивал. Стряпчему очень хотелось и жить, и жировать… а для этого надо дружить с криминальным миром Тивараса. Или бежать со всех ног в другой город.

«Дрянь человечишка, — подумал Кабан. — Интересно, его удар не хватит, когда он некроманта увидит? Хотя… какая разница? Такой дряни набрать — раз плюнуть. Стряпчих по городу много бегает…»

Мирандела Арусион чуть не плакала.

Все было из рук вон плохо. Кое-что удалось спасти, но восстановить дом? Проще новый поставить.

Тамьян глядел на мать глазами преданного пуделя, и Мира поймала себя на том, что ей хочется стукнуть сына. Нет, обычно она радовалась, когда решала все сама, а Тамьян отмалчивался и не спорил. Но сегодня это было совершенно некстати. Ей захотелось, чтобы хоть раз решение принял сын. Понять, что именно она сделала его тряпкой и приспособленцем и ждать от Тамьяна решения можно с той же вероятностью, что и от старого матраса, ей было не дано. Увы…

— Что мы будем делать?

— Можно подумать, ты способен хоть что-то сделать, — окрысилась Мирандела.

— Мам…

— Что — мам?! Нет, что — мам? Значит, так, идем в леанти, сегодня же делаешь предложение Каирис и завтра же тащишь ее к жрецу! Понял?

Тамьян уныло сгорбился. Видимо, известие о женитьбе радости ему не доставило.

Мирандела сверкнула глазами:

— Учти, ты, дурак и пьяница…

— Мам!

— Можно подумать не ты на бровях приползаешь каждый день! Не сделаешь предложения Каирис, будешь жить на помойке! И я с тобой…

— Вот сама бы и женилась, — проворчал Тамьян едва слышно.

Мира сверкнула глазами еще раз — и бунт был подавлен в самом зародыше.

Увы…

После закрытия леанти Каирис пересчитала выручку, разложила ее на несколько кучек.

Чистая прибыль? Наивные люди. Вот эти несколько монет отправятся в копилку с надписью «Ремонт». Леанти ведь надо подновлять, красить, шить новые шторы, покупать скатерти… Эта кучка — для копилки с надписью «Продукты». Их тоже надо закупать. И — впрок. Эти деньги пойдут Лейри. Подруга хоть и ругается, но не бесплатно же ее эксплуатировать? Эти — в гильдию. Эти — налог в казну. Остается несколько монет чистой прибыли. Не так и много. Но и не так мало.

Каирис распределила деньги, убрала копилки и спустилась вниз помочь. Ну и что, что Римира и Вилера — рабыни, что Лейри никого не пускает на кухню, разве что полы помыть. Сама Каирис тоже старается. Допустим, стирку можно поручить и Римире. Но вымыть столы, собрать скатерти… Дело-то ее.

Отец до последнего дня не брезговал сам прибивать, красить, чистить…

Внизу девушку встретил букет из ромашек. Жаль, что всего пять штучек и уже слегка подвядших. Больше Тамьян купить не смог.

— К-каирис, это тебе.

Девушка приняла цветы и передала их Римире:

— На кухню отнеси.

До кухни цветочки не добрались. Потеряли по дороге пару лепестков и были отправлены в мусорное ведро. Римира посчитала, что хозяйка не обидится, и угадала.

— Каирис, выходи за меня замуж.

Кай мысленно выругалась. Вот ёж рогатый… как бы его послать повежливее…

— Разумеется, она выйдет! — Мирандела не могла остаться в стороне. — Какая девушка откажется от такой удачной партии. Полагаю, завтра вы можете сходить к жрецу.

— А я полагаю, что завтра они могут сходить к стряпчему. — Голос Лейри застал всех врасплох.

— А вас, девушка… — Мирандела едва не зашипела, но договорить не успела. Каирис тут же ухватилась за это предложение.

— Да, полагаю, сначала мы пойдем к стряпчему и…

— …посмотрим на договор. — Таши встал рядом и положил руку на плечо Каирис.

— Договор?

Тамьян молчал. Мирандела опешила от неожиданности.

— Ну да, — Таши был сама невинность, — мы ведь его так и не видели. И прежде чем соглашаться выходить замуж за пьяницу…

— Мой сын не пьяница! — взвилась Мирандела.

— Простите, кайта Арусион, — тут же извинился Таши, — он просто напивается раз в три дня так, что возвращается домой ползком. Но, разумеется, он не пьяница.

— Он не…

— Могу привести сюда его собутыльников из «Очумелой улитки», — предложил Таши.

Мирандела побагровела. «Очумелая улитка» была известна как место сборища мужчин с определенными предпочтениями.

Каирис хлопнула ресницами.

— Полагаю, все же имеет смысл сначала взглянуть на договор.

Она не понимала, что затеяли ее подруга и книжник, но решила соглашаться со всем.

Замуж за Тамьяна? Уж лучше в бордель! Сразу!

Мирандела клокотала от злости, но вынуждена была смириться. Как-никак Виарно она деньги отдала, так что завтра он все подтвердит, никуда Каирис не денется. В противном случае сумма неустойки покроет расходы на строительство нового дома.

Таши коварно улыбнулся. Некроманты не читают чужие мысли. Но… если б они еще и читали, от них вообще спасения не было. И так все ясно… Весело завтра будет. Надо напроситься к стряпчему с визитом.

Вечером Таши, как и собирался, отправился на работу.

Черная шалотта скрыла лицо. До чего удобная одежда! И сколько всего в ней можно спрятать… Хвала Равхе!

Его ждали в том же трактире.

Хоши приветствовал некроманта крепким рукопожатием. Кабан окинул дружелюбным взглядом, но руку не протянул. Мол, рад, но мало ли что от некроманта подцепишь. Тут речь уже не о блохах…

— Едем сегодня по кладбищам, — бодро сказал Таши и вдруг задумался: — Мне бы хотелось сначала навестить стряпчего.

— Как пожелаете, сатро Раш.

Таши кивнул и оскалился под капюшоном.

Сар Виарно уже лег, когда в дверь его дома заколотили что было сил. Пришлось вставать. Жил стряпчий один, жена у него умерла, дети уехали, не забывая, впрочем, писать отцу и просить денег… Слуги ушли на ночь.