Алина Багазова - Ведьма

– Даже и не знаю… Шутишь?

– Нет, я серьезно. Матвей ученый-философ близкий к нашей области, он отлично вольется в наше дело. А девчонки будут помогать нам. Как думаешь?

Меня вдруг эти планы тоже захватили не на шутку.

– Завораживает, – азартно произнесла я, – и работа предстоит интересная…

– Замечательно! Прямо сейчас, за вином, и обсудим. Гениальные идеи приходят нечасто, надо за них хвататься, – засмеялся Фима. – Готова бросить свою работу ради такой?

– Легко, – засмеялась я в ответ, – тем более что у меня стойкое ощущение, что нашей пейджер-компании недолго осталось. Люди переходят на сотовую связь.

– Видишь, все – за наши планы! Серафим легко вскочил, взял у меня вилки, сунул мне в руки два бокала, сам подхватил блюдо с закуской, бутылку и совсем уже собрался идти к реке.

– Стой! – окликнула я. – Подожди!

– А?

– А как же… Что мне делать сейчас? Рассказать Олегу обо всем?

– Тебе решать, – вдруг нахмурился Серафим, – возможно, не сейчас, не здесь…

– Почему? Почему ты передумал? – удивилась я. – Вы же все говорили, что здесь наилучшее время и место!

– Некоторые обстоятельства изменились… – Серафим вдруг посмотрел на меня как-то стран но, словно не узнавал меня или пытался что-то понять.

– Фима, какие еще обстоятельства?! – воз мутилась я. – А если я завтра исчезну?! Я и так живу как на минах…

– Завтра ты не исчезнешь… – медленно про – говорил Серафим. – Скажи, ничего странного не происходило за последние дни?

Я задумалась.

– Да нет вроде… Хотя… Единственное – мне вчера приснился кошмар, а сегодня, когда я спала в дороге, он повторился. Немного по-другому, но сон, в общем, был тот же…

– Подожди-ка, – Фима снова присел, – рас! скажи поподробнее…

Я в общих чертах обрисовала увиденное! Фима, по своему обыкновению, глубоко задумался. Но все это время он смотрел на меня в упор, я бы даже сказала – сквозь меня.

– Ты скоро действительно снова отбудешь на задание, – наконец сказал он.

– Я чувствовала… – обреченно пробормотав ла я. – А как ты узнал?

– Сон. Что-то мне подсказывает, чтя между ним и твоим следующим заданием есть связь.

– Господи… Мне что, придется убивать???

– Надеюсь, что нет. Во всяком случае, в этом! сне есть какая-то подсказка.

– Фим, я боюсь… – загрустила я. – А вдруг все плохо закончится? У меня какое-то мрачное предчувствие.

– У меня есть свои предчувствия, – Фима вертел вилки в руках, теперь не глядя на меня, – и весьма неоднозначные…

– Не томи!

– Хорошо, буду честен до конца. Я вижу смерть.

– Ч-чью?…

– Не знаю. Вот этого не знаю. И одновременно с этим вижу жизнь.

– То есть кто-то умрет, а кто-то будет жить? – подытожила я.

Серафим неопределенно пожал плечами и снова посмотрел на меня странным взглядом. Так смотрят перед тем, как хотят сказать что-то совсем уж из ряда вон выходящее, но не могут собраться с духом.

– Самое главное – не бойся, – начал он, – страх причиняет всегда больше вреда, чем какой-то внешний фактор. А также страх может этот внешний фактор спровоцировать…

– Не бояться? Я не могу не бояться неопределенности, мне с трудом удается в себе это подавлять…

– Ты не одна, – твердо сказал Серафим.

– Но там тебя не будет рядом и…

– Ты не одна, – повторил Фима, – просто запомни.

– Полагаю, это должно мне придать сил? – усмехнулась я.

– Еще каких! – улыбнулся он. – Когда ты сама увидишь, ты это поймешь.

– И когда я увижу?

– Когда будешь там, – вновь посерьезнел Фима.

– Значит, я не одна…

– И потому я сейчас за тебя особенно переживаю. – Теперь его взгляд был странно нежным.

– Совсем меня запутал! Сказать подробнее не можешь?

Он молча покачал головой. А потом все же ответил:

– Сама не чувствуешь? Не догадываешься, о ком я?

И я подумала о Вэнсе. Ну конечно! Не может быть, чтоб Серафим его не ощущал, ведь «там» Вэнс всегда поблизости, всегда помогает мне. Так и есть! Однако слабое утешение. Действовать-то все равно придется только мне.

– Ладно, – сказала я, вставая, – идем. Если ты говоришь, что у меня точно есть хотя бы одна ночь в запасе, я хочу провести это время наиболее полно и счастливо.

– Никак прощаешься? – подколол Фима. – Даже не надейся!

– Твой оптимизм заразителен. И на чем он основан?

– На том, что у нас большие общие планы на будущее. И даже не думай увильнуть.

Я рассмеялась. И мы наконец отправились к ребятам, которые нас, вероятно, уже заждались. Я не стала расспрашивать его о том бое, что случился у машины. У нас еще будет время поговорить. Я еще поверю в реальность случившегося. И вероятно, это не единственное, что Фима умеет, и он поможет мне справиться со своими спонтанными способностями.

До самого заката мы пили вино, провозглашали тосты за Светку и в придачу за Матвея. Было так весело, легко и замечательно. У меня слегка кружилась голова. А потом вдруг Фима со странной заботой забрал у меня бокал и заметил, что мне сейчас не надо пить много – пока я не восстановилась окончательно. На что Олег недоуменно поднял брови, а Светка быстро ему пояснила, что меня в дороге укачало и все такое…

Потом мы вернулись за стол, ели шашлык, снимались на видеокамеру, играли в фанты на желания. Смешно было смотреть, как Матвей изображал младенца, а Фима с Олегом – влюбленную пару. Нам, девчонкам, повезло – задания были самыми невинными, ну и еще мы жульничали немножко…

А когда уже совсем сгустились сумерки, застрекотали в траве сверчки, заухали какие-то ночные птицы, мы разожгли высоченный костер и расселись вокруг него, немного усталые, но переполненные впечатлениями и эмоциями. Светка разрезала торт, разложила его по блюдцам, раздала вместе с ложками, и мы неторопливо ели и разговаривали. И тут-то Серафим и рассказал о нашей задумке. Я-то уже было подумала, что он шутил, раз сразу не поделился со всеми, но… Поддержали единогласно и на ура. Олег даже не спросил, почему Серафим особо выделил нас троих. И это хорошо, потому что сейчас уж совсем неподходящий момент объяснять. Мы взялись за руки и, как в каком-то мистическом фильме, скрепили договор «клятвой», потом подурачились, и Матвей принес гитару! Полночи мы пели и слушали его пение. Сердце просто замирало… Его голос звучал восхитительно в этом ночном лесу, под звуки ночной природы, завораживал, возносил куда-то… Я задремала. Потом, уже в полусне, слышала, как все засобирались спать. Олежка взял меня на руки, я не сопротивлялась, только сонно прошептала, что безумно хочу спать, и отнес в домик. Вероятно, там были подготовлены комнаты для всех, потому что я помню только, как Олежка уложил меня на кровать, раздел аккуратно, и… я окончательно провалилась в сон. Мне кажется или я действительно стала слишком быстро уставать и много спать в последнее время?