Ольга Ильина - Проклятье Солнечного короля - 1

— Вы тоже кажетесь совсем другим, — заметила девушка, обернувшись. Капитан, казалось, был одет очень просто — белая рубашка, светлый в полоску жилет, темные брюки, заправленные в высокие черные сапоги с отворотами, темно-синий сюртук, придающий образу элегантности, однако, понимающий человек легко бы мог узнать в нем представителя высшего сословия. Таких людей очень трудно перепутать с кем-то еще, ведь в них, как ни в ком другом, проскальзывало некое превосходство, понимание собственной значимости. Не то, чтобы это не понравилось ей, скорее слегка удивило. Ведь во всех легендах, что ходили о нем, говорилось, что этот человек никогда не был аристократом.

— Лучше или хуже? — полюбопытствовал капитан. В ответ она отступила на пару шагов, вызвав в нем внутреннее несогласие с этим движением, и посмотрела на него долгим, оценивающим взглядом. Так смотрят на породистую лошадь, когда хотят ее приобрести. Она даже обошла его по кругу, усиливая это ощущение. И, наконец, ответила:

— Не знаю, но вы совершенно точно не сын рыбака.

— С чего же вы сделали такие выводы?

— В вас слишком много самодовольства.

— О, а в вас проснулась смелость? — усмехнулся Кросс. — Утром, мне помнится, вы робели и краснели от смущения.

— Мы, кажется, о вас говорили, — досадливо поморщилась она. Да, ее утреннее поведение было ужасающим, но теперь, она успокоилась, переосмыслила все для себя и решила перестать паниковать и отдаться на волю чувствам и судьбе. Сейчас ее чувства заставляли ее дерзить. — Уверена, в вас сокрыто куда больше, чем вы хотите показать.

— Как и в вас, леди Аскот, как и в вас, — заметил капитан.

— Вы, кажется, обещали привести друга. И где же он?

— Думаю, где-то поблизости. Его весьма заинтересовали местные танцы.

— А вас нет?

— Я не столь искусен в этом, как он.

— Очень жаль, а я надеялась, что вы составите пару для моей подруги.

— Я готов составить пару, но исключительно для одной девушки, — с намеком отозвался Александр.

— А кто сказал, что у меня уже нет партнера? — лукаво улыбнулась она, а когда заметила, как вытянулось лицо капитана, всегда такое жесткое, суровое с тем самым превосходством во взгляде, так сильно ее раздражавшим, весело рассмеялась. — А вот и мой кавалер.

Александр обернулся, чтобы запомнить наглеца, решившего перебежать ему дорогу, но увидел только Мадлен и Уилла с мороженым в руках.

— Разыграли? — чуть обиженно шепнул он ей.

— Вы это заслужили, — отозвалась девушка и направилась к брату.

Ему определенно нравилось сегодняшнее ее настроение. Утром Мэл казалась скованной, смущенной, очень напряженной, но теперь она шутила, смеялась и все время сводила его с ума своей улыбкой, дразнящим взглядом, и… О, боги! Она флиртовала.

Его друг и второй помощник, Лукас О Брайен присоединился к ним уже у импровизированной сцены, где уличный театр разыгрывал представление в лицах, а поскольку в последние годы основной идеей и вдохновением служил образ бесстрашного капитана Кросса, то Алекс с удивлением мог наблюдать историю своей выдуманной жизни. Конечно, им приходилось сражаться с пиратами и уходить от преследования шпионских кораблей, за ними гнались гигантские осьминоги, их трепали суровые шторма. И как же точно сейчас актеры изображали первого помощника — Андре, а вот у него никогда не было усов и столь длинных, как у Сороса, например, волос. Зато Мэл, когда увидела этого актера, так весело и заразительно смеялась, что он сам готов был расхохотаться в голос. Один Уилл всерьез сердился, ведь капитан Кросс был его героем, а эти глупые актеры так нагло потешались над ним.

Но тут, откуда ни возьмись, появился Андре, и не переодетый «петрушка», а самый настоящий, грузный, большой и рыжий, как таракан.

— Ух ты! — восхитился Уилл, полностью захваченный обаянием Андре. — Вы пират?

— Где ты увидел у меня костяную ногу, малец? — притворно нахмурился мужчина.

— Костяную ногу? — удивился мальчик.

— Конечно, разве ты не знаешь, что каждый уважающий себя пират должен обязательно иметь костяную ногу и черную повязку на глазу.

— Зачем?

— Чтобы его все боялись, конечно.

— Значит, вы видели настоящего пирата?

— Не только видел, но и сражался с ним, — просто и без затей ответил Андре.

— Правда? — восхитился мальчик.

— Ну, все. Теперь он от вашего друга не отстанет, — покачала головой Мэл.

Так и оказалось, но и Андре, как никто умел завлечь воображение детей рассказами о море, пиратах, сражениях и кораблях. Александр неожиданно вспомнил, что и сам когда-то вот также сидел с открытым ртом, ловя каждое слово рыжего вояки. Было в нем что-то притягательное для детских душ и умов, и если бы не война, из него бы вышла прекрасная нянька.

— С трудом верится, — задумчиво проговорила Мэл, глядя на этих двоих.

— Во что?

— В то, что ваш друг не пират.

— Тогда, следуя вашей логике, и я должен быть пиратом. Жаль, что это не так.

— Почему?

— Потому что иначе, я бы вас похитил.

— А вы коварный человек, капитан, — ответила она, немного обескураженная его полушутливым полусерьезным признанием.

— Вы даже не представляете насколько, — шепнул он прямо на ухо, вызвав толпу мурашек своим дыханием. В этот момент он был так близко от нее, вызывал такую сильную бурю эмоций, что ноги подогнулись, и она едва не упала, а он снова ее поддержал, невольно став еще ближе.

— Падаете в моем присутствии? — нагло и самоуверенно усмехнулся Кросс.

— Вот еще! — фыркнула она, опомнившись, и даже попыталась его оттолкнуть, но он не дал. Схватил за руку и повел куда-то сквозь толпу. Мэдди не заметила их исчезновения, увлеченная разговором с молодым помощником капитана, как и Уилл, заворожено рассматривающий травмы Андре, сопровождающиеся интересной и поучительной историей.

Александр остановился также внезапно, как и потянул ее за собой. Она оказалась у стены одного из домов лицом к толпе, а он встал так, чтобы заслонить ее от любопытных прохожих.

— Что вы делаете? — прошептала она, полностью захваченная его загадочным, мерцающим взглядом.

— А вы как думаете? — выдохнул он и наклонился к ней.

— Я думаю, что вы…

Он провел рукой по ее руке, от кончиков пальцев, до самого плеча, и оперся о стену, перекрывая всякий путь к отступлению. То же самое он проделал и со второй, только эта рука остановилась где-то в районе шеи.

— Вы сошли с ума, — прошептала девушка.

— Наверное, с того момента, как вас увидел.

Его лицо было всего в нескольких сантиметрах, но он просто смотрел, так и не пытаясь поцеловать. Ей показалось, что он дает ей возможность самой принять это решение. И она приняла его. Загипнотизированная его взглядом, своими ощущениями, чувствами, которые он вызвал, она подалась вперед и коснулась губами его губ.