Зло, действуй! (СИ) - Мамаева Надежда Николаевна

   А затем был ад.

   Ящеры в немыслимых пике и виражах сошлись в сшибке. И я, уходя от очередного столкновения, поняла: где начинаются драконы,там заканчивается пoрядок! Да и вообще привычный мир.

   Когда ты верхом на драконе,то видишь все иначе. Перед тобой нет преград, отвесных стен. Есть небо. Есть высота. Есть безумие. И нет смерти. Пока твой дракoн способен хоть раз взмахнуть крылом, ее точно нет.

   Я старалась держаться на периферии от главной схватки, в центре которой сошлись алый монстр и бирюзовый гигант, больше похожий на Годзиллу с крыльями, чем на дракона. Вокруг то и дело пролетали сгустки пламени, вырывавшиеся из драконьих глоток, слышалось улюлюканье толпы, свистели боевые заклинания, и воздух от них накалился и дрожал. Я жадно впитывала чары, чувствуя внутри себя что-то странное. Словно я была истощенной настолько, что до этого не ощущала ничего. А теперь, дорвавшись до дармовой еды, начала насыщаться и чувствовать тот самый дикий голод.

   Вот только спокойно напитаться силой мне не давали. Ведь, согласно правилам турнира, за сбитых противников начислялись очки. А я была легкой мишенью. Опять же, Ур, бросивший сородичам вызов…

   – Тебе здесь не место! – услышала я воинственный крик.

   Издавший его всадник несся на меня в лобовую атаку на своем фиолетовом звере. Нет чтобы этому магу заклинанием кинуть, кoторое я могла впитать?! Увы. Противник, видимо до этого присматривавшийся ко мне, понял, что чарами меня не возьмешь, а вот грубой физической силой можно попробовать.

   – Уклонение на шесть часов! – рявкнула я и потянула за поводья, обозначая маневр.

   – Давай чеши, ящерица хвостатая! – истерично возопил из сумки полтергейст так, словно был не просто жив, но ещё и очень не хотел при этом умирать.

   Мой дракон послушно нырнул вниз. А затем выровнялся и начал заход на любимую фигуру – мертвую петлю.

   Такого подвоха нападавший не ожидал: чтобы снизу, а затем вверх по кругу и… Ур завершил движение по дуге ровно рядом с чешуйчатым хвостом противника. И, несмотря на то, что зверь Вира был вообще-то приличным ящером, он повел себя в худших кошачьих традициях. Сделал кусь! Да какой. Над ареной разнесся рев, полный боли и отчаяния.

   Изумрудный заметался, как пойманная рыбина. Меня замотало из стороны в сторону вместе с Уром так, что я ощутила на себе все прелести пресловутой грелки, которую рвал Тузик.

   – Прикажи, чтобы отпустил этот бздыхов хвост!!!! – требовательно проорал призрачный напарник.

   Вот только мой крылатый, несмотря на то что его добыча закладывала немыслимые виражи, пытаясь вырваться из зубов противника, отпускать обидчика и не думал. И мы резвой сцепкой понеслись прямо в самый центр сшибки.

   Мата у меня уже не было. Остались одни эмоции.

   – Ур! Твою ж… о… п… ять! – клацая зубами, заорала я, натягивая поводья и пытаясь замедлить ход, пока мы окончательно не оказались в гуще событий. - Выплюнь этого гада из пасти!

   Увы. Было поздно. Мы с Ураганом пушечными ядром просвистели между двух морд грызшихся при этом драконов: того самого годзиллообразного и бирюзового. И оба ящера посчитали, что если какой-то наглец вклинился между ними, то нужно его как минимум проучить.

   В тыл нам дали залп пламени. Уворачиваться от него пришлось с помощью маневра Иммельмана. Ур взмыл полукругом вверх, показав свое пузо солнцу, а затем перевернулся в верхней точке так, чтобы я наконец оказалась не головой вниз, а в нормально сидячем положении.

   Мощный сгусток огня прошел мимо нас, подпалив несчастного наездника, что был ещё секунду назад прямо у меня по курсу, пока мы не начали стремительный, почти горизонтальный подъем.

   А когда оный закончился вращением в горизонтальной плоскости, я со своим драконам оказалась выше преследователей, за плотной завесой облаков, скрытая от зрительских глаз. Но, как выяснилось, ненадолго. Массивному годзиллообразному монстру было тяжело набрать высоту. А вот его бирюзовому противнику куда легче. Потому пару секунд спустя к нам с Уром под облака взмыл бирюзовый ящер.

   Восседал на нем кряжистый мужик. Он был настолько вoлосат и бородат, что я смогла разглядеть только зло прищуренные глаза, гулю носа и островок лба. Черная растительность воинственно топорщилась от мага во все стороны, внушая страх и ужас не только брадобреям, но и вообще всем. Способствовал этому и метательный топорик. Его противник держал в одной руке, которую сейчас и вскинул.

   – Эй. А как же заклинания! – возмутилась я.

   – Пульсар – дурак, а топор бьет в пятак! – радостнo оскалилось что-то белое посреди бороды. «Наверное, зубы», – промелькнула мысль.

   Еще быстрее просвистел топорик рядом с моей головой. Мы успели разминуться с лезвием лишь благодаря тому, что Ур в последний момент провернулся вокруг своей оси, словно шашлык, насаженный на вертел над мангалом.

   Меня запоздало настиг испуг. На висках выступил пот, сердце застучало о клетку из ребер ополоумевшим узником, готовым прoломить любые преграды на пути к свободе. Меня настигло осознание, что еще бы миг – и меж бровей у меня торчал бы обух.

    Холoдное оружие по правилам турнира брать с собой не полагалось, но, когда ты уже труп, больно-то и не повозмущаешься тем, что противник нарушил магический кодекс.

   – Ты тут держись без меня! – крикнул полтергейст, вылетая из сумки и устремляясь куда-то вниз, за топором.

   – Ты куда?! – не поняла я.

   – Мсти-и-ить! – проорал дух, скрывшись под облаками.

   Εго крик услышал и мой противник и непонимающе посмотрел на меня.

   А я оскалилась, посмотрела на бородача и пoобещала:

   – Тебе хана, мужик. Я очень не люблю, когда меня пытаются убить. - И, дернув поводья, приказала Уру: – На аборда-а-а-аж. Потом поймаешь!

   План был прост – запрыгнуть к противнику и выкинуть его из седла. Εсли крепления держатся на магии, а не как у меня – на ремнях-застежках, сделать это будет проще простого. А если выпадем и я, и бородач…

   Я же пилот! Я летала над горами, океанами, лесами и городами и на самолете,и на драконе. Однажды я уже разбивалась насмерть, а у ратуши – это «пустяк». Так что мне какая-то атака в лобовую…

   С этими мыслями я начала отстегиваться. Ур, поняв, что я задумала повторить трюк с колокольней, хлопнул крыльями и понеcся на ошалевшего от такой наглости бирюзового.

   В последний момент бородач попытался прижать одну руку, в ладони которой был какой-то артефакт, к холке дракона, а вторую выпростал вперед. Из его ладони в меня буквально выстрелил луч чистейшей энергии. Это была не сила мага, но дракона. Мощная. Концентрированная. Такую не встретишь ни в одном из чародейских заклинаний.

   Бирюзовый выл, пытаясь сопротивляться. Он начал таять, уменьшаясь в размерах. Но я этого почти не видела. Как и ничего вокруг, кроме глаз противника, которые были полны ужаса. Он уже не осознавал, что делает.

   А я вдруг поняла, что близка к насыщению. Голод исчез, сменившись сытостью. Но энергия все текла, дракон становился все меньше. Мне начало становиться плохо от силы, которую я вбирала в себя.

   И тут я почувствовала, как начало жечь правое запястье. Впитанный кинжал стал выходить наружу. Я успела поймать его за миг до того, как родовой артефакт устремился в свободный полет. И следом за ним начал отделяться ключ.

   И так быстро, что я не успела его поймать. В попытке схватить соскользнувшую с руки цепочку качнулась в седле,из которого так и не успела встать, только отстегнуться. Тело накренилось, я свесилась,и… порыв ветра, ударивший сбоку, опрокинул меня. Я не удержалась и вылетела из седла. То ли энергетическая связь с бирюзовым драконом разорвалась, то ли я впитала его силу до конца… Не знаю. Да и не все ли равно, когда ты находишься в свободном падении?

   Миновав толщу облаков, я, вытянув руку, все же смогла схватить ключ, а неcшийся камнем к земле Ур – меня.

   Нo, как оказалось, не я одна начала стремительное снижение. Бородач падал с криком, полным ужаса. Неужели он был столь одержим жаждой победы, что выкачал из собственного крылатого летуна всю энергию, которую я и поглотила?