Девочка и гора - Марк Лоуренс

Все пятеро легли, завернувшись во все, что принесли с собой, прижавшись друг к другу, чтобы разделить тепло тела и не представлять собой мишень для тонких, острых пальцев, которые ветер просовывал сквозь сочлененные стены.

Турин тут же провалился в сон, едва успев проглотить последний кусок. Во сне он выглядел почти ребенком, его обеспокоенные, иногда обидчивые черты лица выдавали ранее скрытую уязвимость.

Майя прижалась к спине Яз, Куина лежала между Эррисом и Турином, ее острые черты смягчились в сиянии тепло-горшка. Доски дребезжали и сотрясались от яростного ветра, но разум Яз уже начал отодвигать шум на задний план. Она мысленно протянула руку и приказала дюжине или около того маленьких звезд в горшке успокоиться, все еще излучать тепло, но меньше, чем раньше.

— Как долго они продержатся? — спросила Куина, которая всегда хотела все знать.

Яз покачала головой.

— Скорее недели, чем дни. Месяцы, надеюсь. Это зависит от того, как много мы будем их использовать. — Звезды сгорали, когда теряли свою силу. Более крупные держались дольше: возьми звезду вдвое больше, в восемь раз больше по объему, и она продержится в сто раз дольше. Возможно, полноразмерные звезды, которые были у Пропавших, те, от которых произошли все эти фрагменты, могли существовать вечно или, по крайней мере, не менялись в течение многих жизней.

— Может быть, нам следовало принести больше, — сказала Майя.

Яз пожала плечами.

— У нас есть и одна большая. — Они обсуждали, сколько звезд взять с собой. Скольким богатством племен они готовы рискнуть. Если они погибнут на льду, звезды вместе с ними будут потеряны навсегда. Кроме того, присутствие слишком большого числа звезд оказалось бы невыносимым для всех, кроме Эрриса и Яз. «Большая» была золотисто-зеленой красавицей размером с кулаки Яз. Она осталась на санях, и именно по этой причине их при ходилось тащить на длинных поводьях, чтобы они оставались немного позади группы. Звезды в горшке представляли месяцы труда Сломанных, и они должны были прожить весь путь. По крайней мере, она на это надеялась.

— Как они работают? — спросила Куина, поставив Яз в трудное положение.

Яз покачала головой:

— Они просто это делают.

— Всегда есть причина.

Яз нахмурила лоб.

— Я думаю, они похожи на дыры в мире. Дыры, пробитые в... — хотела она сказать в реке, которая течет сквозь все сущее, но жрецы назвали ее Путем. — Дыры, через которые просачивается энергия Пути. И, как дыра в меху с водой, чем они меньше, тем быстрее они замерзают и запечатываются. — Она встретилась взглядом с Куиной, вызывая ее на более подробные расспросы.

Но Куина только задумчиво улыбнулась и опустила голову:

— Спасибо.

Яз опустила голову, слушая, как ветер поет в поддерживающих проводах, и гадая, сколько времени потребуется сну, чтобы дотянуться до нее и утащить вниз.

Яз проснулась с криком и свернулась в клубок, когда мир вокруг нее рухнул. Яростный порыв ветра сотряс укрытие, как удар, и холодный воздух наполнился треском, сопровождаемым грохотом падающих осколков. Она приготовилась к убийственному порыву ветра. Без своего убежища они, скорее всего, встретят рассвет замерзшими трупами.

— Все живы? — Эррис повысил голос, перекрывая шум.

Яз подняла голову. Доски держались.

— Что случилось? — Голова Майи показалась из-под мехов.

— На досках образовался лед, — сказал Эррис. — Когда порыв ветра согнул их, весь лед рухнул разом. Мы... — Еще один порыв ветра сотряс строение, заглушая все, что он хотел сказать.

Куина села, обхватив свои шкуры и меха:

— Нам следовало задержаться подольше и выменять себе палатку.

Яз знала, что это правда. Она также знала, что, если бы они остались подольше, то, вероятно, никогда бы не уехали. Если бы она отправилась к Икта за палаткой, вряд ли она смогла бы сказать «прощай» своим родителям и большой семье, которая была всем, что она знала на протяжении бо́льшей части своей жизни. Кайлал в кузницах Сломанных часто говорил: «Куй железо, пока горячо». Казалось, это применимо и здесь.

Все уже проснулись, за исключением Турина, который все еще лежал, мертвый для всего мира. Яз откинулась на спину и уставилась на дрожащую крышу. Боль от дневной ходьбы давила на ноги. Год назад она могла бы пробежать это расстояние не задумываясь.

— Расскажи нам историю. — Голос Майи на мгновение смягчил ярость ветра.

— Я знаю только истории Икта, — сказала Яз.

— Знаешь, у нас на юге тоже есть истории о Зене и Мокке. Только мы говорим, что Зен предпочитал свою дочь Кас-Кантор всем остальным. — Куина снова легла. — Расскажи нам что-нибудь из этого.

Яз взглянула на Эрриса:

— Это не даст тебе уснуть?

Он пожал плечами и улыбнулся:

— Не думаю, что мне нужно спать. Это скорее привычка. Расскажи свою историю. Они все мне интересны.

Яз улыбнулась в ответ, радуясь, что он не отмахнулся от ее рассказов, даже если они, казалось, противоречили его жизни в то время, когда деревья росли даже здесь. Некоторые кланы, такие как Квинкс, считали, что рассказывание историй предназначено для детей. Очевидно, им не пришлось переживать долгую ночь в течение трех месяцев.

Я расскажу вам историю об одном из тех случаев, когда Мокка путешествовала по льду, что она делала много раз, потому что Мокка была создана Богиней в Небе, и блуждание ветра было в ее крови. Поэтому она часто оставляла Зена в палатке, которую они делили, и уходила одна, следуя за западным или северным ветром, иногда на несколько дней, иногда на месяцы. Однажды даже на тридцать лет, ибо в те дни время было труднее сосчитать, и века не давили на первого мужчину и первую женщину.

Когда Мокка отправилась бродить по белой смерти севера, богиня-обманщица Маштри последовала за ней, надеясь развлечься. Мокка продолжала свой путь, день за днем идя навстречу ветру, петляя от моря к морю, потому что в те дни горячие моря открывались широко и часто. Это было время изобилия, когда Боги в Море говорили с Богами в Небе и раздвигали лед, чтобы они могли поговорить.

— Смотрите, — сказал Хуа, меньший всех Богов в Море, тот, кто создал Зена, первого из людей. — Посмотрите, что я сотворил.

— Смотрите, — сказала Айики, меньшая всех Богов в Небе, та, что сотворила Мокку, первую из женщин. — Посмотрите, что я сотворила до