Воспоминания душегуба: Друг - И. В. Ставров

— Мы преследовали человека, — решил не таиться каргал. — Выполняли задание… нашего властелина.

Говорящая с любовью провела изящными пальцами по каменному изваянию, на котором что-то было написано на неизвестном разведчикам языке.

— Вас было трое. К сожалению, — медленно проговорила она, с интересом разглядывая что-то на камне. — Третьему было уже не помочь. Это он?

Остановившись на мгновение, Говорящая одними губами прочитала про себя одну из надписей на камне.

— Нет… — выдохнул каргал.

Он заворожённо уставился на её губы, не в силах оторвать взгляда. Женщина это заметила, на мгновение пристально взглянув в его глаза, и повела их дальше. Заминку не заметил никто, поэтому каргал выдохнул, закончив:

— Это один из моих подчинённых.

— Точно! — хлопнул в ладони Радогор, — Видал я одного зайца, он в пещере успел скрыться! Но потом услышал крики умирающего червячка и пришлось помогать…

— У него ведь чёрные волосы были?! — выпалила Гончая.

— Ещё бы! Такой же чернявый заяц! А ещё у него бородень была такая, что всем на зависть!

Стоит отметить, что у шенов никогда не росло волос на лице, и Радогор немного завидовал растительности на лице, даже если это была трёхдневная щетина.

— А он плохой? — задал по-ребячески наивный вопрос здоровяк.

— Да, — после недолгого молчания сухими листьями прошелестел голос Змея.

Ответив на его вопрос, он посмотрел на Говорящую. Женщина что-то почувствовала и обернулась. На мгновение каргалу показалось, словно она проникла прямо в его душу, но отвести взгляд от её изумрудных глаз он не мог. Голос здоровяка вовремя отвлёк Змея, и он не успел утонуть в волшебных озёрах её красоты.

— Ну, тогда вам не о чем беспокоиться!

— В каком смысле? — не выдержала Гончая.

— Дык это же Пещеры Стенаний, не слыхали? — увидев удивлённые лица разведчиков, здоровяк почесал затылок. — Да-а-а уж, что вы вообще знаете, зайцы? Если вкратце, то его в нашем мире больше нету. Сгинул он.

— Как!?

— Почему?

Разом выпалили каргал и каю, недоуменно переглянувшись друг с другом.

— Радогор прав, — кивнула Говорящая. — В конце Эпохи Первого Солнца, когда погасло наше светило, когда Боги высвободили свою чудовищную силу, появились страшные твари. Многие из них поселились в Гиблых Топях. Но некоторые полюбили самые тёмные пещеры в горах. Этих скользких тварей прозвали поганью. С тех пор самые тёмные пещеры называют Пещерами Стенаний, и оттуда никто не возвращается, — Говорящая перевела дыхание и закончила: — Мангуста больше нет в нашем мире. Он растворился, как утренний туман.

Разведчики никогда не называли его имени, и это их сильно насторожило. Продолжать играть в эту игру со слугами Богов становилось с каждым мгновением всё опасней.

— Столько слов, столько речей… — промурлыкала Говорящая. — А я так и не знаю ваших имён, люди.

— Гончая, — тихо отозвалась девушка.

— Змей.

На Небесном Архипелаге они общались не при помощи языка, но при помощи образов, а так как во всех языках имена всегда что-то означают, неся за собой определённый образ, их позывные не должны были вызвать подозрений. Во всяком случае, они на это надеялись.

— Что ж, вот мы и познакомились.

— Но мы не услышали вашего имени, Говорящая, — робко возразила Гончая.

Женщина прекратила гладить червлёного попугая, и птица, словно почувствовав что-то неладное, вспорхнула.

— Став Говорящей, я отказалась от своего имени и прошлого. Отныне я — Говорящая с Богами.

Весь оставшийся день прошёл в разговорах. Тени опасались расспросов, чувствуя, что Говорящую не обмануть. Но правда оказалась куда проще. Шенам было совершенно неинтересно, кто они такие на самом деле, чем занимаются и откуда родом. Называя людей «червячками», шены и относились к ним так же. Не брезговали, не унижали, но относились не более, чем к забавным зверушкам, которых нужно охранять и с которыми можно славно поговорить.

Так выяснилось, что люди раньше довольно часто поднимались на Небесный Архипелаг. Они делились с шенами своей музыкой, стихами, книгами, сказками, былинами и небылицами. К великому сожалению шенов, они так и не смогли научиться сносно владеть музыкальными инструментами, красиво писать стихи, сочинять произведения или рисовать картины. В лучшем случае дотягивали до уровня младшего ученика, не более. И сколько бы они не старались, достичь более высоких результатов не могли. Зато с огромным интересом впитывали в себя людские сказки. Взамен шены обучали людей владению самым разнообразным оружием и ворожбой от нечистых сил. Ведь, как сказал Радогор, люди махают оружием как дети палкой, а читать заклятья так и вовсе почти неспособны. Это сильно удивило обоих разведчиков, но они ничего не сказали. Вскоре наступил вечер, и смотритель Горазд проводил людей в гостевой дом, в котором их всё это время лечили.

— Знаешь, — устало произнесла девушка, присев на подоконник. — Вот всё равно смотрю на то, как снизу облака проплывают, и почему-то не верится…

— Ты это к чему?

Без особого интереса задал вопрос каргал. Он был сильно обеспокоен отсутствием своего оружия. Конечно, шены пообещали отдать всё их снаряжение, но привычки оставались привычками.

— К чему? Даже не знаю… Просто в голову пришло.

Каргал ничего не ответил, роясь в вещах и отодвигая книги. Каю фыркнула, когда поняла, что он ищет что-нибудь, похожее на оружие. Сошла бы самая маленькая вилка, но все попытки каргала были тщетны. Он и сам понимал, что за день из ниоткуда ничего не могло появиться, ведь он обшарил всё уже давным-давно и не один раз.

— Надо возвращаться. Начальству не понравится наше отсутствие. Да и как мы это объясним…

Девушка его не услышала. Где-то рядом бродила её неуверенность. Достав из кармана окровавленный платок, она некоторое время рассматривала не отстиравшиеся пятна крови.

— Как думаешь, что с ним?

Не перестававший рыться в вещах каргал поначалу не обратил внимания на погрустневшую девушку. Но когда он понял, о ком идёт речь, замер с книгой в руке. Через два удара сердца рукопись медленно заняла своё место.

— Его больше нет. Ты же слышала.

Голос каргала скрипел сухим песком. Для девушки Мангуст тоже был пережитком прошлого. Наёмник, которого использовали в