Мэри Джентл - Золотые колдуны

— Вы — посол?

Когда я утвердительно кивнула, он сделал поклон.

— Меня зовут Халтерн н'ри н'сут Бет'ру-элен, я от телестре Пейр-Дадени.

Тот самый Халтерн, который завизировал разрешение на поездку? «Один из мелких официальных контактов, которые ксеногруппе пришлось поддерживать с сильными мира сего», — предположила я.

— Линн де Лайл Кристи, Британские острова.

— Корона прислала меня, чтобы приветствовать вас. — Он воспользовался аморфным названием властительницы Южной земли, т'ан Сутаи-Телестре. — Как только вы привыкните к обстановке, мы сможем устроить для вас аудиенцию. Может быть, в конце недели?

Он проговорил все это не переводя дыхания. У него была подстриженная и зачесанная на лоб светлая грива, начало которой терялось в уходящем назад одном-единственном хохле, и водянистые, голубые, как аквамарин, глаза.

Эти глаза ортеанцев, в которых не было ничего белого, наверное, навсегда останутся для меня чуждыми.

Поверх рубашки и брюк, обычной для Имира одежды, он носил свободно свисавшую тунику зеленого цвета, немного заношенную, с золотым плюмажем на груди. На поношенного вида ремнях висели мечи «харур». В нем было нечто от неуверенности и затравленности. Если Герен, предупреждая меня об интригах, имел ввиду кого-то конкретно, подумалось мне, то им был определенно этот тип.

— Я не получу аудиенции, пока не истечет эта неделя? — спросила я.

— Мы должны найти для вас жилище. Кроме того, вам нужны сотрудники и гардероб. Мархац и скурраи. Л'ри-ан. Корона сочла бы нежелательным, если бы вы прибыли ко двору, не чувствуя себя к этому подготовленной.

«Не ранее, чем ты научишься одеваться и вести себя не как дурочка», — жестоко перевела я сказанное для себя самой.

— Как говорится, — философски добавил Халтерн, — когда Богиня творила время, то сделала его достаточно, чтобы его тратить, вы так не считаете?

Скурраи-джасин ползла вверх по крутой горе. Небо над узким и извилистым проездом — едва ли это можно было назвать улицей — было усыпанной звездами лентой. Монотонные стены удерживали жару между собой. У открытых сточных желобов собирались мухи кекри. Они взлетали, когда мы проезжали мимо. У них были длинное тело толщиной с мой большой палец и крылья, блестевшие, как зеркала, когда они с низким гудением носились вокруг. Иногда возле стен росли похожие на виноградную лозу растения, но аромат их подковообразных голубых цветков не пересиливал царившую кругом вонь.

Халтерн наклонился вперед и что-то сказал вознице. Повозка-джасин повернула налево и поехала по еще более узкой и извилистой тропе.

— Справятся ли они? — я указала на животных.

— Обязательно. Они сильные. — Он впервые говорил со мной менее официально. — Это — скурраи с даденийских пустошей, животные этой породы могли бы везти вдвое больше, чем наш вес, и по более плохой дороге, чем эта. Вы видите их задние ноги? В них и заключается их сила…

Он замолчал и посмотрел на меня с извиняющейся улыбкой.

— Я могу наскучить вам своими разговорами о скурраи. Телестре Бет'ру-элен расположена вблизи пустоши, и мы разводим подобную породу.

— Они привлекательны, — сказала я, и, хотя он и не подал виду, содержавшийся в моем замечании комплимент, кажется, порадовал его.

Скурраи были запряжены парой. Это были похожие на рептилий животные с раздвоенными копытами и двумя парами рогов, с короткой шерстью и с металлической защитной маской на голове. Белый солнечный свет придавал их меху цвет оголенного медного провода. Животные с философским терпением шли вверх по холму, рост их достигал уровня бедер человека, и для меня они все еще выглядели слишком небольшими, чтобы быть достаточно сильными для своей нагрузки. Джасин громыхала и подпрыгивала дальше.

Я увидела уже два или три места, которые подошли бы для бюро контактов, а позднее и для консульства и посольства, но в данный момент я была довольна тем, что можно поездить по Таткаэру. Это был обширный город, и я не смогла бы осмотреть его в середине дня, но мне хотелось увидеть его как можно больше.

— Вот он. — Халтерн остановил скурраи-джасин. — Я подумал, что это могло бы оказаться подходящим, хотя восточный холм находится далеко от цитадели, однако, может быть, для вас это лучше.

Я сошла с затекшими ногами с повозки, не имевшей рессор, и не очень сожалела о том, что пришлось ее покинуть.

Халтерн открыл ворота двухэтажного дома со стенами без окон. Ворота открывали проход, который вел в центральный двор, но вместо того, чтобы идти к нему, он остался на месте и открыл дверь дома.

«Он не настолько тупой, каким пытается казаться», — подумала я про себя.

Миссия служащей для установления контактов и посла выходила за рамки первого соглашения с группой ксеноисследователей, и хотя она не являлась значительной и самостоятельной миссией, она смогла подготовить полноценный дипломатический контакт и при известных условиях сделать Каррик V открытым для присоединения к земному Доминиону. Поэтому меня нельзя было уличить в том, что я предпочла одну сторону другой. А иметь свою резиденцию в непрестижной части города — это было началом, сулящим успех. Более близкое знакомство с Халтерном могло бы оказаться полезным для дела.

— Вы принадлежите к двору? — спросила я его, когда открылась тяжелая деревянная дверь. Мы вошли в большую комнату с выложенным мозаикой полом. В ней было прохладно и пахло пылью и пряностями.

— Я принадлежу к послам Короны. Прежде я находился в та'адуре Пейр-Дадени, — тут он воспользовался принятым в Дадени выражением, — но т'ан Тури Андрете, кажется, надолго предоставил меня Короне. — Он улыбнулся. Эта улыбка была задорной и неестественной. — Поэтому я был послан к вам.

Площадь жилища была довольно ограниченной: кухня и две комнаты на первом этаже и три комнаты на втором этаже, к дому примыкал также небольшой двор с хлевом. В доме было поразительно светло, если вспомнить фасады без окон, потому что во двор открывалось множество окон.

Халтерн провел меня по всем помещениям. Потолки с накатом были старые, древесина местами чуть перекошена, но еще здоровая. В оконные рамы были вставлены толстые, неровные стекла. Оборудованы комнаты были столь примитивно, как я того и ожидала согласно сообщениям.

Лестница со двора привела нас на плоскую крышу. Жара наверху была пьянящей; в свете звезды Каррика велика доля ультрафиолетового излучения. Ветер над городом был подобен теплой ванне. У меня по спине вовсю лил пот.

Верхнее покрытие состояло из вара, смешанного с песком. В кадках росли изумрудные цветы, а в воздухе висел аромат, напоминавший запах лимона. Я подошла к низкому парапету.