Дэвид Эддингс - Колдунья из Даршивы

— Возможно, мама, — согласился Ургит, все еще смеясь, — но разве это не забавно?

Госпожа Тамазина шагнула из тени и ласково улыбнулась сыну.

— Конечно, забавно, — согласилась она. — Но старайся не злить Агахака. Он может быть опасным врагом.

— У меня полным-полно врагов, мама, — отозвался Ургит и машинально потянул себя за длинный заостренный нос. — Большинство людей меня ненавидит, но я научился с этим мириться. Ведь мне не предстоит переизбрание.

Суровый старый сенешаль Оскатат также шагнул из ниши.

— Что нам с тобой делать, Ургит? — мрачно осведомился он. — Чему только учил тебя Белгарион?

— Он учил меня, как быть королем, Оскатат. Возможно, я долго не протяну, но, клянусь богами, покуда жив, я собираюсь оставаться королем. Но так как меня все равно твердо намерены убить, то буду наслаждаться жизнью, пока еще дышу.

Его мать вздохнула и беспомощно развела руками.

— С ним ничего не поделаешь, Оскатат, — сказала она.

— Боюсь, что да, госпожа Тамазина, — кивнул седовласый сенешаль.

— Принцесса Прала хочет поговорить с тобой, — обратилась к сыну Тамазина.

— Я к ее услугам, — ответил Ургит. — Сейчас и всегда, если я правильно понимаю условия брачного контракта.

— Только будь полюбезней, — взмолилась Тамазина.

— Хорошо, мама.

Принцесса Прала скользнула в комнату сквозь боковую дверь. На ней был костюм для верховой езды, состоящий из черной юбки, доходящей до икр, белой атласной блузы и лакированных сапог. Каблуки стучали по мраморному полу, словно молоточки. Длинные черные волосы волнами опускались на спину; в глазах светились угрожающие огоньки. В руке она держала свиток пергамента.

— Вы поможете мне, господин Оскатат? — спросила госпожа Тамазина, протягивая руку сенешалю.

— Конечно, госпожа, — отозвался старик, заботливо поддерживая мать Ургита. Оба удалились.

— Что теперь? — настороженно обратился к невесте Ургит.

— Я потревожила ваше величество? — осведомилась Прала, не потрудившись даже присесть в реверансе.

Принцесса сильно изменилась. Она уже не была смиренной и покорной мургской дамой. Ургит чувствовал, что время, проведенное с королевой Сенедрой и графиней Лизелль, испортило ее, а нездоровое влияние волшебницы Полгары проявлялось буквально в каждом движении. Тем не менее Ургит не мог отрицать, что Прала выглядит поистине восхитительно. Ее черные глаза сверкали, пышные волосы подчеркивали белизну кожи. К своему удивлению Ургит обнаружил, что она ему, пожалуй, очень нравится.

— Вы всегда тревожите меня, дорогая, — галантным тоном ответил он.

— Бросьте! — фыркнула Прала. — Вы разговариваете совсем как ваш брат.

— Что поделаешь — семейная манера.

— Вы вставили это сюда? — осведомилась принцесса, взмахивая пергаментным свитком, словно дубинкой.

— Что и куда вставил?

— Это. — Она развернула свиток. — «Условлено, что принцесса Прала из династии Ктэн будет самой любимой женой Его Величества».

— Ну и что в этом плохого? — спросил Ургит, слегка озадаченный гневом девушки.

— Слова «самой любимой женой» подразумевают, что будут и другие жены.

— Это просто обычай, Прала. Не я устанавливал такие правила.

— Так измените их, раз вы король.

— Каким образом?

— Не будет ни других жен, ни королевских наложниц. — Обычно мягкий голос Пралы звучал резко и неприятно. — Вы мой, Ургит, и я не намерена делить вас ни с кем.

— Это ваши искренние чувства? — с робким удивлением спросил он.

— Да! — Девушка воинственно выпятила подбородок.

— До сих пор еще никто не испытывал ко мне подобных чувств.

— Постарайтесь к ним привыкнуть. — В ее негромком голосе слышались стальные нотки.

— Мы исправим эту фразу, — тотчас же согласился Ургит. — Мне не требуется больше одной жены.

— Безусловно, мой господин. Весьма разумное решение.

— Естественно — все королевские решения разумны. Так говорится в исторических трактатах.

Прала изо всех сил пыталась оставаться серьезной, но не выдержала, рассмеялась и бросилась в его объятия.

— О, Ургит! — воскликнула она, прижимаясь лицом к его груди. — Я так люблю тебя!

— В самом деле? Удивительно! — Внезапно ему в голову пришла ослепительная идея. — Как ты относишься к двойной свадьбе, дорогая?

Прала слегка отстранилась.

— Не понимаю.

— Я ведь король, верно?

— Чуть в большей степени, чем до знакомства с Белгарионом, — кивнула она.

Ургит не обратил внимания на колкость.

— У меня имеется родственница, — сказал он, — а после женитьбы я буду очень занят.

— Еще как, любимый, — согласилась принцесса. Ургит нервно кашлянул.

— Как бы то ни было, — продолжал он, — я не собираюсь проводить все время в обществе упомянутой родственницы. Не лучше ли выдать ее замуж за какого-нибудь достойного парня, который всегда ею восхищался?

— Я не вполне понимаю тебя, Ургит. Не знала, что у тебя есть родственницы.

— Только одна, моя принцесса, — усмехнулся он. Девушка уставилась на него.

— Ургит!..

— Я король, — продолжал он величавым тоном, — и могу делать что хочу. Моя мать слишком долго оставалась одинокой, не так ли? Оскатат любит ее с детских лет, да и ей он тоже нравится. Если я прикажу им пожениться, думаю, они не станут возражать.

— Блестящая мысль, Ургит! — воскликнула Прала.

— Это у меня от драснийских предков, — скромно признал он. — Сам Хелдар не мог бы придумать лучший план.

— Просто великолепно! — почти взвизгнула принцесса. — Таким образом, у меня не будет под боком свекрови, которая может воспротивиться, когда я всерьез начну над тобой работать.

— Работать надо мной?

— Только слегка, любимый, — успокоила Прала. — У тебя есть несколько дурных привычек, а твои вкусы в одежде совершенно ужасны. Что заставляет тебя носить пурпурное?

— И это все?

— В следующий раз я захвачу список.

Но в этот момент мысли Ургита были уже далеко.

У его императорского величества Каль Закета Маллорейского было занятое утро. Большую часть времени он провел наедине с Брадором, министром внутренних дел, в маленьком кабинете с голубыми драпировками на втором этаже дворца.

— Эпидемия идет на спад, ваше величество, — доложил Брадор, когда была затронута тема чумы. — За прошедшую неделю новых случаев не зафиксировано, а многие заболевшие уже выздоравливают. План обнесения стеной каждого района города, очевидно, сработал.

— Отлично, — кивнул Закет и перешел к следующему вопросу. — Есть новые сведения из Каранды?

Брадор порылся в своих бумагах.