Дарья Гущина - Черная луна

Лира отчаянно чихнула, с трудом открыла глаза и спросила у склонившегося над ней Соло:

— Что это было? — и снова громко чихнула.

— Это? — Соло продемонстрировал небольшой флакон. — Это помет огненных лягушек из мира Изумрудных лесов. Запашок такой, что и мертвого оживит.

Он спрятал флакон в карман, а Лиру отчаянно потянуло распрощаться со своим сегодняшним завтраком. С трудом сглотнув противный ком, она мрачно пробубнила:

— Я не об этом. Что со мной произошло?

— На медузу наступила, — любезно сообщил Соло, помогая ей подняться на ноги, — которая в целях самозащиты ударила тебя током. Правда, это ее все равно не спасло, — насмешливо добавил он, кивая на сытно облизывающегося геуруса, — есть еще в мире справедливость.

Лира снова вздохнула и, пошатываясь, медленно поплелась по горячему песку подальше от злосчастного моря, по дороге прихватив на память красивую витую раковину. Соло, засунув руки в карманы, неторопливо побрел следом, а замыкал маленькую процессию геурус, глаза которого хищно рыскали по песку, неустанно выискивая новую добычу.

Вскоре в голубой дали действительно показался город. Тот самый, что еще раньше умудрился заметить Соло. И уже прилично подуставшие и проголодавшиеся путешественники из последних сил поспешили к нему. Однако то ли из-за песка, то ли из-за жары, то ли из-за липкого вязкого воздуха, то ли из-за всего этого вместе взятого, они продвигались вперед крайне медленно и достигли города только к середине дня.

Город окружала высокая толстая стена, сложенная из разноцветных блестящих морских камней с массивными воротами в виде двух огромных плоских раковин. На воротах в виде засова жарилась под ярким солнцем какая-то плоская, узкая и длинная рыбина, заключенная в пузырь с водой. А на страже стояли две зубастые акулы, каждая из которых была заключена в такой же необычный «аквариум», и в плавниках держала больших полупрозрачных медуз.

Путники остановились на небольшом расстоянии от необычных стражей и принялись рассматривать их с нескрываемым интересом. Впрочем, и сами морские существа с любопытством глазели на вновь прибывших.

Наконец, одна акула заговорила сочным рокочущим басом:

— Кто вы такие и что вам нужно от нашей королевы?

Лира немедленно открыла рот, чтобы ответить, но Соло, довольно нелюбезно наступив ей на ногу, отозвался:

— Мы просто усталые путешественники, которым нужен небольшой отдых. Не могли бы вы доложить об этом вашей королеве и попросить ее принять нас?

Две акулы, поразмыслив, принялись активно совещаться между собой, потом в их разговор вклинились сначала обе медузы, а следом и необычный «засов». Совещание грозило затянутся, поэтому Соло, не стесняясь, развалился отдыхать на горячем песке прямо перед воротами, закрыв лицо шляпой, а Лира начала нервно мерить шагами небольшую площадку (она патологически не переносила долгое ожидание). Геурус же сначала резво шнырял где-то неподалеку в поисках добычи, но, видимо, так ничего и не найдя, бросил пустое занятие и принялся медленно бродить по пятам за Лирой.

Девушка, понимая, что этот пятнистый шалун снова решил над ней поиздеваться, старательно не обращала на него совершенно никакого внимания. И скоро рыбы отвлеклись от своего совещания, с любопытством наблюдая за следующей картиной: невысокая хрупкая девушка нервно бродила по песку туда-сюда, слегка подпрыгивая от нетерпения и что-то бормоча себе под нос, а след в след за ней медленно плелся огромный зверь. Как только она останавливалась, геурус садился рядом, задирал морду и смотрел на нее грустным все понимающим взглядом преданной собаки.

— Вы уже закончили? — спросил Соло, приподнимая шляпу и замечая, что разговор прекратился.

— Нет-нет, — спохватились рыбы и дальше углубились в рассуждения, краем глаза продолжая наблюдать за девушкой и зверем.

Лира, побродив по песку и вконец разозлившись на настырного и вредного геуруса, оперлась о стену. Зверь, явно разочарованный таким невниманием к его замечательной персоне, ловко цапнул ее за вторую штанину, вырвав приличный клок ткани, за что и получил по пятнистым ушам.

Соло, не поднимая шляпы, негромко констатировал:

— Похоже, он в тебя влюбился.

— Вот еще, не надо мне такого неземного счастья, — раздраженно фыркнула эльфийка, присаживаясь на песок рядом с ним, — слушай, а ты что, всегда так себя ведешь?

— Как так? — не понял он.

— Ну, не волнуешься, не переживаешь…

— А зачем? — последовал из-под шляпы ленивый ответ.

Лира, поставленная в тупик, глубоко задумалась, подыскивая достойный ответ, но тут в вязком и прозрачном воздухе раздался капризный мелодичный женский голос:

— Все, мне надоел этот спектакль! Стражи, впустите путников в город! Их встретят и проводят до дворца!

Лира немедленно вскочила на ноги, глядя на то, как стражи выполняют приказ, а Соло, лениво потянувшись, неспеша встал на ноги и отряхнулся от прилипшего к одежде песка. «Засов» оттащили куда-то в сторону, со скрипом распахнулись ворота-раковины и ребята вошли в Водный город.

Зрелище, открывшееся глазам наших путешественников было настолько необычным, что на мгновение даже никогда ничему не удивляющийся Соло не выдержал, потрясенно покачав головой:

— Ну и ну!

Водный город оказался этаким морским дном в сильно увеличенном варианте, причем населяли его все те же морские жители, с водяной же растительностью и песком вместо земли. Путники пошли по тропинке, «вымощенной» разноцветной галькой, с любопытством разглядывая городские постройки, а заодно и местное население.

Справа от них располагалось целое селение раков, омаров и крабов, которые обитали в огромных витиевато изогнутых раковинах, живописно разбросанных на почему-то красном песке. Слева — в наваленных друг на друга камнях жили большие полупрозрачные и разноцветные медузы, один вид которых заставил Лиру по понятным причинам сильно содрогнуться и поморщиться.

Соло, несмотря на сильное удивление, умело сохранял на своем лице довольно пристойное выражение спокойствия и невозмутимости, в то время как девушка, наплевав на все правила приличия, изумленно глазела по сторонам, открыв рот, отчаянно вертя головой и громко выражая свое мнение по поводу увиденного.

— Смотри! — восхищенно и поэтому очень громко ахнула она, подергав Соло за короткий рукав майки.

Тот невольно обернулся, увидев очень странный дом в виде старого драного зеленого башмака, просящего «кушать». Вместо шнурка в дырках извивался симпатичный пятнистый угорь, а изо «рта» выглядывала огромная добродушно улыбающаяся акула.