Олег Князев - Кристалл Хаоса (СИ)

Жалкий повернулся и увидел входящего Тизиана. Тот вырядился в свою лучшую магическую робу, а к тыльной стороны ладони ремешками привязал квадратное устройство с экранчиком.

— Мы идем вдвоем, уважаемый Тизиан.

— Отлично. А почему?

— Мори решила поохотиться на прогулке.

— Ну и что?

— Но это неэтично по отношению к жертве.

— Все ее существование — одна сплошная неэтичность. Нужно было думать, когда спасал ей жизнь.

— И все же…

— Оставим ее здесь — она, оставшись одна, примется за моих слуг. Она же поехавшая. Не ты, не я, а она.

— Об этом я не подумал.

— Берем ее с собой.

— Ура! Братик, я совсем немного выпью, только продегустировать. Я уже давно никого досуха не выпивала, и сейчас не собираюсь.

Тизиан оказался в затруднительном положении — он помнил мало дуэльных атакующих заклинаний, и совсем уж мизер — дуэльных защитных. Поэтому по всем правилам он должен был бы проиграть поединок с сухим маленьким старичком, усевшимся на скамейке в парке и отказавшимся уступить место Тизиану, а после того, как Тизиан окатил его отборной бранью, оказавшимся неплохим магом. Архимаг раздумывал над тем, чтобы жахнуть одним из сильнейших боевых заклинаний и опозориться, но прекратить поединок досрочно, раз и навсегда избавившись от старичка-мага с его обидами. Но немногочисленные рунные заклинания Тизиана настолько хорошо работали, что даже с трудом вспомненный дуэльный водный щит умудрялся отклонять все остальные стихии, а не только огонь. Что дало возможность архимагу заглянуть во взятый с собой бесценный переносной справочник по рунной магии и подобрать несколько несмертельных атакующих комбинаций рун. Архимаг подпитал магией водный щит до предела и начал чертить руны в воздухе. Те, будучи полностью нарисованными, загорались ярким светом и исчезали. Крайне медленный способ колдовства был в то же время самым мощным из известных Тизиану, и он предпочитал именно его. Противник, разочаровавшись в маломощных нелетальных атаках, бессильных преодолеть водный щит, применил вспышку света, надолго ослепив Тизиана. Но тот уже запомнил заклинание и вычертил оставшиеся руны вслепую. Противника опутало комом серебристой паутины, мешавшем двигаться и полностью лишившем его магии. Пока восстанавливалось зрение Тизиана, старичок бился в коконе, но так и не успел выбраться. Тизиан был в плохом настроении и «добил» его появившемся в метре над головой противника тяжелым мешком с навозом. Вампирша, стоявшая рядом, захихикала.

— Это было совершенно лишнее! Нормально же сражались! — заявил старичок, выбравшись из-под мешка.

— Архимагу не пристало драться с не пойми кем.

— А что это еще за «архимаг»? Я вот — ранг желтый-365. А у вас какой?

— Понятия не имею.

— Ну, раз уж Ирис решила, что вы мне подходите как противник, то у вас тоже желтый.

— Это вряд ли. Я мог тебя испепелить в любой момент, твое счастье, что я смог вспомнить несколько дуэльных заклинаний из своей молодости.

— Ну, тут летальные заклинания под запретом, все учат дуэльные. Пойду пожалуюсь Ирис, что это она мне смертельно опасного противника подбросила… хотя я сам виноват, постоянно загружаю ее просьбами найти мне грушу для битья, которая не против дуэли.

— Да мне плевать. Жалкий, пойдем отсюда. А ты, мерзкий кровосос, убери клыки, что-то у тебя вид совсем кровожадный.

— Кушать очень хочется. Не знаю уж почему…

Как и предвидела Ирис, изуродованное существо в новых для себя условиях потихоньку теряло над собой контроль. Жизненная энергия, текущая в жилах и поддерживающая существо в жизнеспособном состоянии, в новых физических условиях быстро выветривалась, а кровь превращалась в обычный набор кровяных телец, что вызывало сильный голод и провоцировало на атаку. На атаку жителя «ее» мира, находящегося под «ее» защитой. Вот безумные глаза существа начинают зыркать вокруг, по деревьям парка и фигурам спешащих по своим делам и отдыхающих людей… и натыкаются на Ирис. Голодный оскал сменяется недоуменной миной — Ирис предсказуемо показалась существу самой вкусной жертвой из всех, что ей встречались до сих пор. Теперь, подстегиваемое своими императивными инстинктами, существо разорвет горло Ирис и вдоволь насытится специально разработанной для существа кровью. И больше никого в своем кровавом безумии не тронет. И Ирис не придется вызывать обленившихся от безделья чистильщиков на разрушительный и смертельный бой с богом, старой развалиной-магом и древним вампиром, забредшими на территорию Ирис… но тут вампирша, существо, почти полностью живущее по инстинктам, повело себя странным образом.

— Братик, пойдем отсюда.

— Что случилось?

— Я думала, что мы еще полчасика тут побродим, глянем на вон тот здоровенный мост из цельного изумруда, но я сейчас захотела взяться за старое.

— Решила напасть на кого-то?

— Не просто напасть. Выпить досуха.

— Кого?

— Не скажу. Хотя ладно, чего уж там. Это вон та женщина, что делает вид, что ей на нас наплевать. — Мори кивнула на стоявшую возле старого платана темноволосую особу лет двадцати пяти в белой одежде, подчеркивающей внушительную грудь красивой формы и длинные прямые ноги. — Только не подумай, что я извращенка, я обычно мужчин кусать предпочитаю, но это странная женщина. Пойдем, а? Мне трудно сдерживаться. А не то сейчас я тут устрою всем веселую жизнь.

— Пойдем. Тизиан, Мори, давайте свои руки.

Жалкий потащил своих спутников сквозь миры, выйдя с ними в трех километрах от замка.

— Подождите!

Все обернулись. За ними через миры проследовала та самая женщина.

— Мори, ты уж держись. — сказал Жалкий.

— Нет, пусть не сдерживается. Это тело для того и предназначено. Вот, убивай его поскорее. — Женщина высоко вздернула подбородок, обнажая шею.

— Не подходи ко мне! Мне сносит крышу от одного предвкушения твоей крови… а если я ее попробую, то за себя уже не отвечаю.

— Пей! Я не собиралась долго жить в этом теле, это совершенно неприемлемо для меня. Я — галактический суперкомпьютер, а не человек!

— Нет! Это опасно!

— Если ты боишься, что нападешь на своих спутников, когда выпьешь меня, то не стоит. У тебя огромная сила воли, что я, к сожалению, не учла.

— Глупости, я совершенно безвольная. Ты ничего про меня не знаешь! Уйди!

— Я сейчас вижу тебя и все твое прошлое.

— Бред. И что же ты видишь?

— Огромный бурдюк, переполненный чужой кровью. Подготавливаемый к тому, чтобы пачками рожать истинных вампиров. Но сбежавший, вопреки всему.