Виталий Обедин - Слотеры: Игра Покрана

Ознакомительный фрагмент

Чтобы кто-то из Клана пошел на явное предательство? Да быть такого не может! Остальные по-видимому тоже. Лица Морта и Джада вытянулись от изумления, а Анита скривилась, точно хлебнула кислятины. Никто в семье не мог и помыслить о том, чтобы нанести удар по себе! Ну, разве что Витар, помешавшийся на благой идее о том, что Таланты Клана необходимо поставить на службу людям Ура. Однако и он ни за что не рискнул бы пойти против родной Крови!

– Не совсем. – многозначительно пророкотал Кэр.

– Неужели у Сета появился братишка, а в Клане еще один Ублюдок? – не удержался от колкости Морт.

Он лучше стрелял, но я быстрее выхватывал пистолет... конечно, если Морт не успевал раньше включить форсаж. Сейчас не успел, поэтому был вынужден стоять и смотреть в двойное черное дуло «громобоя», толстое и массивное, как у мушкета.

– На сегодня это твоя последняя попытка показаться остроумным. Ты ведь сам видишь, Морти, когда папа не шутит. Как, по-твоему, сейчас тот момент или нет?

Несмотря на возраст в шесть с половиной лет грозить Морту ремнем было бессмысленно. Чтобы перекинуть сына через колено, мне пришлось бы сначала выбить у младшего Слотера шпагу из рук, что само по себе было делом не легким, потом постараться оглушить его, дабы он не форсировался и не выдрал меня сам, а затем... В общем, бесполезно.

Вот пистолет – совсем другое время. Морт уважал силу огнестрельного оружия. В четыре года он попытался было повздорить с любимым родителем, и я не колеблясь ни секунды, прострелил ему ногу и плечо. В общем, он снова заткнулся.

– Я должен знать все, Кэр! От начала и до конца.

– Мастер Плоти, Сет. – грохнул Замок. – Он здесь. Я изолировал его – временно, но он прямо здесь. Он во мне!

От голоса Кэр-Кадазанга у меня раскалывалась голова, и извилины начинали скрежетать друг о друга. К тому же он не полную чушь.

– Этого не может быть! Я убил Мастера три недели назад. Сначала снес ему голову, потом расчленил и кремировал. Все было сделано очень тщательно – вот этими самыми руками.

Я даже потряс руками в воздухе, словно это что-то доказывало.

– Теперь он жив – снова! И куда опаснее, чем был раньше. Морт вытащил этого безумца из прошлого, выдернул его из той самой частоты времени, где ты должен был обезглавить Мастера.

Анита грязно выругалась.

Я повторяться не стал, тем более что половина прозвучавших слов даже мне была незнакома. Тем не менее, мне нашлось, что сказать Морту. Скрипя зубами в ярости, я обернулся к сыну и прохрипел, с трудом удерживаясь от желания действительно всадить ему пулю в лоб.

– Что ты сделал, гаденыш?! Разве я не запрещал тебе пользоваться своими способностями для прыжков во времени? Ты хочешь сгореть как свеча?! Хочешь сжечь всю свою жизнь за несколько минут? А может ты хочешь, как Трувор создать временной парадокс и навсегда стать его пленником? Или, может, быть ты этого хотел?! – я ткнул пальцем в пораженное Камень-Сердце.

Морт отступил на шаг. Лицо его отражало целую гамму противоречивых чувств: страх, гнев, раскаяние, злость, стыд... но пальцы отчаянно стискивали эфес шпаги, и я понял – если попытаюсь ударить, он пустит ее в ход. Одолеть форсированного Морта в поединке не представлялось возможным, так что момент был весьма щекотливым. В конце концов, Морт набычился, ответил мне яростным взглядом, шевельнул губами, произнося непотребство, но от каких-либо реплик отказался.

– Морт считал, что Мастер Плоти сумеет излечить Веру. Для него ведь не было преград и запретов в том, что касалось воздействия на живое тело. Для Мастера человеческая плоть была, как мягкая глина, он мог придать ей любую форму, изменить содержание, избавить от лишних примесей и... – заговорил Джад, пытаясь вступиться за моего сына.

– Не рассказывай мне про эту тварь! – я переключил свою ярость на брата. – Я видел, что Мастер Плоти делал с людьми. После того, что он устроил в Квартале Ткачей, я бы нашел и убил его даже без предложенной Магистратом награды. Он маньяк! Ему нравится причинять муки и наслаждаться ими. Если жестокость Слотеров хоть чем-то обусловлена, то для него это просто игра. Чем страшнее можно изувечить живого человека, тем лучше. Я шел по одному из тех, с кем позабавился Мастер! Он растопил его, как медузу и разлил по всей улице: выложил эдаким живым ковром. Я сделал по этому «ковру» около сорока шагов, и после каждого несчастный кричал! Такому маньяку Морт планировал доверить свою мать?! Кровь и пепел! Почему мозги этого акселерата не поспевают за его телом?!

Лицо Морта пылало, но он из последних сил сдерживался. Он все-таки боялся меня: не как слабый сильного, но как сын – отца.

– Мы думали, что в пределах Кэр-Кадазанга запросто сможем его контролировать. Он ведь при жизни был всего лишь колдуном и алхимиком, да и то, не из самых сильных.

– Мы? А ты-то каким боком здесь замешан? – фыркнула Анита.

– Мы ведь друзья с Мортом. – Джад не отвел взгляд, даже нацепил одну из своих бесшабашных ухмылок. – Это я рассказал ему о том, как ты убил Мастера Плоти. Морт не обратил бы особого внимания на мой рассказ, не соверши я большую глупость. Я посетовал, что такой талант был просто уничтожен вместо того, чтобы послужить Слотерам: например, раз и навсегда исцелить Веру и Дайра. Услышав это, Морт просто загорелся идеей выдернуть Мастера Плоти из временной частоты, в которой его убивают. Он сказал, что однажды вы с ним нечто подобное уже проделали, и ничего серьезного не случилось.

– Но тогда с ним был я, и нас поддерживал Трувор, который собаку съел на исследовании времени! В одиночку Морт не смог бы вытащить из прошлого кого-нибудь крупнее кошки.

– На сей раз, мы могли справиться и без твоей помощи. Силу, необходимую для осуществления задуманного мы взяли у Кэра. А вот тут-то пригодился я.

– Причем тут ты? – пренебрежительно зазвенел голос Аниты. – Ты никогда не владел никакими серьезными способностями. Умеешь только шпагой почем зря размахивать, да девок портить!

– Уж тебе ли не знать про последнее! – окрысился Джад. – Мой Талант – похищение, воровство! Я могу украсть не только кошелек – это слишком легко! Я похищаю и нематериальные вещи: поцелуи, покой, спокойный сон, любовь. Я настоящий Принц Воров. И это я украл для Морта часть силы Кэр-Кадазанга.

– Невероятно! – я потер виски, стараясь отвлечься от гнетущего ощущения присутствия, исходящего от Кэра. – Вы двое полные безумцы! Сумасшедшие!

– Вас надо отлучить от Клана за такие вещи! – взвизгнула Анита.

– Я слишком поздно осознал, что произошло. – зарокотал Кэр. – А когда понял, было поздно. Морт взломал время и, ворвавшись в его потоки, стер частоту, в которой ты убиваешь Мастера Плоти. Он выхватил его в тот самый момент, когда твоя шпага перерубает горло Мастеру. Так что у них получилось... почти...