Иранка Реми - Земля Меча и Магии. Волшебница (СИ)

— Девочки, а можно вопрос, что у вас там вообще, происходит? — голосом строгого папаши спросил Макс.

Так как Олька продолжала заливаться пьяным смехом, пришлось отвечать мне.

— Да ничего страшного. Выпили по пятьдесят грамм вина, да и пошалили чуть — чуть.

— Пошалили, говоришь? Ленк, ты же из нормальной семьи, ну хоть ты не дурей… а?

— Хорошо, Максим. Извини пожалуйста. Сейчас мы тут все уберем. — сразу успокоилась Ольга.

— Да, уберете. В общем, слушайте. Это очень хорошо, что вы вдвоем, не надо будет повторять. На наш Замок ожидается нападение, поэтому, если я завтра не буду выходить на связь, не ломитесь ко мне, вы можете меня отвлечь в важный момент, понятно?

— Макс, это те, о ком ты говорил мне?

— Да, Оля, да. Они… Твою мать!!!

— Макс, что случилось?

— Они уже даже… впрочем, вам это знать не обязательно. Все, пока, успехов.

Экран погас. Мы, не глядя одна на другую, быстро привели комнату в порядок.

— Лен, я сейчас постелю тебе в другой комнате, ладно?

— Да, конечно.

Пока Олька стелила мне, я достала свой ноутбук, который теперь тягала за собой повсюду и вышла почитать новости.

Раздавшийся одновременно сигнал принятого сообщения у меня на почте и из Олькиной панели заставил меня вздрогнуть.

А вдруг ТАМ, в этой их игре, можно умереть по — настоящему? И что, если это пришла нам двоим, виртуальная «похоронка»?

Я трясущимися руками открываю письмо.

«Никому не сообщайте о получении данного письма! Содержимое данного письма будет доступно для прочтения с 12–00… числа… месяца 20.. года.»

Я недоуменно поднимаю глаза на Ольгу, та кивает мне на панель. Там точно такой же текст.

— И что это может быть?

— Какое‑нибудь глупое «письмо счастья». Типа «разошли это письмо тридцати трем адресатам и будет тебе счастье. Одна женщина разослала такое письмо всем своим друзьям и через неделю выиграла в лотерею. А один мужчина стер его и через неделю у него умерла жена.»

— Бред какой…

— Угу.

— Ты как хочешь, а я — сотру. — сказала Ольга и нажала на иконке удаления.

Ночь прошла на удивление спокойно. Зато утром меня ожидал неприятный сюрприз в виде головной боли и дикой жажды.

Я, пошатываясь и держась рукой за стенку, вышла на кухню, где, с видом приговоренной к смертной казни, уже сидела Олька, хмуро глядя на закипающую турку с кофе.

— Доброе утро…

— Угу, доброе, если оно доброе, и утро, если оно утро. Макс не отзывается…

— Так он же просил не трогать его…

— Да, но я думала, что он хоть видео нам оставит.

— Ладно, давай в школу собираться.

— Угу… Детки в школу собирались, мылись, брились, похмелялись…

Уже днем, в школе, мне пришла в голову мысль, а может, мне тоже попробовать поиграть в эти, как их там, «Земли»?

Мои мысли словно разделились на два лагеря.

Одни — говорили, что так я буду ближе к любимому, буду понимать его и его теперешние заботы. Если уж ему суждено любить кучку пикселей, то пусть это будут мои пиксели, пусть он ассоциирует их со мной, чем непонятно с кем, или чем.

С другой стороны, не будет ли это самообманом? Я то, прекрасно понимаю, что это будет не любовь, а суррогат, заменитель, жалкая тень того искреннего, всепоглощающего чувства, которое пылает у меня в груди.

Опять же, а вдруг есть шанс вернуть его оттуда? Хотя… куда вернуть? Меня, как абсолютно не имевшую никакого отношения, не пригласили на похороны тела Макса, но Олька, как и положено верной подруге, сделала для меня видеозапись, а позже, и показала на карте, где находится место последнего пристанища моего любимого.

Я как‑то и подзабыла о том, что в двенадцать часов у меня должен был открыться доступ к закрытому содержимому письма, но на истории мне передали записку от Оли.

Ты письмо смотрела? Что там?

Я удивленно подняла вверх брови. А смс — ки зачем?

Нет, ноутбук в сумке.

Глянешь на перемене?

Ммм, хорошо…

Но в самом конце урока произошло событие, которое отвлекло меня от чтения любых писем.

Раздался стук в дверь, и в класс заглянула директриса. Она вызвала в коридор «истеричку». Та вернулась буквально через пару минут, слегка напуганная.

— Ольга Н — ская, будьте добры, соберите вещи и на выход. За вами приехали.

В приоткрытые двери были видны люди в форме. Среди них был виден и Константин, начальник службы безопасности родителей Сергея. У меня екнуло сердце…

Я с нетерпением стала ждать перемены, чтобы достать ноутбук и прочитать текст сообщения. У меня все больше и больше ширилось подозрение, что то сообщение как‑то связано с приходом людей в форме за Ольгой.

Через несколько минут в двери опять постучались, и мне было сказано собрать вещи и выйти.

Сразу же за дверями у меня попросили мой ноутбук и попытались открыть сообщение.

Текст гласил:

Если хочешь увидеть своего брата, не вздумай никому сообщать об этом письме и жди дальнейших указаний.

— Ну, так как ты нам письмо не давала, то будем считать, что ты ничего и не нарушила, — сказал мне Константин. — ты, если я не ошибаюсь, подруга Макса? Странно, что письмо пошло тебе.

— Мне оно тоже приходило, но я его удалила, думала, это бред какой‑то. — вмешалась Ольга. — А письмо пришло Ленке потому, что мы были вчера вечером у меня дома вместе.

— Извините, так, а в чем дело? — спросила я «в воздух».

— Ребят попытались захватить в заложники, и Максима, и Сергея. — ответила мне Ольга.

— Да, попытались. Сергей, не будучи «сорвавшимся» смог вырваться самостоятельно, Максим пока что остается «там», в заложниках. Данное сообщение важно тем, что его Вам, уважаемая Елена, отправили еще вчера. Таким образом, оно служит подтверждением того факта, что захват планировался заранее и требование выкупа преступники собирались выдвигать.

— Но… а что нам теперь делать? — пребывая в абсолютной растерянности, спросила я.

— Что‑что, свидетелями обвинения выступать. Петр Владимирович сразу же, по получ… впрочем, это вас, юные леди, не касается. Обо всем, что будет касаться непосредственно вас, вам будет сообщено отдельно. Сейчас вы проедете с нами туда, где вы будете находиться под защитой и охраной, чтобы предупредить дальнейший захват, уже вас, в заложники.

Нас привезли на квартиру к Ольге. С нами остались две женщины, сотрудницы охранного агентства, так, во всяком случае, нам было сказано, плюс, в самом подъезде дежурило еще пара человек.