Олег Шелонин - Паладин. Изгнанник

Ознакомительный фрагмент

Аргумент был убойный. Да и договорились, вроде, выполнить желание друг друга. Кевин, скрепя сердце перекрестил все четыре стороны света, крону дуба над головой и землю.

– Пошли.

Изгнанник поднял кочергу, сунул под мышку рясу, и… взгляд его упал на фолиант, сиротливо лежащий у потухшего костра. По-хорошему, бросить бы его, но ведь сам Святой Сколиот писал! Нельзя. Юноша, кряхтя от натуги, поднял гигантский том, взгромоздил его на плечо, ряса вновь упала на землю, следом полетела кочерга.

– Уй, бестоло-о-очь, – пригорюнился бес. – А заклинание прочитать не в кайф? На горбу все переть будешь?

– Какое еще заклинание?

– То, что на последней страничке начертано. Пока ты дрых, я за ночь это писание от корки до корки прочел. Много нового узнал, надо сказать. Кое-какие разработочки на докторскую потянут. Ты книжечку-то положи, убогий, да последнюю страничку открой.

Кевин послушно положил том на землю и открыл последний лист. Там тоже была только одна фраза, начертанная гигантскими буквами. Юноша прочел ее нараспев, и том мгновенно сжался до размеров маленькой книжонки, которую смело можно было засовывать за пояс.

– Слушайся дядю, – ткнул себя пальцем в грудь бесенок, – и все будет тип-топ.

– А еще какая идея у тебя есть, родственничек? – усмехнулся Кевин.

– Пока только одна: в темпе вальса решить свои и твои проблемы и свалить домой.

– А у меня, кажется, есть.

Юноша развернул том на первой странице, внимательно прочитал заклинание увеличения и даже пошевелил губами, запоминая его, потом открыл последнюю страницу и пропел заклинание уменьшения еще раз вслух. Книжка тут же сжалась до размеров наперстка. Кевин удовлетворенно хмыкнул и спрятал ее в карман.

– Учись, дядя, пока племянник жив.

– Гм, неплохо, – удивился бесенок. – Что значит моя школа. Из тебя, возможно, выйдет толк. Беру в ученики, но учти, за это ты меня должен будешь очень хорошо кормить.

– Не обижу, – успокоил его юноша, честно деля на двоих остатки того, что свистнул из подвалов святых отцов.

И они пошли через бурелом, уплетая по дороге скромную утреннюю трапезу.

– Шлушай, а как тебя шюда жанешло, – прошамкал Люка, – в эти дебри?

– Считай, что дорогу решил спрямить. Со злости. Опять же, как рыцарь будущий. Надеялся на нечисть какую наткнуться, а наткнулся на тебя. Вообще-то, я иду в Босгон. Попробую там устроиться в охрану. Выпускников ордена высоко ценят. Я хоть звание не получил, а выучка-то осталась. Кстати, скоро выйдем на тракт. Там, на перепутье четырех дорог, трактир «Последняя гавань» стоит. Слухи о нем паршивые ходят. Говорят, все отребье в нем собирается…

– Так это же прекрасно! Нам как раз надо туда, где собираются уважаемые люди!

– Уважаемые?

– Угу. К обеду поспеем?

– Должны.

– Замечательно! – Перед мысленным взором бесенка возникла грандиозная драка между вышибалами и недоделанным рыцарем за неоплаченный обед и последующие похороны клиента, не желавшего подписывать контракт. А потом свобода! – Просто замечательно! – повторил он. – Мы найдем там тебе хорошего, опытного оруженосца, который знает, где дела всякие нехорошие происходят, и ты как истинный рыцарь на лихом коне с шашкою наголо…

– С чем?

– С мечом, – торопливо поправился бесенок. – …начинаешь их всех направо, налево!

– Да говорю же тебе: ни коня, ни меча нет! Вон, кочерга одна.

– Тогда на оруженосце с кочергой…

– Тьфу на тебя, балаболка. Шагу лучше прибавь.

– Так я ж о тебе забочусь! Рыцаря на каждом шагу должны подстерегать подвиги и приключения! Насчет первого не знаю, но вот последнее на твою за… в общем, все будет! Приключения я тебе обеспечу!

Как и говорил Кевин, ближе к полудню они вышли на тракт и наткнулись на первое приключение. Места эти пользовались дурной славой у добропорядочных жителей окрестных городов и деревень не зря. Шум в кустах заставил Кевина насторожиться.

– Помогите… – придушенно хрипел кто-то в кустах.

Рыцарская кровь немедленно взыграла в Кевине.

– Там кого-то грабят.

– Не то слово! Убивают! – радостно потер руки бесенок.

Юноша крутанул кочергу в руке на манер меча, свернул с тракта и смело двинулся на шум. Делал он это очень профессионально, осторожно, практически бесшумно. Так, как учили его в ордене. Рядом сквозь кусты ломился бесенок. Картина, которая предстала перед его глазами, наполнила сердце ликованием. Пять человек явно уголовной наружности кто с заточками, а кто с ножами в руках, прищучили богато одетого горожанина, и потрошили его карманы. Они дружно обернулись на шум.

– Кого еще нелегкая принесла?

Кевин остановился, оценивая ситуацию. Он легко мог перебить всю эту толпу и голыми руками, но нож у горла горожанина путал карты. Для него это могло кончиться плохо.

– Слышь, ты, шел бы отсюда, пока на перо не нарвался, – лениво процедил один из бандитов, глядя на Кевина. Щупленький Люка опасений у него не вызывал.

Кевин молчал, не сводя глаз с ножа, приставленного к горлу горожанина. Пока юноша прикидывал, что делать, бесенок, неправильно поняв его колебания, решил подогреть бандитов, чтобы отрезать спутнику все пути к отступлению.

– Папик, – взмолился он, – дай я сам все решу. Я же знаю, ты сейчас их в извращенной форме будешь обучать тому-сему, кровь везде, кишки по всей поляне. Да эти петухи того не стоят. Папик, позволь я сам их аккуратно, без садизму, – уговаривал бес, косясь на бандитов в ожидании их реакции. – Их же место у параши. Папик, ну зачем загаживать природу? Тут такая симпатичная травка. Не стоит, папик!

Реакция уголовников была не совсем та, на которую рассчитывал бесенок. Вместо того, чтобы в обмен на явные угрозы и оскорбления броситься на обидчиков, они начали бледнеть и пятиться.

– Атас!

– Авторитет какой-то!

– Уходим!

Они оставили жертву и сломя голову бросились в лес. У горожанина от всего пережитого подкосились ноги, и он грузно осел на землю.

– А здорово у тебя это получилось, – уважительно сказал Кевин, помогая подняться спасенному.

– Тьфу! – сплюнул за его спиной Бессони.

– Ты что-то сказал?

– Я говорю, любой вопрос можно решить полюбовно. Эй, ты, задохлик. Благодари моего хозяина. Еще немного, и тебя бы тут зарыли.

– О да, – проблеял горожанин, – я вам всем очень благодарен за спасение. Я так полагаю, что ваш господин очень уважаемая личность в этих местах?

– А то! В авторитете товарищ, – подтвердил бесенок.

– А вы случайно не в трактир Джона Сильверучи направляетесь?

– Ну да, – подтвердил Кевин, – в «Последнюю гавань».

– Вас ко мне сам Вездесущий послал! – возликовал горожанин. – Вы как раз те, кто мне нужен! Вы не могли бы встретиться с моим господином? Он может предложить вам за соответствующую оплату одно дельце. Вам его провернуть ничего не стоит. Надо будет всего-навсего чуть-чуть поработать посредником.