Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 Глава 3

«Вы есть жизнь, изобретающая форму»

Р. Бах

– Не бойся, – слышала я негромкий ласковый голос. – Не бойся неизвестности. Тебе она не принесет больше боли, чем ты уже испытала. Покидать насиженное место всегда страшно, но я обещаю тебе, ничего плохого в твоей жизни уже не случиться. Ничего. А теперь – пей!..

 Голос смолкал постепенно. Я открыла глаза в своей постели. Я была дома и знала каждый уголочек квартиры, в которой жила.

 Знакомая комната, знакомый вид из нее, но… что-то было не так. Ощущение непринадлежности тревожило меня, и я никак не могла избавиться от этого гнетущего чувства. А еще где-то в глубине себя, в районе сердца чувствовалась тупая боль, будто я потеряла что-то, но вот что именно потеряла, не могла вспомнить.

 – Спокойно, Полина, – сказала я себе. – Это просто... просто...

 «Что?» – был вопрос, ответ на который уже почти появился в моем мозгу, но чтобы проверить понадобилось несколько минут.

 Паспорт, мне нужен был паспорт. Судорожно выгребая все из ящика, я заметила уголок бордовой обложки. Я вытащила его из завалов – доказательство того, что что-то не так. Доказательство моей непринадлежности этому миру.

 «Игнатова Марина Константиновна», – гласила первая страница.

 Что-то в этом мире было не так, и этим чем-то была я. Я была не там, где должна быть. Но это я поняла гораздо позже, а в тот момент я только и могла стоять и хлопать ресницами в надежде, что по какому-то непонятному мне волшебству запись в паспорте поменяется, символы расплывутся и соберутся в привычную мне закономерность букв, но этого, конечно же, не произошло.

 Уже немного позже я поняла, что случилось: нас с Мариной поменяли местами. Но в тот момент я не знала, что делать. Я не помнила, откуда пришла, и не знала, почему нахожусь здесь. Но это было именно так – я оказалась очень далеко от того мира, где жила. От боли, которая владела мной. От отчаяния.

 Я почувствовала свободу, но вот казус – не знала от чего. Эта мысль мучила меня долгое время. Я сама сыграла с собой злую шутку: я захотела вспомнить то, что ранее ужасно хотела забыть. Я ринулась навстречу неизвестному, тому, от чего недавно бежала со всех ног.

 Через неделю мне приснился сон, в котором был неизвестный мне человек. Высокий, светловолосый с пронзительными зелеными глазами. Я помню ощущение страха во сне, но я также помню, что рядом с ним у меня было чувство, похожее на эйфорию. Рядом с ним мне хотелось летать. И я не сопротивлялась.

 Прошло несколько месяцев. Я уже начала привыкать чувствовать себя «своей» в этом мире, когда на улице ко мне подошел парень. Он был высокого роста, кареглазый и худой. Его даже можно было назвать привлекательным, но выражение его лица… я не могла объяснить, пугало меня, что ли.

 Приблизившись, он сказал:

 – Я тебя знаю. Тебя зовут Полина.

 – Нет, – сказала я, ужасно испугавшись. – Меня зовут Марина. Вы обознались.

 Я отвернулась и быстрее пошла прочь. Сердце мое готово было выпрыгнуть из груди.

 – Двадцать второго июня во время дождя. Ты не поймешь, если будешь прятаться. Ты не сможешь одна, пойми же ты, наконец!

 Я остановилась. Что-то в его голосе пугало меня, но он говорил вещи, которые не знал никто, кроме меня самой.

 – Прогуляемся, я тебе все объясню. Да не бойся ты! Не съем я тебя! – добавил он, глядя на мою нерешительность.

 – Я не знаю тебя, и это нормально, – ответила я. – Скажи мне, как тебя зовут для начала.

 – Фред.

 Мы прогулялись в парк, где Фред познакомил меня со своим братом. Его звали Кирилл. Внешне Кирилл был очень похож на брата, разве что не такой худой. Но, в то же время, они были очень разными. Кирилл был младшим из них, и он был добрее. Я не могла судить по поступкам, так как совсем не знала молодых людей, но просто понимала это. У Кирилла были добрые глаза, все его существо светилось добротой.

 Фред был другим. Что-то хищное сквозило в его походке и манере говорить. Иногда он так улыбался, что выглядел зловеще. Он и пугал, и притягивал меня одновременно. Он был мне интересен. А еще у меня было такое чувство, будто я его знала.

 Они рассказали мне, что в действительности мы с Мариной поменялись местами. Фред сказал, что знал Марину до того, как все это произошло, и что именно он организовал это перемещение. Он поведал, что ей ужасно хотелось пожить немного другой жизнью. Я поинтересовалась, почему именно я здесь, вместо нее, на что Фред ответил:

 – Не только ей хотелось оказаться не там, где она была.

 Я оказалась заперта в мире собственных сомнений. Я находилась в неизвестном мне мире, который, как ни странно, помнила, а тот, который был для меня родным исчез из памяти, и как я ни старалась, я не могла его воссоздать.

 Мы стали часто встречаться, так как это были единственные люди, которые знали МЕНЯ. А мне так этого не доставало. Я чувствовала себя чужой.

 Однажды мне позвонил Кирилл и сказал, что хочет встретиться со мной.

 – Привет, – я была рада его слышать, так как очень привязалась к братьям. – Куда вы подойдете и во сколько?

 – Нет, ты неправильно поняла. Мне хотелось бы встретиться с тобой наедине, то есть без Фредди.

 – Ну, ладно...– я немного опешила, но не увидела в этом такой большой проблемы. Кирилл нравился мне. Не так, как нравится парень девушке, но с ним было приятно общаться, и я считала его своим другом.

 В тот день мы немного погуляли в парке и посидели в кафе. Я понимала, что он за мной ухаживает, но не совсем знала, как к этому относиться. Кирилл мне нравился, но чего-то мне не хватало, чего-то неуловимого. Как говорят, между нами не проскочила искра. Хотя мне льстила его влюбленность, и, будучи молодой и неопытной, я всячески потакала ей. В том возрасте, в котором была я, еще не понимаешь, что давая пустые надежды, можно потом больно ранить. Ну, и, конечно же, в том возрасте, в котором я была, девочкам нравятся плохие мальчики.

 Такие, как Фред Гантер.

 Фредди всегда показывал, что неравнодушен ко мне, но я делала вид, что не замечаю этого. На самом деле я немного побаивалась его.

 Мне было жутко в его присутствии, но в то же время я ощущала, что рядом с ним я становлюсь другой, настоящей. Я не могла объяснить это чувство, но оно было сродни тому, что испытываешь, когда находишься дома.  Мне нравилось разговаривать с ним, он был отличным собеседником. А еще в его компании я чувствовала, что балансирую на грани, и это чувство завораживало. Немаловажным был тот факт, что Фред умел колдовать. Нет, он не был иллюзионистом, он был колдуном.

 Мы гуляли по ночному лесу, но я не боялась. Я знала, что Фред обязательно найдет дорогу – он всегда безошибочно находил ее даже в кромешной тьме. Мы забрели на небольшую полянку в чаще леса, и присели посмотреть на звезды. Это было волшебно – сидеть в лесу среди ночи и смотреть на небо. Оно было ясным, почти черным, и звезды на его фоне сияли очень отчетливо. Внезапно Фред развернулся ко мне и приблизил свое лицо к моему. В его карих глазах горел огонек желания. Он провел пальцем по моей нижней губе, и я затрепетала. Я была словно пойманная птица в клетке, завороженная птицеловом. Я не могла пошевелиться.