Вера Ковальчук - Гибельный мир

Ознакомительный фрагмент

Оба присели к огню и уставились на нее. Хельд не стал мучить друзей тайной и представил им ее как свою жену.

— Ну ты даешь, — проворчал Фроун. — В город придется заезжать.

— Так и так придется, — ответил ставший серьезным Тагель. — Лошадей продать, припасы…

— Лошадей мы продадим в деревне, — властно ответил Хельд, и Аир поняла, что он у них вроде предводителя. — Вернее в селе. У них как раз ярмарка. Там же и докупим припасов, чего не хватает. Вещи Аир я оставлю у Топтуги, в трактире.

— Какие вещи? — спросила она.

— Большую часть приданого, милая. Не повезешь же ты с собой свадебное платье. Хотя, думаю, здравого смысла тебе не занимать, выберешь сама, что брать с собой.

— А ее ты где оставишь? — спросил Фроун.

— Ее я не оставлю. Она поедет с нами.

На некоторое время воцарилось молчание, и, воспользовавшись тем, что она не прервет ничью беседу, Аир стала раздавать еду. Она решила не мудрствовать и приготовить кашу с обрезками сала и грибами, которых набрала тут же на полянке, и теперь волновалась — останутся ли довольны ее поварскими талантами?

— С нами? — переспросил Тагель. — Ты с ума сошел?

— Я нет. А ты?

— С чего это нам брать с собой женщину?

— Как повариху, — сказал, поедая кашу, Ридо и подмигнул Аир.

— Ты не забывай, что она не горожанка, а крестьянка, и прожила всю жизнь в десятке миль отсюда. Так что нечисть девочка видела своими глазами. И, думаю, знает, как себя вести.

— Я не уверена, — проговорила Аир, но замолчала, повинуясь жесту мужа.

— Кроме того, я так решил. Это мы не обсуждаем.

— Почему? — прищурился Тагель. — Если она сорвется с места в неподходящий момент потому, что ей стало страшно, погибать придется всем.

— Не сорвется.

— Слушай, у тебя что, такая пылкая любовь, что…

— Тагель!

— Ладно, извини. Но это свинство — ничего не объяснить, только так… Сказать.

— Ладно, я объясню. Она из редов.

Тагель со слышным хлопком закрыл рот и посмотрел на девушку. Остальные тоже на нее посмотрели. Девушка сжалась.

— Ты серьезно? — уточнил Фроун.

— Совершенно.

— Да? — Голос Гердера, которого Аир прежде не довелось слышать, оказался глубоким, звучным и лениво-растянутым. — Ты уверен? — Он повернулся к девушке и сложно повел рукой в воздухе. За его пальцами оставался след, похожий на полосу светящегося тумана, вспыхивал в воздухе пару раз и после гас. Примерно такое же свечение Аир видела вокруг руки жреца, когда он лечил ей нарыв на ноге, только оно было немного другого цвета и мерцало иначе. — Какого цвета?

— Голубого с розовым, — еле слышно ответила она. — А когда вспыхивает, то проскакивают золотые искры.

— Правильно? — спросил Гердера нетерпеливый Тагель.

Тот ответил не сразу, зачем-то посмотрел на кончики пальцев, а затем встряхнул рукой над огнем. На миг огонь полыхнул беловатым, но это видела только Аир.

— М-да, — сказал он. — Ты прав, Хельд. Причем ред весьма сильный.

— Вот о чем я и говорю.

— А кто такие реды? — шепотом спросила она.

— Естественные маги. Те, кто не нуждается в обучении. Те, у кого дар.

В молчании, опустившемся на компанию наподобие тумана, слышны были только те звуки, которые издает человек, сытно и вкусно ужиная, да шорохи леса. С особенной охотой ели новоприбывшие. Они выскребли свои миски, куда Аир положила с верхом, а потом полезли выскребать еще и котелок. Остальные вели себя сдержаннее, поскольку стряпня Гиады и Ирои, тем более праздничная, была нисколько не хуже, чем то, что выходило из рук Аир, пожалуй, даже лучше.

— Есть еще окорок, — сказала она, заглядывая в сумку.

— Вынимай, — согласился Хельд.

— Да, знатная стряпня, — проворчал Фроун, доедая ломтик лепешки с остатками каши на нем. — Может, и правильно. Хоть будет кому нас кормить.

— Не смешно, — отозвался Тагель. — Мне все-таки кажется, что девушку стоило бы поберечь. Тем более раз такое дело… — покосившись на Аир, он замолчал. Остальные рейнджеры тоже молчали.

Хельд задумчиво жевал ломтик окорока.

— Ладно, — властно сказал он. — Рассказывайте. Какое у вас дело?

Фроун и Тагель переглянулись.

— А рассказывать есть что, — сообщил Тагель. — Мы почему, собственно, коней и купили. Нам предложили заказ.

— Вот как? — Хельд отнял ото рта кусок мяса. — Рассказывай.

— Какой-то маг. Он предложил очень хорошие деньги за несколько книг, чье месторасположение примерно знает…

— Что за книги?

— А я понимаю? Какие-то магические, судя по всему.

— И где они, по его предположению, находятся?

— В столице.

— Где? — Хельд удивленно посмотрел на Тагеля. — И ты взялся?

— Я взялся. — Вид у того был вызывающий. — Потому что он предложил нам защитный артефакт. С функцией глушения собственного излучения, конечно. Купол размером три.

— Это диаметр?

— Радиус. Защита от проникновения абсолютная. И от физического, и от магического. Фон тоже глушит, если он есть.

— Стационарный?

— Само собой. На лагерь.

— Сколько зарядов? — Хельд уже слегка отмяк, и Аир поняла, что такой предмет, как этот артефакт, должно быть, очень ценная вещь для этих рейнджеров. Она пошарила взглядом по фигуре Тагеля, ничего толком не разглядела, но взглядом зацепилась почему-то за его запястье, прикрытое рукавом куртки. После такого скупого, но искренне удивленного отзыва приятелей Хельда она вдруг глубоко поверила в себя, и эту веру захотелось лишний раз обосновать.

— Неограниченно.

— Серьезно? — с неторопливыми интонациями недоверия спросил предводитель. — А как с запасом энергии?

— Он сказал, нам не надо об этом волноваться. И еще он сказал, что мы можем оставить его себе. Причем не как-нибудь, а при любом исходе.

Мужчины загомонили, только Фроун, который, само собой, прекрасно знал все условия, улыбался с таким триумфом, словно полученный заказ всецело был его заслугой.

— Вот как, — медленно произнес Хельд. — Это меняет дело. Действительно серьезно… Кстати, Аир, ты видишь его?

— Она не может…

— Вижу… — неожиданно для себя и одновременно с Тагелем сказала она и протянула руку, указав на привлекшее ее внимание запястье.

— Она не может! — беспомощно повторил Тагель. — Он в защитной оболочке. — Он махнул рукой. — Тоже мне, защитная оболочка. Правильно показала.

И, подняв рукав, продемонстрировал что-то, плотно закутанное в тонкую серебряную фольгу ручной ковки, что-то похожее на широкий браслет.

Гердер повернул голову к Аир и уперся в нее тяжелым взглядом, который мог бы показаться одновременно и пронизывающим, и холодно любопытствующим.