Стэн Николс - Воины Бури

– Моббс? – прошептал Страйк.

– Приветствую тебя, капитан орков, –отвечал гремлин. Он говорил тихо, а его лицо при этом озарилось легкой улыбкой.

В мозгу Страйка роились мириады вопросов. Он остановился на неожиданном:

– Что ты здесь делаешь?

– У меня нет выбора.

– А у меня есть? Где я, Моббс? Это преисподняя?

Гремлин покачал головой:

– Нет. По крайней мере не в том смысле, который ты в это слово вкладываешь.

– Тогда где?

– Это межмиръе: не твой мир и не мой.

– О чем ты? Разве мы оба – не марас-дантийцы?

– Все эти вопросы менее важны, чем то, что я имею тебе сказать. – Моббс рассеянно махнул рукой, указывая в целом на окружающее. –Прими это. Рассматривай это как особое место, где мы с тобой можем встречаться.

– Больше загадок, чем ответов. Ты везде остаешься ученым, Моббс.

– Я считал себя таковым. Но с тех пор, как я попал сюда, я стал понимать, что не знал ничего.

– Но где…

– Время не терпит, – оборвал его гремлин и добавил: – Ты помнишь нашу первую встречу?

– Конечно. Она изменила все.

– Скорее, дала толчок перемене, которая уже была у порога. Стала чем-то вроде акушерки. Хотя когда ты выбрал этот новый путь, ни ты, ни я не знали масштабы грядущего.

– Не знаю, как насчет масштабов, – последнее слово Страйк произнес не совсем уверенно, поскольку никогда прежде его не произносил, – но неприятностей я и моя дружина получили кучу.

– И получите еще больше и еще хуже, и только после этого вы победите. Если победите…

– Мы выживаем благодаря находчивости и сноровке, бегаем в поисках кусочков головоломки, которую сами не понимаем. Зачем нам наживать еще неприятности, если мы даже не понимаем, что делаем?

– Но вы знаете, ради чего это делаете. Ради свободы, ради истины, ради того, чтобы снять покров тайны. Стоящие призы, Страйк. И у них есть цена. И кто знает, решите ли вы в конце, что эту цену платить стоило.

– Я и сейчас не знаю, Моббс, стоит ли ее платить. Я терял товарищей, видел, как рушится всякий порядок, как наши жизни раздираются противоречиями…

– Но ведь и так к этому шло, разве нет? Благодаря чужакам, вся Марас-Дантия катится по наклонной плоскости. А у тебя есть возможность это изменить, по крайней мере для кого-то. Если ты остановишься сейчас, то поражение гарантировано. Продолжай – и получишь слабый шанс на победу. Не стану притворяться, что дела могут пойти не так.

– Тогда скажи мне, что делать.

– Ты хочешь знать, где найти последний инструмент и что делать, когда все они будут у вас?

Страйк кивнул.

– Не могу сказать. В этом отношении я осведомлен не лучше тебя. Но задумывался ли ты когда-нибудь над тем, что разыскиваемые вами предметы хотят быть найденными?

– Это что-то безумное. Они ведь просто… вещи.

– Возможно.

– Так ты ничего не можешь мне предложить, кроме предупреждений?

– Еще слова ободрения. Вы уже близки к цели. Я нисколько не сомневаюсь, что вы получите шанс осуществить задуманное. Хотя будут еще кровь, еще смерть, еще душевные муки. Несмотря на все это, вы должны продолжать.

– Ты говоришь так уверенно. Откуда ты все это знаешь?

– Благодаря моему нынешнему… состоянию, я обладаю некоторой способностью видеть грядущие события. Я не вижу детали, лишь общий контур событий. – Лицо гремлина потемнело. – Надвигается пламя.

По позвоночнику Страйка пробежал холодок, когда он кое-что понял.

– Ты сказал, что у тебя нет иного выбора, кроме как быть здесь, – вполголоса проговорил он.

Моббс не отвечал.

Страйк повторил свой первый вопрос, на этот раз с некоторым нажимом.

– Где мы, Моббс? Престарелый ученый вздохнул:

– Можно назвать это хранилищам. Царством теней.

– Как давно ты здесь?

– Почти сразу после того, как мы расстались. Благодаря любезности другого орка, капитана Деллорана.

Распахнув полы одеяния, гремлин показал Страйку грудь. В ней зияла рана, сейчас уже без крови, такая глубокая и зловещая, что результатом ее могло быть только одно.

Теперь, когда подозрение Страйка подтвердилось, кровь отлила у него от лица.

– Так ты…

– Мертв. И немертв. Между двумя мирами. И вряд ли обрету покой, пока не разрешатся проблемы вашего мира.

– Моббс, мне… мне так жаль. – Слова прозвучали до смешного ничтожно.

– Не жалей, – мягко отвечал гремлин, запахивая полы одежды.

– Деллоран гнался за мной. Если бы я не втянул тебя…

– Забудь об этом. Я не держу зла, и сам Деллоран заплатил за все. Но разве ты не понимаешь? Если ты освободишься сам, то освободишь и меня.

– Но…

– Нравится тебе это или нет, Страйк, однако игра в разгаре, а ты один из ведущих игроков. – Моббс показал рукой за спину орка. – Смотри!

Заинтригованный, Страйк повернулся. И задохнулся от безумия открывшегося зрелища.

Гигантская луна, которая только что начала садиться за горной грядой, трансформировалась в лицо. Черты были женские и слишком хорошо ему знакомые. Волосы черные, глаза – бездонные пропасти. Кожа, слегка отливающая изумрудом и серебром, как будто в нее вросла рыбья чешуя…

Дженнеста, существо-гибрид, открыла свой слишком широкий рот со зловеще-острыми зубами и разразилась беззвучным хохотом.

Из-за горной гряды поднялась рука, такая же невероятно огромная, как и лицо. Противоестественно-длинные пальцы с ногтями длиной в полпальца каждый, сжимали некий гигантский предмет. Почти небрежным жестом рука отправила его на равнину.

Страйк, остолбенев, смотрел, как предмет под острым углом ударился о землю. Поднялось гигантское облако пыли. Земля затряслась. Потом предмет подпрыгнул, закрутился в воздухе, ударился о землю и отскочил вновь.

Когда он проделал это раз пять, до Страйка дошли две вещи.

Во-первых, он узнал предмет. Это было то, что Моббс называл инструментом, а Росомахи окрестили звездой. То самое, первое из найденных Росомахами, еще в Домополье, поселении Уни. До сих пор звезды всегда помещались у Страйка в ладони. Эта же выросла до гигантских размеров. Чтобы сдвинуть центральную сферу, потребовалась бы упряжка лошадей. Семь лучей были как взрослые дубы.