Юлия Федотова - Герои былых времен

Ознакомительный фрагмент

Одно было несомненно – дичи в Средние века водилось в изобилии. Зайцы перебегали дорогу, грузные тетерева перепархивали с ветки на ветку, олени и косули нет-нет да и выглядывали из придорожных зарослей, непуганные до наглости. А уж кабаньих орешков было разбросано видимо-невидимо. У Рагнара глаза горели охотничьим азартом, но стоило завести речь об охоте, Хельги принимался злобно шипеть:

– Однажды вы уже поохотились! Чуть не угробили нас всех! До чего же прожорливый народ люди!

Но им повезло. Косматый вепрь, огромный и страшный – перед таким и медведь не устоит, выскочил из придорожных кустов с явным намерением уничтожить все живое на своем пути. Эльф вскинул лук, прицелился в налитой дурной кровью глаз – и проблема продовольствия отпала сама собой. Даже Хельги мужественно признал меру вынужденной и от жаркого отказываться не стал. Хотя и утверждал из принципа, что кабанье мясо вонючее и вообще скоро протухнет.

Так или иначе, но голода больше не было. Остались неопределенность и скука.

– Нам нужен план действий, – развивала свою мысль сильфида. – Бредем как стадо баранов, куда, зачем – сами не знаем.

Ильза удивленно моргнула.

– Разве мы не к морю идем рыбу есть?

Сильфида застонала в ответ на ее глупости так выразительно, что эльф поспешил вмешаться, прежде чем вредная девица наговорит бедняжке гадостей.

– Мы придем в Дрейд, поедим рыбы и поищем хорошего мага, чтобы вернул нас назад.

– Ты уверен, что Дрейд уже построили и в нем есть достаточно квалифицированные маги?

– Дрейд – древний город. А не он, так другой найдется. И маги в Средние века были не хуже современных, в чем-то даже превосходили. Боги дадут – выберемся.

Последняя невинная фраза вызвала у сильфиды новый взрыв негодования.

– Вот-вот! На чужих богов только и надеемся! А наш собственный даже не почешется предпринять хоть что-то полезное. Хельги! Оставь в покое жабу! – Упомянутая персона в тот самый момент предавалась изучению местной фауны. – Ныряй в астрал, ищи дорогу домой!

Сперва демон даже не удостоил девицу ответом. Но, минуту поразмыслив, в самом деле отпустил жабу и последовал ее настойчивому «совету». Не потому что рассчитывал на успех. В магическом пространстве он даже собственные части тела не всегда умел найти, не то что дорогу сквозь времена. Просто он замыслил эксперимент. Нить, ведущая в мир Макса, по-прежнему ярко и чужеродно сияла в его астральном поле. Скользнул по ней – и очутился в дремучем бору. Седые, замшелые ели гудели на ветру, непролазные буреломы преграждали путь, матовые шляпки белых грибов прятались во мху. И ни намека на присутствие человека. Таким диким, нетронутым выглядел лес, что Хельги стало предельно ясно: Макса в этих краях не будет еще долгие столетия. Средневековье чужого мира.

Грибы Хельги собрал. Чего зря пропадать добру? Ильза обрадовалась, ей последние дни попадались одни маслята, хотелось разнообразия. И вообще интересно. Грибы из чужого мира! Энка и Орвуд ее восторгов не разделяли и долго упражнялись в остроумии по поводу демонов-убийц и приносимой ими практической пользы. Хельги сделал вид, что не слушает. Поймал себе очередную жабу и принялся разглядывать с таким интересом, будто впервые в жизни встретил этакое диво. Смотрел-смотрел, а потом глубокомысленно изрек:

– Какая-то она необычная!

– Покажи! – заинтересовалась сестра по оружию. Повертела в руках, но ничего особенного не высмотрела.

– Жаба как жаба. Чего в ней необычного?

– Ты погляди, какие у нее глаза умные!

Право, лучше бы он помалкивал! Новый взрыв остроумия не заставил себя ждать.

Гном и сильфида ехидничали, жертва их вяло огрызалась, как вдруг…

– Ой! – заорал Рагнар. – Ой, она на меня лезет!!! Хельги, забери ее!

Кто бы мог подумать, что могучий рыцарь, способный, как известно, одним ударом проломить городские ворота, панически боится крошечных амфибий?

А отпущенная на волю жаба в самом деле вела себя странно. Убегать она и не думала. Напротив, с видом отчаянным и непреклонным карабкалась вверх по рыцарской ноге. Срывалась, сползала, но продолжала карабкаться. Наследник престола Оттонского как зачарованный наблюдал за ее неуклонным продвижением и не смел шелохнуться от отвращения.

– Наверное, она бешеная, – деловито предположил Эдуард, не считаясь с душевным состоянием своего друга.

Тот в ответ заскулил совсем уж жалобно. Хельги аккуратно снял упирающееся животное с рыцаря.

– Куда тебя несет, дурочка? Иди гуляй!

На ответ он, само собой, не рассчитывал. Но жаба ответила.

– Ква! – сказала она оскорбленно. – Ква-ква! – Точно с такой же интонацией Энка выдавала обычно свое коронное «сам дурак!».

– Ой! – От неожиданности он чуть не выронил животину. – Силы Стихий! Она разговаривает!

– Спятил? Как жабы могут разговаривать? – не поверила сильфида. – Они твари безмозглые и бессловесные.

– КВА-А! – В голосе земноводного было столько возмущения, что девица растеряла весь свой скептицизм.

– Может, она того… измененная?

Хельги взглянул через астрал. От жабы исходило нежно-розовое сияние, довольно интенсивное для существа подобного размера.

– Это магически измененная жаба! – постановил демон.

– Ква! – радостно кивнула та.

– А от меня она чего хочет? – простонал рыцарь.

В ответ жаба совершенно немыслимым образом вытянула губы трубочкой и издала громкий чмокающий звук. Сильфиду, отличавшуюся живостью ума и нестандартностью мышления, ее поведение тут же навело на мысль.

– Знаете, – поведала она таинственно, – я читала в одном романе, как принцессу превратили в жабу, но прекрасный принц посредством поцелуя вернул ей человечий облик.

– Да, есть такая легенда, – подтвердил Аолен.

– Ква-а-а! – возрадовалась жаба.

– Так за чем дело стало? – быстренько сообразил демон. – Принцев у нас предостаточно. На, целуй! – Он бесцеремонно сцапал предполагаемую принцессу и сунул прямо в лицо Рагнару.

Рыцарь шарахнулся как от упыря:

– Ай-ай! Не буду! Уйди! – И добавил, кое-как взяв себя в руки: – И вообще, болтовня все это. Детские сказки. Не верю. И всякую пакость целовать не желаю.

– Не хочешь, не надо, – слегка обиделся демон и протянул жабу бывшему ученику. – Давай тогда ты.

– Давай, – спокойно согласился Эдуард.

– Ква-а-а! – протестующе завопила амфибия.

Но принц Ольдонский стиснул брыкающееся животное в кулаке и механически, без эмоций чмокнул в пучеглазую морду.

Если честно, никто из всей компании, даже Энка, не верил в результат. Но он не заставил себя ждать. Эдуард едва успел опустить стремительно увеличивающееся в размерах существо на землю, иначе уронил бы. Зрелище было из разряда «нервных просим удалиться». Жабье тело извивалось и корежилось, кожа растягивалась, трескалась и сползала ошметками, конечности втягивались, а что творилось с мордой, и вовсе не поддается описанию. Однажды они уже видели нечто подобное – в далеком собственном времени, в Арвейских горах. Но тогда прекрасная дева оборачивалась гадким чудовищем из числа дурных мертвецов. Теперь наблюдался обратный процесс. Потрясенным взорам друзей предстало одно из самых прелестных созданий, когда-либо посетивших этот мир.