Робин Хобб - Дорога шамана

Ознакомительный фрагмент

Казалось, все заговорили одновременно. Девочка подбежала к отцу. Он обнял ее за плечи и, склонив к ней голову, негромко сказал:

— Мы уезжаем, Сил. Прямо сейчас.

— Но… Я так и не побывала на рынке! Папа, это была не моя вина!

Вев опустился на колени возле Ворона, затем посмотрел на разведчика и завопил:

— Проклятье, он сломал моему мальчику челюсть!

Из таверны выходили все новые люди, щурясь от яркого солнечного света, словно ночные животные, которых разбудили тревожные крики. Они злобно смотрели на разведчика, а потом с сочувствием на лежащего на земле мальчика.

— Невар, — резко обратился ко мне отец, — как ты оказался вовлечен в эту историю? И где Парт?

Парт, усы которого еще не успели просохнуть от пива, возник за спиной отца — он едва ли не последним вышел из таверны. Подозреваю, он распивал очередную кружку пива вместе с Вевом, когда тот выскочил из-за стола и бросился на улицу. Парт тут же закричал, заглушая остальных:

— Слава добрым богам! Вот мальчишка. Невар, немедленно иди сюда! Я тебя искал. Ты ведь знаешь, что нельзя убегать и прятаться от старого Парта. Форт — это не место для баловства.

Голос моего отца мог перекрыть шум битвы. Однако он не кричал. Все дело было в том, как он говорил.

— Можешь возносить хвалу, кому пожелаешь, Парт, но меня ты не обманешь. Ты больше на меня не работаешь. Забирай свое седло.

— Но, сэр, во всем виноват мальчишка! Он убежал, как только вы вошли в дом…

Парт смолк. Мой отец уже не обращал на него внимания. Впрочем, как и все остальные. Командир заставы спустился по пенькам с крыльца и решительно направился к нам, а его помощник, старавшийся не отставать, что-то быстро ему говорил. Потом он вышел вперед, расчищая начальнику гарнизона дорогу толпе зевак, и наконец они приблизились к нам. Следует отдать должное командиру — он выглядел совершенно спокойным, даже равнодушным.

— Что здесь происходит? — строго спросил он.

Все, кроме Вева, замолчали, а тот заявил:

— Он ударил моего мальчика и сломал ему челюсть, сэр! Это сделал разведчик! Подкрался к моему мальчику и ударил его!

— Разведчик Халлоран. Ты можешь объяснить свои действия?

Лицо Халлорана превратилось в маску. Во мне что-то сжалось, хотя я не смог бы объяснить, что означала такая перемена в лице. Разведчик ответил, тщательно подбирая слова:

— Сэр, он оскорблял мою дочь и угрожал ей. Командир нахмурился.

— И все? — спросил он, дожидаясь более подробных объяснений.

Наступило долгое молчание. Я пришел в замешательство и поежился. Девочек нельзя оскорблять. Даже я это знал. И тогда я исполнил свой долг. Мой отец часто повторял, что мужчина обязан всегда говорить правду. Я откашлялся и проговорил:

— Они схватили ее за руки и попытались затащить в переулок. Потом Ворон назвал ее лошачкой, а после того, как она его отшвырнула, сказал, что оседлает ее. И прольется кровь.

Я повторил только те слова, что были мне знакомы, однако их взрослый смысл от меня ускользнул. Насколько я понял, он назвал девочку мулом. Мне было хорошо известно, что меня бы выпороли, если бы я осмелился обозвать так своих сестер. Ворон вел себя грубо, и его за это наказали. Я говорил громко и четко, а потом добавил больше для отца, чем для командира:

— Я пытался ее защитить. Ты говорил мне, что девочек бить нельзя. А они едва не сорвали с нее блузку.

Я замолчал, и вновь воцарилась тишина. Даже Вев прекратил свои жалобы, а Ворон стал стонать тише. Я огляделся по сторонам, все смотрели на меня. Меня смутило лицо отца, на котором гордость мешалась со смущением. Потом заговорил разведчик:

— Я бы сказал, в целом мальчик верно обрисовал то, что произошло, и я действовал в соответствии с обстоятельствами. Найдется ли среди вас отец, который сможет меня в чем-нибудь обвинить?

Никто не выступил в его защиту, все продолжали помалкивать, и тогда командир холодно заметил:

— Всего этого можно было бы избежать, если бы у тебя хватило здравого смысла оставить ее дома, Халлоран.

Похоже, слова начальника заставы позволили Веву вновь дать волю собственной злобе. Он вскочил на ноги, бросив мальчика, и тот жалобно вскрикнул. Вев приближался к разведчику, опустив руки и слегка согнув ноги в коленях, — все понимали, что он ждет малейшего повода, чтобы броситься на Халлорана.

— Это ты во всем виноват! — прорычал солдат. — Зачем ты привез девчонку в город и позволил ей гулять без присмотра, соблазняя парней? — Затем его голос поднялся до крика: — Ты разрушил жизнь моего мальчика! Его челюсть не срастется так, как положено, и он никогда не станет солдатом! И что ему тогда делать, скажите мне? Добрый бог объявил, что ему следует быть солдатом, — сыновья солдат всегда становятся солдатами. Но ты сломал ему жизнь из-за своей полукровки! — Кулаки Вева тряслись, словно безумный кукольник дергал за невидимые веревочки.

Я боялся, что дело вот-вот дойдет до драки. Люди опасливо подались назад, образуя круг. Разведчик бросил быстрый взгляд на командира. Потом мягко поставил дочь себе за спину. Я принялся в растерянности озираться по сторонам, но мой отец находился на противоположной стороне круга и даже не смотрел на меня. Он не сводил взгляда с командира, по-видимому ожидая от него какого-то приказа.

Однако командир молчал. Солдат набросился на разведчика, но тот уклонился и дважды быстро ударил Вева в лицо. Мне казалось, что солдат тут же упадет. Наверное, Халлоран по-думал так же, но Вев нарочно прикинулся неуклюжим, чтобы разведчик расслабился. Халлоран совершил ошибку — солдат неожиданно развернулся и с силой саданул его под ребра. Разведчик потерял равновесие и повис на противнике, и тот успел нанести еще два удара. Оба получились сильными и точными. Девочка вскрикнула и закрыла лицо руками, когда глаза Халлорана закатились. Вев громко рассмеялся.

Он попался на собственную уловку. Разведчик и не собирался падать, больше того — внезапно он перешел в контратаку. Последовал молниеносный удар в лицо. Солдат пронзительно закричал. Халлоран сделал подсечку, и Вев упал в пыль. Несколько человек в толпе закричали и бросились вперед. Вев не смог сразу же подняться на ноги. Он с трудом повернулся на бок, прижимая руки к лицу. Между пальцев текла кровь. Солдат закашлялся.

— Стойте! — наконец вмешался командир.

Я не знал, почему он ждал так долго. Его лицо потемнело от прилившей к нему крови — никакой командир не захочет, чтобы подобные драки происходили у него на заставе. Конечно, Халлоран был всего лишь разведчиком, но еще сыном дворянина и офицером. Командиру не следовало разрешать простому солдату вроде Вева начинать драку. Откуда-то появились солдаты в форме. Я сообразил, что их привел помощник командира. Теперь, когда за его спиной появилась стена зеленых мундиров, начальник заставы отдал серию резких приказов: