Аномальный наследник. Том 4 (СИ) - Тарс Элиан

Ознакомительный фрагмент

Постепенно она затихла, а спустя минуту резко отстранилась от меня.

— Мне нужно всё хорошенько обдумать, Аскольд, — изрекла Алёна, не сводя с меня взгляда настороженных глаз.

— Я тебя понимаю, — я кивнул. — Но должен сказать вот что. Андорин — аристократ. И если ты будешь кому-то рассказывать о случившемся, у твоей семьи могут возникнуть проблемы.

— Да это ясно! — снова взорвалась она. — Ты меня втянул во всё это! Всё из-за тебя!

— В какой-то степени да, так и есть, — согласился я. — И за это я прошу у тебя прощения.

Дальше мы ехали молча. А когда машина остановилась возле подъезда Алёны, она проговорила:

— Не нужно меня провожать, — и вышла, хлопнув дверью.

В общем-то, нормальная реакция обычного человека, неготового к неожиданным страшным испытаниям.

Почти сутки прошли, а она ничего так и не написала мне.

Тяжело вздохнув, я нажал на кнопку вызова.

— Алло, — услышал я в трубке вялый голос.

— Привет. Ну как ты?

— Отвратительно.

— Я…

— Я не поблагодарила тебя за то, что ты пришёл за мной, — перебила она. — Так вот, спасибо. Но на этом наше общение следует прекратить. Скажи адрес, я отправляю тебе платье, туфли и… всё остальное.

— Не нужно, это твои вещи, — спокойно ответил я.

— Ну, тогда выброшу.

— Ты вправе поступать со своими вещами как пожелаешь.

— Вот и поступлю! Прощай, Аскольд! Спасибо за незабываемые воспоминания.

— Пожалуйста, Алёна. Не болей. И будь счастлива.

— Будь уверен, буду! — крикнула она и положила трубку.

Хмыкнув, я уставился в потолок. Нормальная реакция. Для обычного человека.

И в общем-то, приемлемое завершение нашего трёхмесячного общения. Правда, наблюдателей отзывать пока точно не стоит, мало ли кто ещё попытается досадить мне через Алёну, всё-таки все видели её со мной на приёме.

Ночь я провёл в холодной ванне, а наутро таки выбрался на лестничную площадку и дошёл до двери нашей съёмной квартиры. Внешние повреждения я залечил, так что можно и тётушке на глаза показаться.

— Привет, Аскольд! Заходи! Сейчас ругаться буду, — с хитрой улыбкой встретила меня тётя Мари.

— Прости, что так внезапно исчез, — виновато проговорил я. — Просто наткнулся на очень крутую программу тренировок и решил сразу опробовать.

— Ну позвонить-то ты хоть мог сам? — упёрла руки в бока тётя. — Нет, блин, всё через Вадима делать нужно! Ну ты и… Ах, — махнула она рукой, — дай я тебя обниму.

Едва тётя Мари стиснула меня в крепких объятьях, как почти сразу отстранилась и с тревогой уставилась на меня. Затем приложила свою прохладную ладонь к моему лбу.

— Ужас… У тебя очень высокая температура!

— Да, я простыл во время тренировок.

— Быстрее раздевайся и марш в кровать! Я чай с лимоном сделаю. И таб…

— Не нужно таблеток, — перебил я, твёрдо глядя ей в глаза.

Три секунды тётя выдерживала мой взгляд, а затем тяжело вздохнула:

— Без таблеток, так без таблеток. Кому как ни тебе лучше других знать свой организм.

Вот так начался мой четверг. Я планировал и этот день посвятить восстановлению — всё-таки чувствовал я себя отвратительно, да и контроль над обеими энергиями гулял как ветер в поле. Мне требовалось несколько дней покоя. Мне даже сон снился, в котором я просто сплю.

Однако в четыре часа дня мой восстановительный сон прервал телефонный звонок. Зевая во весь рот, я посмотрел на дисплей.

Одного взгляда хватило, чтобы понять, что покой мне и в самом деле может лишь сниться.

Глава 4

— Ты куда это собрался?! — изумлённо воскликнула тётя Мари, стоило мне выйти из комнаты в чёрных штанах и толстовке с капюшоном, а не в домашнем халате.

— Прости, появились дела, — отозвался я и полез в шкаф за курткой практичного тёмного цвета.

— Какие у тебя могут быть дела? Ты болен, Аскольд!

Она попыталась вырвать у меня из рук куртку, но я резко развернулся и, заглянув в глаза, твёрдо проговорил:

— Успокойся, тётушка. Всё хорошо. Какой-то болезни не сломить меня, — я тепло улыбнулся ей.

— Любая болезнь — это не шутка, Аскольд, — сурово произнесла она, однако дёргать куртку за рукав перестала. — Тебе стоит отдохнуть и выздороветь. Дела никуда не убегут. На прошлой… позапрошлой работе, у меня была коллега, которая, несмотря на плохое самочувствие, всегда выходила на смену, ещё и работала больше других. И что ты думаешь? Заработала она все богатства мира? Как бы не так! Она заработала инфаркт!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Какая поучительная история, — покачал я головой. — Но увы, я не могу сначала пообещать прийти, а потом сослаться на болезнь и не сдержать обещание. Прости, сегодня тебе не удастся обо мне позаботиться.

Аккуратно выдернув рукав, я таки надел куртку и, погладив тётушку по плечу, направился к выходу.

— Надеюсь, ты там не к Екатерине Алексеевне пообещал срочно явиться? — услышал я за спиной недовольное ворчание. — А то заразить боярыню… Наверное, за такое и в тюрьму посадить могут?

— Хех, лучше бы к ней, — усмехнулся я. — Ну всё, я побежал. Когда вернусь — не знаю, возможно, утром.

— Удачи, Аскольд! — пожелала мне вслед тётушка, а затем еле слышно пробормотала: — Сложно привыкнуть, что ты уже не ребёнок.

Вадим уже приехал и ждал меня во дворе возле машины. Пожав ему руку, я взглядом велел быстрее садиться за руль. Не до вежливых открываний дверей сейчас.

— Привет, ну, наблюдатели есть? — быстро спросил я.

— Возле соседнего дома серая «Мария», Господин. С утра стоит.

— Ясно, поехали. Уверен, оторваться ты сможешь.

Машина тронулась с места.

— Ну как там братья? Отвёз на базу? — спросил я.

— Да, Господин. Парни тренируются с остальными ребятами под присмотром Тамира. Тренировки жёсткие, как вы и просили. И… Глеб с Борисом очень напряжены. Не могу сказать наверняка, но вроде бы они сомневаются в том, что вы тренировались в одиночестве и что-то подозревают.

— Хм… Если так, значит ты справился с задачей, — улыбнулся я. — Продолжаем нагнетать обстановку.

— Очень коварный подход, Господин, — покачал головой Наставник.

— Они сами согласились на это. А значит мой долг научить их управлять альтерой. Хотя… не всё тут зависит от меня.

— Альтера… Ваша особая энергия поражает. Если ребята смогут овладеть ей, мы станем заметно сильнее. И я бы тоже так хотел научиться, Господин.

— Придёт время, я и тебе попробую провести инициацию, — хмыкнул я.

После шести молчаливых минут петляний по узким улицам, Вадим таки не выдержал и поднял тему, которую мы чуть раньше успели обсудить по телефону:

— Господин, я ни в коем разе не оспариваю ваше решение, но вынужден уточнить. Вы уверены? Вы ещё полностью не восстановились, а уже вновь ввязываетесь во что-то опасное. Может быть, не стоит?

— Знаешь, что я тебе могу сказать… — задумчиво проговорил я. — Если вы с тётей Мари когда-нибудь поженитесь и нарожаете детишек, вот кому я точно не позавидую. Две наседки в одном гнезде это слишком.

— Эм… Господин… думаете, такое возможно? — удивлённо спросил Наставник. — Вы дадите своё благословение?

— Даю прямо сейчас, если оно тебе нужно. А так, ты уже большой мальчик и вполне самостоятельно можешь решать, к каким девочкам тебе подкатывать.

— Но… она же ваша тётя? — всё так же неуверенно пробормотал Наставник.

— Радуйся, что не дядя, — вздохнул я. — Расслабься, Вадим. Мари тоже большая девочка и сама решает, с кем ей гулять. Так что не робей и вперёд. Она у нас в самом рассвете сил. Если заинтересован — не потеряй момент.

— Эм… Понял, Господин. Искренне благодарю, — поклонился он, пытаясь не отрывать взгляда от дороги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Уйдя в свои мысли, Вадим больше не донимал меня заботой. Только ближе к концу пути, когда мы, оторвавшись от хвоста, подъезжали к охраняемой парковке под открытым небом, Наставник уточнил план дальнейших действий.

Вадим остановил машину возле грязного красного хэтчбэка, в котором сидели двое мужчин. Я встретился взглядом с пассажиром, и тот кивнул, узнав меня.