Дэвид Эддингс - Келльская пророчица

Последние слова, казалось, донеслись из невероятной дали.

Колдунья в черном резко подалась вперед и ее забила крупная дрожь.

— Дух его отлетел, великая прорицательница, — произнесла она устало. — Да и полночь минула — теперь он вне досягаемости.

— Благодарю тебя, — просто сказала Цирадис.

— Могу лишь надеяться, что хоть немного помогла тебе в твоем многотрудном подвиге. Будет ли дозволено мне удалиться? Общение с этим больным разумом утомило и опечалило меня сверх всякой меры.

Цирадис наклонила голову, и некромантка беззвучно выскользнула за дверь.

Король Перивора с бледным, но бесстрастным лицом сделал шаг к гробу. Схватив золотую парчу, покрывавшую тело, он рывком сдернул ее и швырнул на пол.

— Сгодится и рогожа, — бросил он сквозь зубы. — Накройте его с головой! Я не желаю более видеть лица этого отвратительного гролима.

— Погляжу, что удастся отыскать, — сочувственно сказал Дарник и вышел в коридор.

Остальные молча стояли, глядя на короля, стоящего спиной к мертвецу. На щеках монарха играли желваки.

Спустя пару минут воротился кузнец с грязным мешком, выцветшим и покрытым кое-где плесенью.

— В подвале я нашел какой-то чулан, ваше величество, — сказал Дарник. — Этой рванью был заткнут крысиный ход. Сдается мне, нечто в этом роде вы и хотели…

— Прекрасно, друг мой. А теперь, будь любезен, набрось ветошь сию на эту падаль! Свидетельствую пред всеми вами: сей злодей недостоин честного погребения! Довольно с него сточной канавы да пары лопат земли. Вот достойная его могила!

— Полагаю, пары лопат будет недостаточно, — возразил рассудительный Дарник. — Он изрядно успел отравить воздух вашего королевства. Не позволите же вы ему распространить вокруг себя еще более сильное зловоние? Соблаговолите поручить это дело мне.

— Ты нравишься мне, друг мой, — сказал король. — Только прошу, похорони гролима сего лицом вниз.

— Обещаю, ваше величество, — сказал Дарник.

Он жестом подозвал Тофа, и они вдвоем бесцеремонно выдернули тело Нарадаса из гроба и, грубо сграбастав мертвеца за плечи, поволокли вон из часовни. Ноги Нарадаса в сандалиях безжизненно волочились по холодным камням.

Шелк шагнул к Закету.

— Теперь нам известно, что Агахак мертв, — тихо сказал он маллорейцу. — Ургит был бы счастлив узнать об этом. Правда, подозреваю, ты не горишь желанием послать к нему нарочного?

— Отношения мои с твоим братом, Хелдар, еще не настолько переменились.

— Да кто вы такие на самом деле? — воскликнул король. — И не предлог ли ваш так называемый «благородный подвиг»? Что вы таите от меня?

— Настало время нам открыться тебе, — серьезно сказала Цирадис. — Надобности скрываться нет более, ибо прочие шпионы Зандрамас без помощи Нарадаса все равно не смогут связаться со своей владычицей.

— Узнаю душку Зандрамас, — усмехнулся Шелк. — Она не доверяет вполне даже себе самой.

Гарион и Закет с видимым облегчением подняли забрала.

— Я понимаю, что ваше королевство изолировано от соседей, — перейдя на более привычный ему язык, сказал Гарион. — Что вам известно о том, что происходит в большом мире?

— В нашу гавань изредка заходят мореплаватели, — ответил король. — Они привозят не только товары, но и новости.

— А что вы знаете о событиях далекого прошлого?

— Праотцы наши везли с собою великое множество книг, господин рыцарь, дабы скрасить чтением долгое плавание. Среди этих томов есть и книги по истории — я с благоговением их прочел.

— Хорошо, — ответил Гарион. — Это многое упрощает — в том числе и объяснения. Я Белгарион, король Ривы, — представился он.

Глаза короля Ольдорина полезли на лоб.

— Богоубийца? — испуганно пробормотал он.

— Вижу, вы наслышаны обо мне, — криво усмехнулся Гарион.

— Вас знает весь мир! Неужели вы и вправду лишили жизни бога Ангарака?

— Да, это правда. А рядом со мной Каль Закет, император Маллореи.

Король затрясся.

— Какое же великое событие побудило вас двоих презреть многовековую вражду между вашими государствами?

— Все в свое время, ваше величество. Тот, кто столь любезно вызвался закопать Нарадаса, — Дарник, недавно ставший апостолом бога Алдура. Этот невеликого роста человек — Белдин, тоже апостол, а вон тот, старец, — великий волшебник Белгарат.

— Бессмертный? — сдавленно пробормотал король.

— Зря ты объявляешь об этом вот так, напрямик, — поморщился Белгарат. — Порой это очень огорчает людей.

— Так мы сэкономим время, дедушка, — отвечал Гарион. — Эта рослая женщина с белой прядью — дочь Белгарата волшебница Полгара. Рыжеволосая малышка — Сенедра, моя супруга. Блондинка — графиня Лизелль из Драснии, племянница начальника драснийской разведки, а девушка с повязкой на глазах, которая помогла разоблачить Нарадаса, — прорицательница из Келля. Великан, который сейчас помогает Дарнику, — Тоф, ее проводник. А это — принц Хелдар Драснийский.

— Самый богатый человек на свете?

— Это некоторое преувеличение, ваше величество, — скромно потупился Шелк. — Но оно вполне отражает мои стремления…

— Этого светловолосого юношу зовут Эрионд, он наш близкий друг.

— Быть представленным столь многим августейшим особам сразу — великая честь для меня. А кто из вас Дитя Света?

— Это бремя несу я, ваше величество, — ответил Гарион. — Поскольку вы, полагаю, недурно знакомы с историей Алории, то должны знать о том, что время от времени происходили встречи Дитя Тьмы и Дитя Света. Мы направляемся туда, где состоится последняя встреча, которая решит судьбу всего мира, и нам во что бы то ни стало надо определить, где именно состоится эта встреча.

— Подвиг ваш еще более велик, нежели я предполагал, король Белгарион. Я помогу вам всем, что в моих скромных силах. Злобный гролим Нарадас обманом заставил меня задержать вас — и теперь я готов на все, лишь бы загладить свою вину, пусть отчасти. Я пошлю корабли мои, дабы отыскать место встречи, где бы оно ни было. Воины мои обыщут все — от брегов Эбла до рифа Корим!

— До какого рифа?! — воскликнул Белгарат.

— Корим, древнейший Белгарат. Риф Корим пролегает подле северо-западного берега нашего острова. Местоположение его четко обозначено на карте, которую вы ищете. Соблаговолите пройти вместе со мной в мою опочивальню, и я покажу ее вам.

— Полагаю, близится к концу наше странствие, Белгарат, — сказал Белдин. — Как только ты взглянешь на карту, можешь смело поворачивать оглобли и двигать домой.

— Что ты несешь?

— На этом заканчивается твоя миссия, старик. Все мы весьма тебе признательны за труды.