Алексей Алешко - Гремлин. Первый шаг (СИ)

— Хотран? — Тихо, вкрадчиво, растягивая гласные произнес Махая и, на всякий случай, приготовился атаковать. — Что случилось?

— Гремлин. — Всхлипнул Хотран откидывая пустую бутылку и падая в кресло. — Уничтожить. Чебурашка. Он седой. Уничтожить. Мама. Мамонтенок. Убить Умку. — Выдав этот непонятный прим-сиону набор, Хотран рухнул лицом на стол, накрыл голову руками и разрыдался.

Махая вскочил опрокидывая кресло, отмахнулся от спешившей охраны и щелчком пальцев накрыл лужайку непроницаемым Куполом. Вгляделся в сигнатуры Хотрана и в ужасе отшатнулся: такого хаоса в чувствах он не видел никогда! Вместо ровных потоков всегда стирающихся контролировать себя сионов, перед ним был рой рассерженных пчел. Бешеное, не связанное, хаотичное мельтешение в котором невозможно было вычленить основные, истинные чувства. Махая, чего с ним не было уже очень давно, растерялся.

— В Греческом зале мышь белая! — Вскинулся Хотран и захохотал. — Ну кто так строит!

Заходящийся в истерическом смехе Хотран помог прим-сиону собраться и он буквально вцепился в его сигнатуру жгутами сионы, сминая, выравнивая, сглаживая; стараясь привести её хоть к какому-то порядку. Махая рисковал, любой другой смертный после такой операции навсегда бы остался пускающим слюни идиотом, но другого выхода он не видел и надеялся, что это поможет Хотрану хоть немного прийти в себя и самостоятельно начать выравнивать свои сигнатуры. Бывший ученик его не подвел и спустя всего пару минут Махая почувствовал, что его усилия принесли результат. Немедленно прекратив: дальше Хотран должен справиться сам, он развеял Купол, велел охране расходиться по местам, а служанке принести «Жидкого Огня». Очень, очень-очень, крепкого напитка из Красной Пустыни — диких земель далеко на севере, за Островной Империей.

Когда Хотран наконец пришел в себя, прим-сион пододвинул ему стопку «Жидкого Огня» и невозмутимо сказал:

— Выпейте, Хотран, выпейте мой друг, вам не помешает. А потом расскажите, что послужило причиной вашего недостойного вида и поведения.

Хотран послушно выпил, чем-то закусил не почувствовав вкуса и выдохнул:

— Гремлин.

— Молчит? — Повседневно, словно бы и без интереса спросил вернувший себе невозмутимый вид Махая.

— Наоборот. — Мотнул головой его помощник. — Слишком много говорит.

— Я никогда не сомневался в талантах нашего дорого Тагора. — Усмехнулся Махая и отправил в рот кусочек рыбки.

— Нет больше дознавателя. — Грустно констатировал Хотран.

— Как?! — Махая чуть не подавился рыбой и был вынужден её выплюнуть. — Как?! Гремлин мог его убить! Как вы допустили?!

— Гремлин велел ему умереть, — Голосом лишенным эмоций ответил Хотран. — И он умер.

— Подробно. — Резко потребовал мгновенно собравшийся Махая.

— Как и планировалось, мы доставили гремлина в специально оборудованную комнату в подвале Академии. Он не сопротивлялся. Даже когда его растянули за голову и за ноги, чтобы распутать и разоружить, не сопротивлялся. Даже шутил, спрашивал, как ему повернуться, чтобы нам было удобней. И когда его распяли на стене только посмеивался. Когда Дорел у него спросил, не хочет ли он сам все рассказать, до того как им займется Тагор док-Портер, гремлин ответил, что не хочет лишать уважаемого Тагора работы, да и интересно ему посмотреть, на что способны наши заплечных дел мастера.

— Как? — Прервал рассказ Махая.

— Заплечных дел мастера, так он сказал.

— Очень интересно. Забавное и непонятное именование, хоть и в чем-то верное. — Задумчиво проговорил прим-сион.

— Когда Тагор приблизился к гремлину с ножом и пригрозил начать отрезать ему пальцы по одному, гремлин только рассмеялся. Давай, говорит, режь, все равно за день новые вырастут. И предложил ему для эксперимента отрезать у него кусок кожи. Кожу Тагор снимать с него не стал, а сделал надрез на руке. Рана затянулась прямо у нас на глазах.

— А гремлин что? — Уточнил Махая.

— Гремлин? — Переспросил Хотран. — Гремлин ничего, только посокрушался, что ему не видно порез и вежливо попросил Тагора резать там, где ему будет видно. «Уважаемый Тагор док-Портер, не могли бы вы резать так, чтобы и мне было видно» — захрипел Хотран пародируя гремлина — «И пожалуйста, если вам не сложно, комментируйте свои действия, мне было бы интересно изучить вашу систему пыток» — Хотран зло сплюнул, налил и выпил Жидкого Огня, скривился, но закусывать не стал и продолжил рассказ: — Тогда Тагор взялся за раскаленные иглы, на что гремлин только рассмеялся и начал подсказывать, куда их лучше втыкать чтобы жертве было больнее.

— И куда же? — Перебил его Махая.

— Гремлин сказал, в суставы, — вздохнул Хотран, — и, дразня Тагора, сказал, что у него это не получится, так как он не знает болевых точек. А после этого посоветовал ему втыкать их под ногти, там вернее и проще, даже такой криворукий неумеха справится.

— Гремлин назвал Тагора док-Портер криворуким неумехой? — Удивился прим-сион.

— Да. — Кивнул Махая. — И посоветовал ему идти торговать цветами.

— И что уважаемый Тагор?

— Рассвирепел, но вида не подал. Прибил ему ладонь и стал откручивать палец.

— Сурово. — Одобрительно кивнул Махая.

— Может быть. — По прежнему безучастным, спокойным голосом продолжил Хотран. — Вот только гремлина это не впечатлило. — Хотран посмотрел на удивленно откинувшегося в кресле начальника и продолжил: — Он сказал, что сперва надо вырвать ногти, потом дать жертве отдохнуть, а то нервная система забивается и жертва не испытывает всей полноты ощущений. И только потом переходить к пальца, но не крутить весь палец сразу, а сперва надрезать кожу по первой фаланге, и зафиксировав остальной палец скобой, откручивать по одной. Так получится дольше и интересней. Но к гремлинам это неприменимо так как они умею отключать боль на любом участке тела.

— Угу. — Кивнул своим мыслям Махая и вздрогнул.

— Тагор уже не скрывал злобы, — продолжал Хотран, — взял щипцы и сказал, что сейчас посмотрит, могут ли гремлины отключать от боли зубы. Гремлин только засмеялся и ответил, что могут. И попросил Тагора вырвать ему весь первый ряд с левой стороны. А то они у него, видите ли, сточились, а у него самого времени не хватает ими заняться. Вырвать и освободить место новым остреньким. А вообще лучше не рвать зубы, а медленно стачивать предварительно зафиксировав жертве рот специальной распоркой. Тагор рассвирепел, схватил гремлина за горло и щипцами начал рвать ему ухо. — Рассказывая все тем же отстраненным голосом Хотран снова взял бутылку с Жидким Огнем. — Гремлин только усмехнулся, сказал: умри, животное. — Хотран резко влил в себя полную стопку и прохрипел. — И Тагор умер.