Ратибор Степанов - Призма-2

— Слишком мудрено для хафиру! — чуть не прервал Мервина Аверам и резко поднял руку для внимания.

— Я думаю, все проще и понятнее. Удар будет нанесен по Южным воротам, где и сконцентрировалась основная масса вражеских войск. Они не настолько хитры. Поэтому предлагаю наши основные силы разместить там же.

— Мергулы не хафиру и машту. Не забывайте, что еще не была задействована магия мергулов и их осадных машин. — Поднялся ведун Дыя, Антин. — Я думаю, что где они все это задействуют, там и будет их основной удар. Мы должны им равно ответить. Ударом на удар. И слава Дыю у нас все для этого есть!

— Механизмы все готовы. Большая часть приближена к Южным воротам, — тут же отчитался Главный механик Урука. — В течении двух сачинов мы можем переместиться в любое место города.

— Отлично. — Ксант поднял руку, взяв слово. — Я тоже считаю, что мергулы не простачки, как кому то могло показаться, от них приходится ждать неожиданных неприятностей. Возможно правильно будет определить основное направление их штурма по магии и осадным ударам. Конечно, оголять ни одну из сторон мы не будем, а сконцентрируем резервные отряды ближе к центру. Оттуда будет легче переместить их в любом направлении. Также поступим и с самопалами. А ты, Эрисп, со своими разведчиками будешь отслеживать перемещение войск. (Ксант повернулся к могучему витязю).

— Да, — кратко ответил витязь и склонил голову.

— Ты, Олтин, — Ксант обратился к молодому златокудрому богатырю, — Охраняй Храм Анориса и наш дворец. — Главный ведун поклонился всем родовичам. — Да пребудет с нами Светлый Анорис!

— Да пребудут с нами Светлые Силы! — Многоголосо ответили родованы. Все стали расходиться, только Антина Ксант ухватил за рукав его новой рубахи.

— Погоди, дядю, дело есть. — Волхв вопросительно посмотрел. — В Междумирье мне надо. — У Антина еще шире раскрылись глаза. — Я гонца на север посылал, а от него уже давно вестей нет. Очень важный гонец, потом все расскажу. Побудь со мной, пригляди.

— Не вовремя, племяш, ох не вовремя. Путешествие твое крайне опасное, можно сказать смертельное, а у ворот враг. — покачал головой ведун.

— Мне бы только удостовериться жив ли он или нет. Для нас это тоже вопрос важный.

Антин пристально посмотрел в глаза Ксанта. В них по прежнему плескалась невосполнимая боль утраты. Антин подозрительно нахмурился.

— Ты случаем не Энир искать там собрался? — Главный ведун только понурил голову. — Эко ты. Даже не думай. Она сейчас на Пути в Ирий Светлый. Ее звезда не зажглась. Сорок ден не прошло. А в пути ты ее нипочем не найдешь. Это я тебе, как ведун Дыя говорю.

— Трудно мне, дядю, ох как трудно без нее, — горько вздохнул Ксант.

— А кому легко? Ты о детях своих подумал, о народе что на тебя надеется. Ишь что удумал! — возмутился Антин.

— Ладно, дядю. Энир искать не буду, но в Междумирье надо. Странника увидеть хочу. Не знаю, как дальше быть, что делать. Если помощь с севера не придет совсем худо нам будет. Войско Нафанчара все прибывает и прибывает, а о подмоге не слыхать. Мергулы, сам видел, какую силу обрели. Не выстоять нам без помощи. Надо всех родовичей собирать на Великое вече. Из Аратты, из Лесной Аратты, с Русколани, Венетии, с Кельтики, от сарматов, скипов и Иньского края, из Семиречья, из Гмерии, Илонии, Асии и Кемь-страны. Отовсюду. Пора объединить Великую Книгу Судеб, книгу наших предков. Антин задумался и положил правую руку на плечо Ксанта.

— Великое дело задумал ты. Оттого наитруднейшее. Считаешь, что настало время исполнения пророчества?

— Да, считаю.

— Думаешь смерть и вырождение родовичей наступает? «И мгла окутает землю и заполнят ее темные, а родовичи белые будут прятаться, но везде их будет ждать смерть от вражьей руки. И наступит на Земле зима кромешных» — процитировал Антин на память строки из пророчества.

— Думаю, что идет именно это время. Все движется по Кругу Сварги Великой и вновь возвращаются старые напасти в новом обличье. Промедление — смерти подобно. — взволнованно перебирал Ксант камни медитации.

— Сам знаешь, что будет, если ты ошибаешься. Вымрет весь род человеческий. Даже если ты каким ни будь чудом, хотя я считаю это невозможно, соберешь родованов на Великое вече и Совет, то к тому времени кости наши пожелтеют от времени, если их до того мергуловские собаки не сглодают. А где части Книги судеб вообще никто не знает. Сколько их осталось? Четыре, шесть, восемь? Сохранились ли они в целости за сотни, тысячи лет.

— Согласен. Крайне сложная задача, невыполнимая. Что делать? Ждать, когда мы исчезнем с лица земли и мрак поглотит нас. Кто спасет людей? Ведь не сегодня возникла опасность. Уже двести весен, как ушли мы со Святой земли и все дальше и дальше уходят от врага родовичи. Вот уже очередь Родной земли настала. До всех доберется Мордук со временем. Если не остановить его сейчас потом будет поздно. Прошлого не вернуть.

— Возможно, ты и прав. — согласился Антин.

— Пришло страшное время пророчества.

— Когда соберутся все роды на Великое вече, тогда о Книге Судеб встанет вопрос. Чтобы не досталась она ворогу разделили ее наши предки, древние ведуны, и раздали самым могучим старейшим родам на сохранение. Раскидала жизнь родовичей за сотни лет. Никто уже точно не знает где ее части. Знаю в Субарте три части, из них одна у нас.

— У народа ванов что в Аратте две части было, у асов и панов есть. Энты, знаю обладают ключом к Книге. Но давно распались они на более мелкие роды. Где их искать.

— У друидов Кельтики одна или две части. Дед мне говорил (Антин кивнул согласно). В крае Иньском, у динов и серов, в Семиречье, в Кемь-стране и Русколани у русов, в Балтике у селов. — вспоминая загибал пальцы Ксант.

— Да, по всей земле, по всей ойкумене. Сохранились ли они. Я даже не знаю сохранились ли роды великие. — сел Антин на скамью и закручинился. — Нет, ничего у нас не получится. Невыполнимая задача. Даже для Великого ведуна сальвинов. Нашу то часть ты надежно спрятал? — вдруг встревожился ведун. — Для Нафанчара Книга судеб, все одно что Копье Судьбы. Для него это смерть. Кромешные все отдадут за то чтобы ею овладеть. Но мне не говори где она.

— В надежном. Место это знать может только следующий Главный ведун сальвинов, мой сын Венигард. — Ксант сел рядом с дядей на скамью и положил свою правую руку ему на плече. — Не кручинься дядя Антин. Лиха беда начало. Выпала нам доля трудная, почин совершить. Нельзя нам с Пути Прави сходить, а иначе умножим зло и тогда закроются Ворота Сварги для родованов и останутся они во мраке кромешном на веки вечные, где только тьма и срежет зубов.