Лейла Аитова - Экзорцист и демон

— Показывай, что у тебя там. — Велел он. — Посмотрим, что можно сделать. Что болит и как?

Он всё равно покраснел, когда Като задрала юбку и стала объяснять, что случилось.

— Похоже на язвы. Это в моих силах. Наверное. — Он не целитель всё-таки.

Что, интересно, с её астральным телом?

— Рала, так? Если можешь помочь, собери кое-какие травы. Будешь промывать.

— Я тебя с ней не оставлю, — процедила та.

Вениамин равнодушно пожал плечами:

— Думаешь, она меня такая заинтересует?

— Господина интересует! — донельзя ядовито. Сейчас собственным ядом отравится, ещё и её лечить?

— Такая — не слишком, иначе бы он не прислал меня. Ладно, сам соберу.

В самом деле, объяснить ей будет тяжело, принесёт не то… Лучше самому сходить, набрать тех трав, которые он здесь видел.

Вениамин просто погулял по полю. Его не трогали — видимо, хозяин распорядился. Но попытку выйти в лес пресекли. Ну ладно, и в поле кое-что росло.

Большая часть трав была незнакома. Но кое-что нашлось: безъязычковая ромашка, тысячелистник, душица. По ограде вился хмель — он неплохо успокаивает, но шишки только начали завязываться. В принципе, и так достаточно.

Прогулявшись в поле, он отдохнул и восстановил силы, а так же хорошо подумал. Маг вполне может сбежать, и был почти уверен, что его не поймают. Возможно, сейчас самое время — пока ещё есть силы. Но тот кошмар, который случился с девушкой — если он сейчас её бросит, что с ней будет? Болезнь отнюдь не смертельная — по крайней мере, лёгкой смерти не несёт. Она будет жить — и в каких муках?

С другой стороны, вдруг это последняя возможность?

Вениамин тяжело вздохнул, направляясь в поместье.

— Вот этим промывать. Как можно чаще. Вот это — можно попить.

Маг делил травы на пучки и давал Рале. Та смотрела с ненавистью, но слушала внимательно. Как бы её отослать? Ему бы поработать с Като, не в присутствии же мощных волн негатива! Как убедить упрямую подругу, что Вениамин не ищет сомнительных удовольствий от больной и слабой, а так же испуганной и грязной девушки?

— Рала, боишься, что… мне нравится Като? Я здесь третий день, и, надеюсь, надолго не задержусь. Изголодаться не успел. Дома меня ждёт замечательная девушка, с которой, извини, ни Като, ни ты не сравнишься. Успокойся и оставь нас одних, мне надо сосредоточиться.

— В самом деле, Рала, чего ты? Не думаешь же на самом деле этого?

— Нет. Не думаю.

Девушка сердито фыркнула и вышла.

— Вот так, — Вениамин присел на кровать. — Дай руки. Расслабься.

Он заглянул в астральное тело. Узел, который проявился на физическом плане, здесь выглядел гораздо страшнее. Кроме воспаления, в него были накручены страх, боль и унижение. Это всё можно убрать, и он сейчас этим займётся. Девушке станет легче и физически, и душевно.

Проблема в том, что ненадолго. Издевательства хозяина вернут всё обратно. Можно, интересно, попросить, чтоб он помягче с ней обращался? Ну, результата не будет, скорее всего, его даже накажут. Но вдруг?

Медленно, с трудом он вытягивал отрицательную энергию, старательно пропуская в пространство. Только бы не задерживалась в нём самом. Девушка постепенно успокаивалась. Очищение шло всё легче для неё, и всё тяжелее для Вениамина. Нет, сегодня он сделать всё, что хотел, не сможет.

— Пока всё, сказал он, возвращаясь и выпуская руки Като. — Устал.

— Пришлось поработать на поле? — она говорила ещё равнодушно, но в голос уже забрался огонь, и, к сожалению, злость. — Непривычно, правда? Это тебе не болячки лечить?

— Я не лечу болячки. Говорил уже, не целитель, — он встал.

— Заметно.

— Като, я сделал тебе что-то плохое? — спросил он намеренно удивлённо.

Девушка замялась.

— Но ведь и ничего хорошего! Думаешь, вылечил — и всё? Скоро станет так же, как было.

— Понимаю, — послушно кивнул Вениамин.

— Понимаешь? — она скривила губы. — Ну конечно, ты, несомненно, был на моём месте.

— Вообще-то, так и есть.

— А, госпожа! — она расплылась в счастливой и донельзя ехидной улыбке. — Ну, каково?

— Пока предпочитаю плеть, — пожал плечами экзорцист.

— Дурак. Мне выбор никто не давал.

— А ты бы решила по-другому?

— Нет. Но я не мужчина.

— Ну конечно, — сказал спокойно экзорцист уже от двери. — Честь и гордость есть только у женщин.

В этот вечер обошлось без плётки. Видимо, хозяин всё-таки имеет приоритет. Вениамин смог частично восстановить силы за ночь.

Сразу после завтрака к нему подошёл слуга и велел идти с ним. Достаточно грубо. В чём дело?

Привели его на задний двор, где уже ждал хозяин.

— Это моя девка, ты что, не понял, тварь?

Вчерашнего дружелюбия не осталось совсем. Что случилось?

— Понял. Господин, — снова он чуть не забыл.

— Не смей больше её трогать. И не смей её отсылать.

Рядом стояла Рала. Её губы были равнодушны, но на лице угадывалась торжествующая улыбка.

Так, кажется, что-то становится ясным. Рала что-то выдумала. И маг догадался, что. Если про человека сказать что-то плохое и что-то хорошее, люди поверят плохому, даже если оно и менее логично и вероятно.

— Господин, возможно вы ошибаетесь. В том, что я делал вчера, не было ничего предосудительного…

Хозяин, договорив, развернулся и пошёл в дом. Что теперь будет? Снова плеть?

Вениамин не угадал. Его отвели к деревянному люку в земле. Подобие ступенек, выкопанное, или, скорее, выковырянное под ним, вело в темноту.

Магу велели спускаться. Он осторожно залез в землянку, но оглядеться не успел — люк захлопнулся. Холод и сырость буквально обожгли после летней жары снаружи. Зажёг огонёк и огляделся. Узкий колодец и ничего больше. Промозглый воздух подбирался к телу, ноги мёрзли уже до ломоты.

Ясно. Что-то типа карцера. Надолго?

В такой ситуации не особо думается. Да и простыть здесь можно. Наверняка.

Он сел на пол. Если даже медитация и не спасёт от пневмонии, то силы восстановить поможет. Здесь всё равно больше нечего делать.

Вениамин не знал, сколько просидел, пока люк вверху открылся. Пока он возвращался в тело, сверху его несколько раз окликнули, потеряли терпение и кинул что-то, похоже, горсть земли. Маг встал, отряхнулся и полез наверх. Чувствовал он себя гораздо лучше.

Яркое, свежее по-утреннему солнце ударило в глаза.

— Сколько времени прошло? — спросил у слуги.

— Сутки. Иди на поле.

Вот и хорошо. Обеда ещё не было, завтрак он пропустил. Как раз, наедаться после медитации не стоит.