Amargo - Хороший ученик

Глава 10

Ложась спать, я сомневался, что мне удастся отдохнуть. Перед глазами стоял вампир — сперва вежливый коллега, неизвестно как оказавшийся на службе Легиона, потом хищник, вздумавший поиграть с жертвой, а затем — очередной узел в ткани моей судьбы, случайно или нет возникший после видения с Олливандером. Однако уснул я быстро и проснулся лишь поздним утром, почувствовав, как через мои ноги переползает Мадими. Не успел я решить, стоит ли на всякий случай браться за оружие, как змея остановилась, заметив, что я уже не сплю и смотрю на нее.

— Я хочу извиниться, — сказала она. — Прости. Ничего не могла с собой поделать. Я их ненавижу, хотя сама ни разу не видела. Наверное, память крови — когда‑то они на нас охотились.

— Ничего, — ответил я. — Вчера мне пришлось с одним из них встречаться по делам.

— У тебя бывают странные дела, — заметила Мадими.

Выйдя в кухню, я увидел сокола, сидящего на перилах балкона. Жалея птицу, проделавшую такой долгий перелет всего за ночь, я пригласил ее внутрь, однако сокол только подобрался ближе к балконной двери, но в кухню не зашел. Тогда я предложил ему мышь, которыми кормил Мадими, и он с удовольствием принял угощение. Привязав к лапе написанное вчера письмо, я отослал птицу в Хогвартс и начал готовить завтрак.

Ин сообщала, что сможет приехать на час раньше — только не надо ее встречать, адрес она знает. Несмотря на это, без десяти три я аппарировал на международный вокзал, где полтора месяца назад встречал Тао.

Долго ждать не пришлось — в отличие от сестры, Ин была пунктуальна. Одетая в длинное черное пальто и черную мужскую шапку, она деловито вышла из портальной и, увидев меня, недовольно скривилась.

— Пап, ну я же просила… Думаешь, я бы заблудилась в ваших трех соснах?

— Дело не в этом.

— А в чем?

— В безопасности.

Зная мой пунктик, Ин предпочла его не комментировать.

По сравнению с Тао (а я всегда невольно их сравнивал, хотя знал, что это неправильно) Ин казалась гораздо серьезнее и строже как к себе, так и к окружающим. Если Тао любила выглядеть общительной и веселой, несмотря на интересы, сближавшие ее, скорее, с Риддлом, то Ин предпочитала производить впечатление человека, которого интересует только дело, переводя в категорию "дел" всё, что удостаивалось ее внимания. Она уже очень давно не рассказывала мне о том, что происходило в ее жизни, и сейчас я почти ничего не знал о теме, над которой она работала, есть ли у нее друзья, и чем она собирается заниматься в будущем.

Дома Ин заглянула в комнату, но входить не стала и уселась за стол на кухне. Она отказалась от чая и без предисловий перешла к делу:

— Ты хотел о чем‑то поговорить?

Я сел напротив, неожиданно чувствуя себя смущенным и даже пристыженным от того, что мы так редко общаемся.

— Да. В каком‑то смысле я хотел у тебя проконсультироваться.

— Очень интересно, — сказала Ин без иронии.

— Ты что‑нибудь знаешь об ископаемых вампирах? Только не то, что пишут в справочниках — это мне известно.

— Вампиры… — Ин откинулась на спинку стула. — Вампиры плохо изучены; разумные существа, к тому же хищники, доминантные в любой области заселения. — Она посмотрела на меня вопросительно. — Надеюсь, ты знаешь, что они хоть и называются ископаемыми, но пребывают в добром здравии до сих пор?

— Похоже, в Легионе я слышу об этом последним, — вздохнул я.

— А что конкретно тебя интересует?

— Для начала, почему они считаются вымершими.

— На самом деле то, что вид жив, стало известно недавно, лет двести назад или около того. Раньше им удавалось скрываться под землей, в пещерах… даже во льдах, на Северном полюсе. В общем, там, где темно и холодно — жить на поверхности им не нравится, хотя охотились они наверху. Но с какого‑то момента они больше не могли подниматься: людей стало слишком много, а вампиры хоть и сильные, но не бессмертные. Так что они сочли за лучшее окончательно уйти в подполье. — Ин усмехнулась. — Когда выяснилось, что вид сохранился, те, кто их обнаружил, решили не раздувать истерию. Кому нужна конфронтация? Вампиров не так много, и если бы они решили сопротивляться, мы бы их победили, поэтому они предпочли принять условия договора, на основе которого и сложилось сегодняшнее положение — они внизу, мы наверху, и никто никому не мешает.

— У них есть какие‑то необычные способности?

Ин помедлила с ответом.

— Я не видела вампиров живьем и не могу сказать ничего определенного. У них есть собственная магия, и для операций они не используют никаких посредников вроде палочек или артефактов. Чужую магию они не любят, поэтому редко охотятся на колдунов и магических существ.

— "Редко" в данном случае слово, вселяющее оптимизм, — усмехнулся я.

— Да, и еще никто не знает, как они размножаются, никто не видел их детей, — закончила Ин. — На эту тему могут быть какие‑то исследования, но поскольку я к твоему вопросу не готовилась, то и сказать ничего не могу. Если очень надо, я узнаю.

— Не надо. Забудь об этом разговоре. Мне теперь есть над чем подумать.

Я ожидал, что она спросит, не видел ли я вампира, но Ин молчала, осматривая кухню. Наконец, она встала, подошла к окну и выглянула на улицу.

— Тут уютно, — сказала она. — Вообще у тебя уютная квартира. Ничего лишнего — это хорошо. — Она повернулась, оперлась руками о подоконник и прыжком уселась на него. — Ты разозлился, когда мама не захотела пойти с тобой на вечер?

Вопрос застал меня врасплох, и я не смог быстро придумать, что сказать. Мое молчание Ин расценила как ответ.

— Тебе не нужно ждать от нее слишком многого, — произнесла она. — Вы и так самая крепкая пара из всех, кого я знаю. Большинство мужчин не выдерживают жизни с лисицами.

— Я не разозлился, — наконец, ответил я. — Точнее, если я и сердился, то только на себя. Не надо было ничего у нее просить.

Ин не ответила.

— А ты почему согласилась?

Я тут же пожалел, что задал этот вопрос, прозвучавший довольно грубо, однако Ин только улыбнулась.

— Это просто. Во–первых, я ищу спонсоров для нашей новой лаборатории. Пока она только в проекте, и нам нужны вложения. В Китае все гранты уже разобраны, а тут так удачно звонишь ты… Надеюсь, на благотворительном вечере у всех будет достаточно благотворительное настроение, чтобы подумать о более полезном вложении капиталов, чем эти ваши доходяги–колдуны. Ну а во–вторых, мне просто интересно посмотреть, как ты тут живешь.

Два с половиной года назад, вскоре после прибытия в Лондон, я посетил Клайва Пирса. Многие десятилетия Пирс был руководителем разведывательной сети Легиона в Великобритании, хотя в этой ипостаси его мало кто знал. Следуя за слугой–эльфом по коридору, украшенному портретами предков и картинами со сценами баталий, в которых эти предки, возможно, сражались, я чувствовал себя неуютно; построенный в середине девятнадцатого века каменный дом обладал тяжелой, давящей атмосферой, и хотя в нем жило довольно много людей, включая младшую сестру Трента с семьей, кроме слуги я больше никого не встретил. Эльф привел меня в просторный кабинет, вдоль стен которого стояли высокие книжные шкафы с непрозрачными стеклами, а на диване у окна сидел сам хозяин поместья.