Владимир Петько - Забытый мир

Интересно, подумал Ганнар о пустыннике, он тоже больше меня видит?

- Стоило ли подвергать девочек такому риску? - спросил он.

- А что об этом думает твоя госпожа? - не без ехидства спросил Рикарт.

- То, что она думает, мне не понять. Просто скажи, что, если бы этот змей схватил Катьку?

- А что, если ты схватишь ее? - из-под капюшона раздался приглушенный звук, обозначающий смех.

- Я человек, - недовольно ответил Ган.

- Думаешь, это говорит в твою пользу?

- А что, этот змей лучше человека?

Рикарт не сразу ответил, Ганнар почувствовал, как там, в сумраке капюшона его изучают невидимые глаза пустынника.

- Так, что сказала твоя хозяйка?

- Что никакой опасности не было, - поморщился Ганнар.

- Чего ты тогда ко мне пристал?

- Работа такая.

- Работа... - повторил Рикарт. - С такой работой тебе, наверное, часто руки ломают?

Ганнар не выдержал, рассмеялся.

- Один раз всего, и то, случайно.

- Ну-ну, - хмыкнул пустынник, - с твоей приставучестью случайно, что всего один раз.

- Ну хотели-то не один раз, просто выходило не очень.

- Я тоже с этим сталкивался, - сочувственно кивнул Рикарт. - Хотят многого, а как до дела дойдет... Скукотища.

Налетел новый порыв ветра, Ганнар подставил ему лицо, посмотрел на облака, идущие с запада.

- Больше не будет песка? - спросил он.

- Чем тебе песок не нравится? От него много пользы. От чужих глаз скрывает, например.

Ганнар вспомнил прозрачников, после встречи с которыми Рикарт и повел их через нескончаемую песчаную бурю.

- Эти стеклянные люди, они из Пустоши?

- Прикидываешь, с кем предстоит там встретиться?

- Да.

- Не мучай мозги, все равно фантазии не хватит.

- Ты бывал там?

- В Пустоши? Приходилось.

- И что там?

- По-разному.

Ганнар помялся, видя, что Рикарт не расположен говорить.

- Я просто хочу защитить леди Евгению.

- Ты ее не защитишь, - бесцветным голосом ответил Рикарт.

От недоброго предчувствия по спине Ганнара пробежал холодок.

- Лучше умереть, попытавшись... - начал он.

- Дурак, - устало перебил его Рикарт. - Это она будет защищать и тебя и остальных бронированных остолопов. Вы же так, за компанию идете.

- За компанию? - опешил Ганнар.

- Именно. Если бы она одна пошла, ну или с мелким отрядом, вроде твоего, все бы поняли, что она надеется только на свои силы. А когда идет стадо окованных кретинов, можно решить, что эти идиоты действительно думают покончить с врагами ударами рыцарской конницы, а значит можно не прятаться, да и вообще не сильно усердствовать в противодействии этим баранам.

- Все равно, лучше иметь хорошую охрану, - с сомнением сказал Ганнар.

- Почти десять тысяч? Для чего? От них, то есть от вас, одни проблемы, а толку никакого. Вспомни стеклянных людей. От тебя и твоего отряда может и есть еще какая-то польза, и то, в основном из-за амулетов, которые твоя хозяйка и сделала, а остальные могут воевать только друг с другом. Зато движение замедляют.

- Быстрее идти нельзя, кони и так еле держатся, - возразил Ганнар.

Из-под капюшона опять послышался смешок:

- Ну да, как я забыл. А подскажи, как ты на юге Намадии оказался, в тех джунглях людей, по меньшей мере, тысячу лет не было.

Ганнар вздрогнул от неожиданности. Слишком много этот пустынник знает. Хотя он и сам как-то там оказался, да и по Магову Языку как у себя дома разгуливает.

- Молчишь? - спросил Рикарт. - Правильно. В таких делах надо молчать и прикидываться дурачком. И лезть к остальным с идиотскими вопросами, словно всю жизнь в деревне прожил. Я тоже так делаю, мол, какие Линии, что за трансформирующее поле? Магия и магия, это же все знают.

Названий, произнесенных пустынником, Ганнар не знал, но смысл и без них понятен. Неслучайно, совсем неслучайно он так вовремя в городке контрабандистов появился. Знал, кого сделать обязанным себе.

Рикарт по-своему истолковал мимику Ганнара:

- Не бойся, - сказал он с иронией, - если меня спросят, я скажу, что и направление в пустыне только я могу взять, потому, что я отсюда, плоть от плоти этой земли. Демон, одним словом. А хозяйка твоя - обычная волшебница, хоть и добрая, ей такое не под силу, даже если бы захотела. То, что на нее и детей во время бури ни одной песчинки не упало - это тоже простецкое волшебство, никаких наслоившихся реальностей и диффузии физических констант. Я же простой бродячий демон, я и слов таких не знаю.

Рикарт развернулся и пошел к своему коню, снял седло и уселся на землю, копаясь в мешке. Из шатра выбежала переодетая Катька, подбежала к нему, тоже полезла в мешок. За ней вышла Женевьева и чинно направилась в том же направлении. Они словно родственные души, с неожиданной неприязнью подумал Ганнар, все время друг с другом. Где же хозяйка этих девчонок нашла? Зачем взяла с собой? Почему они без страха ко всяким монстрам лезут? Почему те их не трогают? Столько вопросов и ни одного ответа.

Из шатра вышла хозяйка, по ее взгляду Ганнар понял, что она слышала разговор. Он склонил голову, и леди потрепала его волосы. В таких делах нужно молчать, согласился он мысленно с Рикартом. Пустынник, тем временем, достал из мешка какие-то сушеные фрукты и меланхолично отправлял их один за одним в сумрак капюшона. Девчонки тоже взяли по кусочку, лица их кривились как от лимонов, но они продолжали жевать, смотря друг на друга сощуренными глазами и ежесекундно содрогаясь.

- Хочешь вкусняшку? - протянула леди Евгении свой кусок Катька. Лицо ее совершенно перекосило, один глаз закрылся, второй наоборот, выпучен.

- Спасибо, в другой раз, - сказала леди. - А то вдруг такой кривой, как ты на всю жизнь останусь.

- Зря, - сказал Рикарт, - после них никакая болезнь не пристает.

- Ценное качество, - согласилась хозяйка. - Но я умею лечить, так что не боюсь заболеть. Значит, мы сегодня выйдем из пустыни?

- Угу, сегодня выйдете.

- А вы?

- Мое место здесь.

Хозяйка помолчала, подбирая слова:

- Вы бы нам пригодились.

- Вы бы мне тоже, - усмехнулся Рикарт. - Только, как я помню, такая перспектива не вызывает у вас энтузиазма.

Леди Евгения мягко улыбнулась:

- Моральные принципы, будь они неладны. Пользы никакой, одни расстройства.

- Мне повезло, у меня их нет, - сказал Рикарт. - Хотя у меня много чего нет, не знаю, хорошо это или плохо.

- Если сравнивать с людьми, то хорошо, - буркнул себе под нос Ганнар.

Через час войско выступило, отощавшие кони, понурив головы, снова вошли в песчаную бурю, возникшую из ниоткуда. Ганнар в который раз попытался и не смог уловить перемену. Только что над ними сияло приветливое голубое небо с пушистыми облаками, обещающими влагу и свежесть, ветерок нес прохладу, и через мгновение в лицо сыпануло колючим, завертело вокруг, завыло сотней могильных голосов. Ганнар надвинул маску на конскую морду, натянул свою. Сгорбился, пытаясь закрыть все щели в одежде. Снова часы в этом иссушенном аду, слава Богу, что последние. Они выйдут из Магова Языка, незамеченные прозрачниками и их хозяевами. Выйдут в нормальный мир, с травой под ногами, с дичью на которую можно охотиться. В мир без гигантских змей и прочей гадости.