Миллер Лау - Талискер

Беатрис привыкла к режиму работы полицейских, поэтому нимало не расстроилась и не удивилась.

— Ладно, Сандро, значит, в другой раз. — Она чмокнула его в щеку и снова повернулась к сцене, где Майлз-Эскамильо звал всех смотреть на бой быков.

Прищурившись, когда яркий свет в фойе ударил по глазам, Алессандро позвонил Финну.

— Это инспектор Чаплин. Что случилось?

— Все, — возбужденно ответил Финн. — Масло наконец попало в огонь…

— Где вы? — нахмурился полицейский — журналист перекрикивал шум машин.

— Я выследил Талискера, инспектор. Я в «Дикон Брои». Знаете, где это? На Хай-стрит.

— Конечно, знаю. Талискер там? — Чаплин вручил номерок гардеробщице.

— Нет, снаружи, на другой стороне улицы. Кажется, он рехнулся. Говорит сам с собой. — Финну припомнилась их встреча в Данбаре. — Простите.

— Не важно, — рявкнул Чаплин, хватая пальто. — Буду через пять минут.

— Инспектор, — продолжал Финн, — произошло еще одно убийство.

Чаплин уже стоял на ступенях театра, застегивая пуговицы пальто. Снаружи выстроились такси, ожидая клиентов. Почти все водители заглушили моторы и курили или пили крепкий кофе. Воздух был напоен запахом бензина. Из театра доносились обрывки музыки, и инспектор не хотел верить тому, что говорит возбужденный голос Финна в телефоне.

— Что? Повторите.

Финн послушно повторил, и Чаплин замер на верхней ступени лестницы.

— О нет… О Господи. — Алессандро отодвинул телефон от уха. Неожиданно он понял, что его трясет.

— Инспектор, вы слушаете?

Чаплин собрался с мыслями. Почему-то его страшно расстроило, что именно Финн сообщил ему новость. Почему не позвонил Стирлинг?

Он снова поднес телефон к уху.

— Буду через пять минут. Никуда не уходите.

Чаплин садится в такси и смотрит в темное небо, а машина поднимается все выше и выше, к холму, на котором стоит замок. Алессандро не может поверить в то, что сказал Финн. Огромные хлопья снега пролетают мимо окна в волшебном танце, и Чаплину почти кажется, что он плывет над крышами домов. Инспектор откидывается на спинку сиденья и вдыхает спертый, тяжелый воздух, пахнущий дымом сигарет. Он не хочет выходить из машины. Не хочет видеть Талискера. Не хочет ничего знать…

С Малки трудно было спорить посредине улицы, когда мимо сновали люди, — Талискер все время забывал, что в этом мире призрак может общаться с ним телепатически. А на проклятого горца так хотелось накричать!..

— Тебе нельзя убегать, Дункан, — отчитывал он, встав перед своим потомком и положив руку на меч. — Нельзя уезжать из Шотландии.

— Слушай, это разумно… — Талискер умолк, когда молодая женщина на остановке поморщилась и отошла подальше от ненормального, который разговаривает сам с собой. — Это разумно. Малки, мне следовало поступить так раньше.

— А как насчет Сутры? Ты хочешь все бросить? — Малки пошел с козыря. — Как насчет Уны?

— Знаю, — вздохнул Талискер. — Я буду тосковать по ней, но… Малки, смотри! Вон там!

На улице, возле собора Святого Джайлса, метнулась темная тень. Те, кто видел ее хоть раз, признали бы тварь и на таком расстоянии.

— Значит, он снова тебя выслеживает? — прошептал Малки. — Как ты думаешь, он знает о твоих перемещениях?

— Наверное, — нахмурился Талискер. — Видел, где он стоит? Я пришел с другой стороны улицы. В прошлый раз он шел точно по моим следам, как будто у него не было выбора.

— Куда же он может стремиться?.. Ох, нет.

— Что?

— Городские палаты. — Малки ткнул пальцем в здание напротив собора. — Мэри-Кинг-Клоуз…

— Деме…

Оба мужчины, не сговариваясь, бросились к перекрестку, намереваясь предупредить сиду, но не успели и полпути пройти, как демон тоже пересек дорогу. Быстро промелькнув в свете оранжевых фонарей, он исчез в тени Городских палат.

— Идем, Малки. Мы должны предупредить ее.

— Подожди, Дункан… Смотри.

Возле палат стояла группа людей, перед которыми расхаживал высокий человек в театральном гриме с керосиновой лампой в руках. Помимо восьми-девяти «нормальных» людей, там был еще один актер — по крайней мере так решил Талискер, — в оборванной одежде средневекового вида и тоже с лампой. С такого расстояния нельзя было разобрать слова, но высокий говорил громко, чтобы слышала вся группа.

— Что они делают? — удивился Малки.

— Кажется, это называется «Прогулка с призраками». — Талискер постарался не засмеяться. — Он вроде сеаннаха — рассказывает туристам, что случилось на Хай-стрит сотни лет назад. Обычно под землю они не спускаются.

Противореча его словам, группа направилась к Городским палатам. Через секунду из-за угла донесся крик. Талискер бросился бежать, пытаясь выхватить из ножен несуществующий меч; затем, выругавшись, вытащил из кармана пистолет, припомнив, как мало он помог против твари в прошлый раз. Однако, добежав до угла дома, Дункан остановился. Люди смеялись.

— Не стоит бояться призрака старого Бурке, — донесся мужской голос. — Он заинтересовался бы вами, мадам, только если бы вы были мертвы.

Снова смех. Талискер обогнул угол, стараясь не показываться на глаза группе. Скорее всего его лицо демонстрировали в новостях, а замаскирован он был очень просто: шапка скрывала волосы, а шарф прятал нижнюю часть лица.

Группа собралась посреди площади, и другой актер, до того момента прятавшийся, прыгнул навстречу молодой женщине.

Экскурсовод продолжил замогильным тоном:

— Бурке был повешен на площади, и шериф приказал выставить его скелет в университетской Школе анатомии.

«Призрак» Бурке снова бросился к молодой женщине, которая послушно завизжала.

Малки неодобрительно посмотрел на экскурсию.

— Дункан, привидение ненастоящее. Этот здоровый парень их дурит.

— Все нормально, Малки. Они знают, что он ненастоящий. Просто развлекаются. — Горец явно был поражен, но промолчал. — Зато демон настоящий, и, думается мне, он отправился вниз. — Талискер указал на вход в подземелье — дверь была распахнута. — Идем.

Туристы слушали мрачную историю бедняги Бурке, и Талискер и Малки проскользнули в подземелье незамеченными.

Что-то приближалось, что-то ужасное. Деме посмотрела в черную пасть коридора, который вел к основной улице ушедшего под землю квартала. Ее внимание привлек не звук — шаги демона пока что не донеслись до ее слуха, — только какое-то ощущение, волна нестерпимого ужаса и страдания. Не видя и не слыша твари, она поняла, что ее ждет и кто послал демона. Бросившись в дальнюю часть комнаты, Деме порылась в вещах и вытащила драгоценный камень, поменьше, чем тот, который она дала Малки, и огненно-красный.