Андрей Прусаков - Проклятие Гунорбохора

Фран кивнул и скрылся за холмом, но через минуту прибежал:

— Морроны! Идут сюда!

Люди вскочили.

— Откуда идут? — спросил Улнар, чувствуя, что от его решения зависит их судьба.

— Со стороны реки! — выпалил охотник.

— Сколько?

Фран покачал головой:

— У меня стрел не хватит!

— Тогда за мной! — скомандовал воин. — Быстрее!

Похватав оружие, арны побежали. Улнар вел их навстречу врагу, скрываясь под склоном холма.

— Куда ты? — сдавленно крикнул мергин. — Они же нас заметят!

— Нельзя уходить от реки. Если они загонят нас в пустыню, мы умрем.

Улнар знал: даже если уйти незамеченными, чернолицые легко обнаружат их стоянку. И бросятся в погоню. Сейчас только Игнир поможет им… И собственные ноги.

Спотыкаясь, перепрыгивая через камни, люди бежали за ним. У них было оружие, но схватка с десятками морронов станет для измученных беглецов последней. В одном из походов Улнару довелось испытать излюбленную тактику морронов — гнать противника, изматывая наскоками и обстрелом издали. Много воинов погибло так, бесславно, под дождем морронских дротиков и стрел.

Дикий гортанный крик раздался сзади, затем справа. Все же выследили!

— Не останавливаться! Бежать!

Ноги подгибались, тело ломило от голода, но страх придавал сил. Люди бежали так быстро, как могли. Улнар оглянулся: так и есть, их обнаружили и гнали, как степную дичь.

Не скрыться, не спрятаться. Ни камней, ни деревьев — море трав вокруг…

— Все, я остаюсь, — тяжело выдохнул Фран. — Бегите!

Охотник остановился, выхватил стрелу и вскинул лук. Улнар замедлил бег. Он понял: не спастись. Так лучше умереть, сражаясь!

Чернолицые окружали их. Голоса морронов слышались отовсюду, над травой мелькали черные поджарые тела. Фран спустил тетиву, но не попал. «Почему они не стреляют?» — озираясь, думал воин. Мишени из незащищенных щитами и доспехами людей были превосходные. — Стоим рядом! — крикнул Улнар, понимая, что в конечном счете их действия ничего не изменят. Так или иначе, с потерями или без, морроны убьют и сожрут их…

Нарн затравленно завыл и бросился бежать, хотя бежать было некуда. Чернолицые слаженно кинулись наперерез. Взвились арканы — и опутанный человек упал в траву. Улнар видел, как к упавшему бросился долговязый моррон. Сейчас он вырежет и съест еще горячее сердце. Так они обычно делают с пленниками. То же будет и с ними…

Фран выстрелил. Моррон вскрикнул и повалился в траву.

— Сегодня у вас будет много мяса, — процедил охотник. Чернолицые приближались. Фран стоял плечом к плечу с воином и посылал в кочевников стрелу за стрелой. Ранил нескольких, но, к изумлению Улнара, кочевники не ответили стрельбой, а отошли и выжидали. Чего?

— Я им живым не достанусь! — процедил мергин и, прежде чем Улнар повернулся, бросился на меч. Окровавленное острие вышло из его спины.

— Стрелы кончились, — опуская лук, угрюмо проронил охотник.

— Я себя убивать не стану, — сказал Улнар. — Убьем пару черных тварей — умрем не зря!

Видя, что охотник больше не стреляет, морроны приблизились. Улнар различал боевую раскраску на лицах и сухих, поджарых телах. Еще ближе. Десять шагов…

— Прощай, друг! — не дожидаясь, пока раскрутят арканы, Улнар ринулся вперед. Уклонившись от петли, он отшвырнул ногой бросившегося наперерез моррона и вклинился в толпу врагов. Черный клинок мелькал с быстротой птичьих крыльев, раненые и убитые падали на песок. Улнар сражался с яростью обреченного, потому что нет надежды и некуда отступать. Он умрет под луной Игнира, с мечом в руках!

Морроны расступались перед ним и, убив нескольких, Улнар остановился. С ним не сражались — кольцо врагов окружило, но не трогало воина. Что они задумали?

Улнар увидел женщину. Высокую, чернокожую, с красивой маленькой грудью и покрытым ритуальными шрамами животом. Черные волосы ниспадали ей на плечи, на кончиках прядей висели цветные бусины и костяные фигурки. Из одежды на ней была лишь юбка из красной материи, едва прикрывавшая покрытые татуировками бедра и подпоясанная ремнем из змеиной кожи.

Она была вооружена. Длинное, окованное черным железом копье с бунчуком лежало на ее плече. Морроны молчали, и воин видел, как постепенно смыкается круг.

— Сложи оружие, воин, — сказала женщина на довольно сносном арнском, и Улнар не поверил ушам. Она знает язык арнов! Улнар знавал воинов из Братства, учивших язык нелюдей, чтобы допрашивать захваченных в плен морронов. Он и сам знал несколько слов, но чтобы морроны говорили по–арнски!

— Тебя не тронут, — голос ее был резок и властен, а глаза… Не раз смотревший в лицо смерти воин не смог выдержать взгляда немигающих желтых глаз. Это ведьма, клянусь Игниром, в смятении подумал Улнар, морронская ведьма!

— Я обещаю тебе жизнь, мое слово крепко.

— Почему я должен верить тебе? — рука воина, державшая меч, одеревенела от напряжения. Он очень устал. — Зачем морронам моя жизнь?

— Взгляни на своих друзей. Они живы, — женщина взмахнула рукой, строй чернокожих расступился. Улнар увидел пленников, привязанных к повозке. Живых.

— Пока живы. Пока вам не захочется жрать!

Все это ложь, колдунья хочет ослабить его внимание, а сзади накинут аркан… Он оглянулся, но ни один из морронов не приблизился, а от брошенного за десяток шагов аркана он увернется. Но зачем она говорит с ним?

— Лучше сожрите меня мертвым, чем живым!

Женщина расхохоталась:

— Ты храбр, арн, ты сильнее своих спутников, а мне нужны воины.

Что за бред она несет? Никто из арнов не служил морронам и не станет!

— Хочешь, убей меня! — женщина опустила наконечник копья к земле. — Вижу, хочешь… Попробуй. Тебе же нечего терять.

В ее словах звучала насмешка, но Улнар посчитал их бахвальством. Он знал, что у чернолицых женщины главенствуют над мужчинами и нередко сражаются во главе орды, отличаясь безрассудной отвагой и яростью. Но морроны не сильны во владении оружием, их козырь — хитрость и свирепость.

Улнар тряхнул мечом, повел плечами. Что ж, убить вождя и умереть — отличная смерть. Игнир будет доволен… Улнару не приходилось убивать женщин, но ведь она — поганая морронская ведьма!

Воин перешел в боевую стойку и атаковал, но морронка вскинула копье — и Улнар едва избежал встречного удара в грудь. Не останавливаясь, воин нанес серию ударов, но ни один не достиг цели. Чернокожая ловко уворачивалась, а копье парировало большинство его ударов.

В Братстве Улнар имел славу сильного бойца. А здесь, на глазах товарищей, не мог справиться с морронской бабой! Ярость кипела внутри, но он был опытным бойцом и умел ее контролировать, понимая, чем обернется единственная ошибка. Он искал слабые места противника, поражаясь легкими, грациозными движениями колдуньи. Что за стиль? У кого она училась такому? Никогда он не встречал подобного ей противника! Разве что тот эмон, ранивший его в деревне мергинов…