SeaFox - Абсолютно другая история или пусть все будет по-другому

Притирались мы к друг другу не долго. Ссор почти не бывало, обычно, если находила коса на камень, так это у мужской части семьи, но живя столько лет вместе, они уже знали, как ту или иную проблему решить. Если проблема была масштабной, то мое мнение не игнорировалось, у меня им интересовались, рассматривали все за и против, решали обычно сообща. А еще через пару месяцев, я почувствовала, что по утрам меня подташнивает, и я стала, как — то странно, реагировать на запахи. Семейный колдмедик Малфоев, которого вызвал Люц, случайно обнаруживший мое недомогание, постановил — двойня, и долго хихикал, глядя на совершенно обалдевшие наши лица.

— А что вы хотите, при такой совместимости, никаких ритуалов не надо, и детки сильными будут, — усмехался он, объясняя нам, как такое могло произойти.

Люциус оказался совершенно сумасшедшим будущим отцом. Видимо то, что в его роду давно уже не бывало больше одного ребенка, наложило на его реакцию и действия определенный отпечаток. Он был готов носить меня на руках, был согласен исполнить любой каприз и ходил за мной первые дни после того, как узнал о моем состоянии, как привязанный. Север обрадовался не меньше, но подошел к вопросу по — другому. На следующий день я застала его с книгой, в которой были собраны рекомендации и советы женщинам, находящимся «в интересном положении». После этого из меню исчезли все вкусные, но жутко вредные блюда, их заменили приготовленными на пару овощами, котлетками, рыбой. Когда я возмутилась, и указала, что вареные мясо и рыбу есть не буду, потому что ненавижу их вкус, то рыбу и котлеты стали готовить на гриле, без масла, а мясо стали тушить. По всему дому расставили вазы с фруктами, чтобы я могла пополнять меню витаминами и безопасно для здоровья перекусывать, если проголодаюсь между обычными приемами пищи. Мою любимую лабораторию от меня закрыли, и долго уговаривали, немножко, потерпеть, ведь всем извесно, беременным нельзя варить зелья, и нужно стараться поменьше использовать магию. Через месяц я напросилась в гости к брату, и вызвала на разговор Асторию.

— Асти, расскажи мне, чего можно, а чего нельзя, а то меня от всего отстранили, велели гулять и отдыхать, я так от скуки с ума сойду. На улицу меня одну не выпускают, в библиотеке рядом со мной твой тесть сидит, как привязанный, проверяет каждую книжку, которую я в руки взять хочу, на проклятия. Я скоро с ними свихнусь, чесное слово, я же еле от них к вам сбежала.

— Мио, ну конечно, Драко вел себя так же, это у них семейное. Ничего дороже детей и семьи у Малфоев нет и никогда не будет. Так что терпи, будущая мамочка, к концу срока мне приходилось подключать Гарри, чтобы получить возможность одной в саду погулять, все равно, ведь, за мной эльфы следили, так нет же и Драко должен был быть рядом.

Стоящий в дверях братец, услышавший мои жалобы, рассмеялся.

— Мио, сестренка, не расстраивайся, потом, как родишь, он на детей переключится, если это семейное, то Драко так и поступил. От него теперь, только семейный колдмедик страдает, его при малейшем чихе вызывают.

— Ну, слава Мерлину, как ты меня успокоил.

Забрали меня из гостей вечером очень недовольные моим поведением мужья, как же, я же днем не отдыхала. После нескольких не слишком сильных ссор, жизнь все же устаканилась, я со многим смирилась, они поняли, что перестарались и немного отпустили гайки.

Когда у нас родились близняшки — мальчишки, счастью мужей не было предела. Правда, как рассказывал Гарри, мои супруги, чуть дырку в ковре не протерли, так бегали по гостиной, пока я рожала, переживали, значит. Наследник рода Блэк Регулус Люциус Блэк и Наследник рода Принц Николас Северус Принц родились совершенно одинаковыми, во всем, кроме цвета глаз, Рег смотрел на мир синими, блэковскими, а Ник почти черными, характерными для Принцев.

Эпилог. И некогда нам оглянуться назад…

Жизнь налаживалась. В магическом мире Англии постепенно перестали вспоминать о Дамблдоре и его взглядах, построили первый приют, для сирот и маглорожденных, у которых родители или опекуны не смогли смириться с необычностью их деток. Многие законы, принятые во время негласного правления Дамблдора отменили, ужесточили и наказание за неисполнение Статута секретности. Магия усиливалась, мэноры росли, некоторые из них сливались, образуя новые земли, расширяя домен. А поскольку, усовершенствовалась техника маглов, то постепенно, маги собирались закрыться от обычного мира, образовав свой Английский магический домен, с несколькими выходами в обычный мир, для того, чтобы искать в нем новых магов, котрые будут там рождаться.

Мои супруги, через пару лет, после рождения близнецов, заговорили о том, что двое детей это мало, нужно — то было четверо. Я согласилась, и родились опять близнецы, Чарльз Гарольд Поттер и Игнотус Кадмус Певерелл, с ярко зелеными глазами, темными растрепанными волосами, и жутко любопытные и непоседливые, как их дядя. А еще через три года, совершенно неожиданно для нас всех появились на свет Лилиана Эйлин и Эвелина Дорея Блэк — Поттер-Принц — Малфой, платиновые блондинки с серебристыми глазами. Любимые дочки, которых, совершенно сошедшие с ума папаши, баловали и лелеяли, как никого из мальчишек. Особенно старался Люц, у него к тому времени был уже внук, Скорпиус Драконис Малфой, смышленый малыш, очень любящий своего дедушку, но дочки, да с еще такой чисто Малфоевской внешностью, заняли в сердце нашего супруга, поистине особое место.

Дети росли и учились, я согласилась преподавать зелья младшим курсам в Хоге. Старшим курсам остался преподавать Кристиан фон Илов, таким образом, мы немного освободили Северуса. До этого младших вел Илов, а старших — он сам. Отдел Тайн раскопал в Хоге, старинный храм, в котором были не только фрески, но и статуи, ходить туда на экскурсии стало возможным только через несколько лет, там ловушки оставались неразряженными, и их необходимо было обезвредить, на это ушло много времени. Люциус передал дела рода Драко, тот отбрыкивался, но отец был неумолим, а сам занялся текущими делами Принцев и Блэков, заседал в Визенгамоте и Палате Лордов, голосуя за троих сразу. Драко доверил отцу политику, с которой связываться не желал, в их семье этим был занят Гарри, частенько обсуждения повестки следующих заседаний между Гарри и Люцем происходили особняке Блэков.

Могу, сейчас, сказать, моя жизнь удалась, Я люблю и любима, вокруг меня те, ради кого я смогла начать менять мир. И я счастлива. Надеюсь, когда — нибудь, соберемся мы все, друзья — родственники, обремененные детьми, внуками, а может и правнуками, рассядемся за общим столом и устроим вечер воспоминаний, чтобы помнили дети наши, о том, через что пришлось пройти родителям, чтобы жизнь их была мирной и спокойной.