Наталья Лустина - Нечеловеческие хроники

Вампиры, азарии, хранители! Я до сих пор не берусь утверждать, от кого из этих кланов было больше проблем. Было принято считать, что от вампиров. Это стойкое заблуждение сохранилось до сих пор. Я никогда и никого не пыталась в чем-либо разубеждать. Лица «остановленных», снова чередой проходили пред моим взором. Одни смеялись, открыто издеваясь и бросая вызов своим презрением к нам, другие были печальны, многие были испуганы, затихая в момент осознания своего варварства и нагрянувшей внезапно расплаты.

Ужасней всего были воспоминания о новообращенных, которых обратили и бросили! Их искреннее не понимание, «за что?», приводило меня в бешенство! Хотелось убивать не их, а тех, кто их создал! Позже, под разными предлогами я добиралась до «создателей» и это была моя месть!

Однако, лица «приговоренных», не оставляли меня, и продолжали преследовать в моих кошмарах. Это было тяжелое сновидение-воспоминание о том, что я всегда старалась забыть, навеянное появлением Ревекки.

13 глава Батистен

Утро меня встретило ослепительной улыбкой Дария, пением птиц и восхитительным запахом кофе. Тени моих кошмаров еще были живы, они отражались в моих глазах, и это не прошло незамеченным.

— Кошмары? — спросил он озабоченно.

— Кошмары… — согласилась я.

— От кошмаров лучшее лекарство это хороший кофе. — бодро провозгласила Ревекка, протягивая мне чашку, с ангельской улыбкой.

Дарий помог мне устроиться, облокотив меня на себя, словно в кресле. Я взяла кофе и посмотрела по сторонам. Рядом со мной лежал цветок орхидеи.

— Дарий, — прошептала я с улыбкой взяв цветок и вдохнув его аромат, а затем нахмурилась, — ты уходил?

— Нет, — прошептал он мне на ухо, — это не я, но по моей просьбе.

— Как это? — удивилась я.

— Это я, — заявила Ревекка, устроившись рядом, тоже с кофе в руках, — Дарий разрывался в своих желаниях, и я решила помочь.

— Спасибо.

— Это тебе спасибо. — сказала она быстро.

— За что? — удивилась я.

— Моника сказала, что это ты остановила охоту на меня, когда у меня были не лучшие времена.

— Это было давно. — запротестовала я.

— Все равно, спасибо, — она улыбалась и выглядела искренней, — я даже не знала, что у меня есть такие друзья.

— Ну, я бы не спешила с выводами. — с улыбочкой съязвила я, все же довольная таким поворотом.

— А я и не спешу, дорога предстоит долгая, ваши планы я поддерживаю, так что мы всегда можем успеть разругаться. — так же с улыбочкой, вернула она мне «шпильку».

— Ясно, — ухмыльнулся Дарий, — скучно нам не будет.

— Меня беспокоит, что мы по всему своему пути будем оставлять кровавый след. — сказала я, выразительно глядя Ревекке в глаза.

— Если тебя это сильно смущает, — она в улыбке обнажила свои хищные зубы, — я могу воспользоваться диетой Дария, глядишь привыкну.

— Хорошо, значить смущаться я не буду. — заключила я.

— Я злобное, но благодарное существо. — сморщив хитрую рожицу, заявила маленькая вампирша.

Теперь расхохотался Дарий, из-за деревьев показались Маркус с Моникой, и Ревекка прошептала, подмигнув мне:

— Отличная у вас компания, странная конечно, но я вот подумала, может в этом пути, и я обрету свою половинку?

— Под этим солнцем все возможно… — снова процитировала я, понравившуюся фразу.

— Узнали что-то? — оживился Дарий, едва парочка приблизилась к лагерю.

— Думаю, что ты прав, Батистена надо искать не здесь. — ответил ему Маркус.

— На ловца и зверь бежит, так что мы обязательно найдем его, или он нас. — ничуть не расстроившись сказал Дарий.

— Батистен? — переспросила я, — Ты что, хочешь всех собрать?

— Всех незачем, а вот тех, кому мы доверяем, пожалуй, да. — неожиданно заявил Дарий.

Я не стала спорить, во всяком случае, сейчас. Что я могла возразить ему? У Дария, в отличие от меня был хотя бы приблизительный план дальнейших действий, чем я, в данный момент похвастаться не могла. Я просто не представляла, что делать дальше, а если это представление и оформилось, смутно, на задворках моего сознания, то я старательно продолжала прятать это знание, даже от самой себя. Сейчас я плыла по течению, доверившись своим близким, которые, словно договорившись между собой, давали мне ту передышку, в которой я остро нуждалась. Все происходящее было похоже на затишье перед бурей, с легкими всполохами и рябью, над темным омутом, в котором уже зарождаются события, способные перевернуть все с ног на голову, а может и наоборот. Мое представление о нормальности происходящего, сквозь призму восприятия Кати, не способно было охватить весь объем этой странной реальности, а вот стать полностью Дезирэ, у меня пока не получалось. Я сильно подозревала, что причиной этому является не что иное, как мое отчаянное желание продлить свое нахождение рядом с любимым в своей человеческой ипостаси. Как только придет полное осознание и ощущение себя, вновь облеченной силой и знанием, наступит конец, даже для видимости моей беззаботности. Беззаботность, за прозрачной завесой которой я прятала в данный момент всю меру ответственности, которая всегда была самым тяжким бременем и не только моим.

Мои размышления прервала Ревекка, лагерь был уже свернут и все готовы к продолжению пути, следующая возможность перекинуться со мной хотя бы словечком представится нескоро, видимо это и подстегнуло ее любопытство.

— Батистен, он вампир? — спросила она меня очень тихо, словно опасаясь быть услышанной.

— Возможно. — прошептала я.

— И это он та легенда, о которой столько рассказывают?

— Да.

— Ты знала его лично?

— Да, а что?

— Я смотрю, что ты довольно лояльна к вампирам. — тихо захихикала она, — расскажешь?

— Что? — не поняла я.

— О Батистене, какой он на самом деле.

— Сейчас? — удивилась я.

— Хватит там шептаться, — недовольно вмешался Дарий, подойдя ближе — нам давно уже пора выдвигаться.

— Позже. — Подмигнула мне Ревекка и направилась к трем огромным рюкзакам, взвалив один из них себе на спину.

— Ну, полетели. — с усмешкой сказал Дарий и взгромоздил меня себе на спину.

Мир для меня опять размазался сумасшедшей палитрой красок, я решила не издеваться над собой и, закрыв глаза, погрузилась в свои невеселые мысли.

«Почему Ревекка так заинтересовалась Батистеном?» размышляла я, «Хотя, чему я удивляюсь, он интересен многим».

Перед глазами стали четко вставать картины давнего прошлого, которые восстанавливала для меня моя длинная память.