Ольга Кузнецова - Девочка на холме

— Не стоит, — прошептал Тед, и я была вынуждена выпустить нож из рук так, что эльф легко подхватил его.

Затем его глаза внезапно начали теплеть. Как будто… оттаивать. Они становились не темнее, нет, — в них появлялось какое-то внутреннее свечение, тепло. В них больше не было той огненной злобы и ненависти, что сверкали до этого.

Мы стояли так близко, что при каждом выдохе мое тело касалось его, и это было так лично, так интимно, точно мы стояли, обнявшись.

— Я скучал по тебе, девочка.

Я сморгнула, и по моей щеке прокатилась огромная алмазная слеза.

…

В этом было что-то особенное — смотреть в бездонное озеро и думать о том, каково же там — на самом дне.

Подтянув колени к груди, я сидела у кромки берега и считала расплывающиеся круги на водяной поверхности. Тед сидел рядом, не проронив ни единого слова, но так мне даже было спокойней, будто он и вовсе моя тень.

Это была злая ирония судьбы: я здесь, в мире, о существовании которого не знала, а даже если бы и узнала, то просто бы не поверила. Я никогда не верила в сказки, во всю эту дребедень с волшебными порталами и существами с ледяной кожей. Но сейчас, когда это было так реально, в это было просто невозможно не поверить. Наверное, у меня разыгралось воображение: синеватая трава — на ощупь, словно шелк, розовое небо над головой и под ногами черная вода. Казалось, прикоснешься к ней — рассыплешься, точно пепел.

Постепенно я успокаивалась, и туго завязанный узел в моем животе расслаблялся. Приходило какое-то чувство, отдаленно напоминающее равнодушие, но мне было не все равно, нет. Мне просто стало спокойно.

Что же пряталось за спокойствием Теда, я теперь боялась даже предположить. Задумавшись о чем-то своем, он крутил в руках подаренный мне эльфами кинжал и смотрел куда-то вникуда. Лицо его ничего не выражало — разве что пустоту и отчужденность, и его глаза вновь стали такими — тусклыми, холодными. Но теперь я знала, что внутри него что-то было, а еще, что не все вещи такие, какими кажутся.

— Почему на воде все время всплывают эти круги? — осторожно спросила я, рискнув нарушить установившуюся тишину.

— Это Джереми со своими колоколами, — неоднозначно ответил эльф, не отрывая взгляда от тонкой линии горизонта.

— Джереми?

— Его утопил в этом озере собственный отец.

— Почему?

— Слышала когда-нибудь про "дитя любви"? Так вот Джереми как раз был таким, слиянием сердец его родителей, но Тени однажды убили его мать, и вместе с ней умерла и любовь, поэтому отцу пришлось утопить сына. Все меняется, когда Тени приходят. А если они получат чистую кровь, то станут непобедимы.

— Тед, но ритуал проходит ведь только в Самайн, — вспомнила я, — а теперь он прошел, и это значит, что пока мне ничего не грозит? — Не знаю, почему, но получилось так, что мое утверждение прозвучало как вопрос.

Уголки губ эльфа тронула еле заметная усмешка.

— Просто в Самайн твоя кровь имеет наибольшую ценность, но это не помешает им желать твоей крови прямо сейчас.

— Как вампиры, что ли? — удивилась я.

— Почти. Хуже, — добавил шепотом Тед, отчего я вздрогнула. Спасибо, друг, обнадежил, подбодрил и придал уверенности. Но, с другой стороны, разве правда — это не то, к чему мы все время рвемся? Хотела ли я, чтобы он солгал? Я не знаю. Теперь уже не знаю.

Я вспомнила, как задерживала дыхание и морщилась от отвращения тащившая меня тварь. Так оказывается, это она не могла себя сдержать, а не от меня так жутко воняло? Получается, в любой момент меня могли съесть, а я даже и подумать не могла об этом. Как там Дебора говорила? Я неиссякаемый эликсир. Забавное сравнение, если учесть, что я всего лишь человек, и все во мне конечно — особенно кровь. На всех ее точно не хватит, даже по капельке, хотя я скорее кинусь в озеро к этому Джереми, чем дам себя на растерзание этим омерзительным существам.

— Джереми, как и отец, был звонарем, — точно прочитав мои мысли, продолжил Тед, — а после его смерти в этой деревне уже никогда не пользовались колоколами. Они висят вон там — между деревьев, — эльф взглядом указал куда-то на восток, но я так ничего и не смогла разглядеть, — им уже много тысяч лет.

— Ты поможешь мне попасть домой? — внезапно сменила тему я и почувствовала, как в горле встал сухой ком. Да уж, тактичности тебе, Джинни, не занимать, хотя какая тут тактичность, когда стоит вопрос моей жизни?

— А что мне за это будет, девочка? — усмехнулся в ответ эльф. Я поняла, что он просто издевается, поэтому — не знаю, что на меня нашло — шутливо толкнула его локтем в каменный бок.

Меня раздражало это его фамильярное обращение ко мне. Можно было подумать, что он выглядел гораздо старше меня. Лет на пять, не больше. Ну, ладно, может и больше, чем на пять, но ведь я приняла его за школьника, когда впервые встретила на крыше. Неужели в нем что-то изменилось с тех пор? Или это что-то поменялось во мне?

— Я не дам тебе кусать меня в шею. — Не выдержав державшего меня с утра напряжения, я громко рассмеялась и очень удивилась, когда эльф присоединился ко мне. Не успела я опомниться, как он повалил меня на синюю траву, и я зажмурила глаза от бьющего в лицо малинового солнца, а когда вновь их открыла, то уже не увидела перед собой эльфа — совсем рядом от меня смеялся Тед — настоящий Тед, каким я его привыкла видеть. Тот Тед, которому я показывала свою комнату и который нашел меня в тумане. Тот Тед, который открывал мне все тайны. И впервые я видела, как он смеялся. По-настоящему.

— Но если только чуть-чуть, — фальшивым хищным голосом пробормотал он и в подтверждение этому клацнул зубами.

Мне было спокойней рядом с ним — с Тедом-человеком, а не с Тедом-чудовищем, который читает мои мысли. Так я чувствовала себя целой, не оторванной от жизни, потому что этот парень был всем, что связывало меня с реальным миром.

— Тед, почему здесь все такое странное? Небо, трава… Такое ощущение, будто я наглоталась какой-то дряни и вижу все в розовом свете.

— Все просто, девочка, — улыбнулся он. — Этот мир подстраивается под нас, под наши желания. Когда здесь жили только Тени, небо было черным и земля была черной. Их это устраивало. — Тед пожал плечами. — Мы тесно связаны с тем местом, где живем, с существами, мы связаны друг с другом. Тебе не понять эту связь, девочка.