Дмитрий Распопов - Клинок выкован

Подготовка была закончена за месяц и вот в собирающихся сумерках, где стоявшие люди и гномы плечом к плечу с красными повязками на руках, чтобы знать где свои, а где чужие, молча слушали мою речь.

- Товарищи! я стоял на постаменте, ощущая в странные чувства: смеси страха, волнения и восторга. Ведь то, что я собирался сделать, в этом мире ни делал еще никто.

- Сегодня решающий день. Именно сегодня решится судьба народа гномов и если некоторые из вас задают себе вопрос «почему я должен защищать гномов?», то ему не место ни в наших рядах, а тем более в партии. Для нас, для коммунистов, нет понятия расовой принадлежности, мы рассматриваем любого только как отдельную личность. Кто он, какой вклад он внёс в нашу жизнь или партию, чтобы мы судили или делали выводы по отношению к нему, но никогда не говоря при этом «он гном» или «он человек». Дела и только дела определяют принадлежность конкретного индивидуума к общему делу, а его цели и идеи найдут нашу поддержку. Сейчас вы видим, что соотечественники наших друзей и братьев стонут под гнётом капитализма и Совета старейшин, которые обрекли их на голодную смерть! Представьте, что именно вы и ваши семьи сейчас голодаете и сразу поймете, почему именно мы идём выручать наших друзей. Ни шагу назад вот наш сегодняшний девиз. Вперёд и только вперёд товарищи коммунисты!

Под гром аплодисментов, свиста и криков я спустился с трибуны и направился в сторону входа, который мы прорыли специально, так как старый был завален и в нём осталась лишь узкая щель, в которую за нами наблюдала стража. Конечно же всё было не так радужно, как я мечтал, так как многие просто отказались к нам присоединиться, но меня это мало заботило. Они еще пожалеют об этом, когда мы вернёмся с победой и тогда уже в партию будет вступить ой как не просто, так как если я получу доступ к ресурсам гномов .Лучше об этом было сейчас не думать и не делить шкуру не убитого медведя.

Просачивающиеся отряды во главе каждого был всегда один из людей или гномов вооруженный легендарным оружием, они быстро грузились на плоты, которые мы подготовили заранее и обезвредив стражу, устремились к столице. В условленном месте нас ждала разрозненная толпа молодежи, которая пугливо посматривала на кооперацию вооруженных людей и гномов, но быстрая раздача оружия и зачисление их в десятки отрядов, а также попутная раздача еды и серебра быстро примирила их с положением, когда ими стали командовать незнакомцы. Я приказал всем не щадить их, но и не гробить по напрасно, нужно было чтобы в революции участвовали не только люди, но и как можно больше гномов, поскольку именно им сейчас нужны были изменения, ведь если победят в ней одни люди это будет захват, а не революция, а мне этого совершенно не хотелось.

Распределяя и вооружая молодых людей, отряды направились каждый по своему маршруту, я же устремился ко дворцу, где отдельным флигелем стоял музей. Дойти мы не успели, внезапно улица озарилась светом, а на нас уставилась сотня копий.

- Похоже нас предали, - хмыкнул я, поворачиваясь к Дарину, который не захотел оставаться в стороне и пошел со мной, - ну что же, мы предполагали и этот вариант событий, хоть он и будет более кровавым.

Вперед вышел орк.

- Греми Эссвельтор.

Молнии, которые раз за разом выпускал орк из молота, делая замахи на хирд, разметали сначала переднюю линию щитоносцев, а потом добрались и до середины строя. Обожжённые, ослеплённые и оглохшие от моментального и страшного удара гномы стали отступать, стараясь поднять шиты и сомкнуть строй. К сожалению, для них привычная тактика дала сбой, так как молниям такая скученность была только на пользу и когда нубиец присоединился к орку, чтобы ускорить наш проход, от некогда грозного хирда остались лишь обугленные головешки и поплывшие куски металла.

Стараясь не дышать, мы прошли мимо и быстрым шагом направились ко дворцу. Где-то вдалеке раздались вспышки света, громкие крики, а также раскаты грома.

- Поторопимся, - я перешел на бег, - нужно будет усилить отряды, которые столкнулись с сопротивлением и самим раньше всех захватить дворец. Там будет самое ожесточенное сопротивление.

- Ну нас тут и так много, - хмыкнул Рон, покачивая в руке своё копьё. Почему-то едва зашла речь о сопротивлении гномов, он тут же отложил свои идеалы воина и быстро согласился использовать копьё, которое ему после битвы с кочевниками резко разонравилось.

Двери в музей были выбиты за секунду и забежав внутрь мы подсветили себе факелами постаменты. Я, беря в руки оружие, тут же передаривал его выбранным гномам или людям. Сопротивлялся только Круайдин, который начал недовольно брюзжать, чтобы его оставили в покое, но когда я отвернувшись от всех и тихо пообещал вынуть из него кристалл душ и вставить на его место другой, более послушный, он тут же заткнулся и дал себя подарить.

- Вы все знаете, что делать, - я обратился к своему немногочисленному отряду, - не щадите никого, кто оказывает сопротивление, но если сдаются, сразу прекращайте нападение и идите в другое место. Помните, старайтесь уничтожать только вооруженных гномов, тех кто без оружия старайтесь не трогать, если только не возникает угроза вашей жизни или жизни наших сторонников.

Посмотрев на спокойные и сосредоточенные лица своих ближайших соратников, я махнул рукой, давай приказ разойтись. Со мной остались только шаман с орком и Рон с Дарином. Четыре легендарных оружия в одном месте я посчитал достаточным аргументом в любой потасовке.

- Ну что же, а нам к королю, - я показал копьём в сторону дворца, - Дарин веди.

Гном рассказал нам о тайном проходе, прямо в тронный зал и спальню короля, так что мы собирались либо переманить короля на свою сторону, либо покончить с ним, пока этого никто из гномов не видит. В этом плане было много нюансов, главный из которых был в том, что гномы любили своего короля и если бы выяснялось, что убили его мы, к нам перестали бы восторженно относиться и возникла бы тень недоверия, так как постулат моих речей всегда был один «король хороший, бояре, ой то есть старейшины плохие». О том же, что король пусть и молча, но позволял гибнуть своему народу я предпочитал говорить только в кругу доверенных лиц. Гномы тяжело сопели, но соглашались с моими доводами, что король в какой-то мере тоже ответственен за происходящее.

Красоты гномьего дворца, красивые резные каменные потолки и колонны, все мелькало мимо нас, сейчас до восторгов просто не было времени, поэтому обойдя тайным путём все посты стражи, мы зашли в тронный зал, где за столом Совета сидело четверо старейшин с королём во главе и что-то горячо обсуждали.

Кивнув головой на двери из зала орку и шаману, я вылез из ниши и направился к столу.