Марина Котлова - Серая тень (СИ)

— Придётся тебе к нему привыкнуть, магические шрамы так просто не исчезают.

Васька покосился на то место, где совсем недавно была болезненная рана и с облегчением вздохнул. — Да хоть всего раскрасьте, главное, что больше не болит.

— Молодец, правильная позиция. И вообще, мужчину шрамы украшают.

Зея тихонько захихикала, а все присутствующие мужчины дружно закатили глаза, но комментировать слова Ксанки не стали. Только Стейф не смог сдержать своего исследовательского восторга.

— Это просто изумительно. — Прошептал целитель. — Это вот так вот можно каждого?

Волчица посмотрела на него как на сумасшедшего. — Не собираюсь я каждого облизывать, у меня язык не казённый. И потом, такое срабатывает только на том, с кем у нас связь.

Волчица чихнула и направилась к своей одежде. Мужчины быстро сообразили, что за этим последует и снова отвернулись.

Ксанка поправила рубашку, всё равно скоро в ванную идти и присела рядом с Васькой. Глазёнки мальчишки лучились благодарностью.

— Спасибо. — Он порывисто обнял девушку и тут же смущённо зарделся. А всё Хазеель виноват, и чего он подмигивает с таким довольным видом.

Целитель поцокал над исцелившимся мальчиком и судя по его загоревшимся глазам, он не оставил идею попробовать использовать целительские способности и оборотней в будущем. Служанка коротко поклонилась Ксанке и сказала, что велит принести в комнату поздний ужин. Хазееля опять никто и ни о чём не спросил.

Как только в комнате остался её хозяин и четверо гостей. Зея перестала изображать из себя недалёкую восторженность и впилась в Ксанку требовательным взглядом

— А теперь я слушаю.

— Что именно? — Осторожно спросила девушка.

— Ты прекрасно понимаешь, о чём. Когда это ты успела познакомиться с этим. — И дриада кивнула в сторону притихшего Хазееля.

— Понимаешь, Зей, это очень долгая история.

— А я никуда не тороплюсь.

— Ну, хорошо. Мы познакомились в тот день, когда меня убили.

После такого в высшей степени странного заявления в комнате наступила тишина.

— То есть, как убили? — охрипшим голосом проговорила Зея.

— А вот так. Мне было не так уж много лет, для того чтобы понимать, что вокруг оборотней творится что-то странное. Мы не были готовы, когда пришли они.

— Они?

— Каратели. Это слово я тоже узнала намного позже. А в тот день, я просто играла с мамой. А потом увидела их — отряд эльфов. Я не понимала, за что они убили маму, так же как не поняла, за что он ударил меня.

— Он?

— Эльф, глава их отряда. Я хорошо его запомнила. Особенно глаза. Я до сих пор вижу его глаза во сне. Он ударил меня в сердце. Я должна была умереть, особенно после того, как они подожгли наш дом магическим пламенем. Я и умирала, когда меня нашёл Хазеель, нашёл и вытащил с того света.

— Ты? — Глаза Зеи удивленно распахнулись. Теперь она смотрела на черноволосого эльфа совершенно другими глазами, и не только она одна. Васька не отставал в выражении эмоции, так что Хазеелю даже на мгновение смутился.

— Я никогда не понимал политики истребления. Когда Владыка отдал приказ об уничтожении оборотней, меня это возмутило. Я довольно резко высказался по этому поводу и меня не включили в карательный отряд, но следовать за ним по пятам мне никто не мог запретить.

— И ты спасал оборотней.

— Слишком мало. Меня одного было явно недостаточно, но я делал всё что мог.

— А мог ты явно немало.

Хазеель пожал плечами и с какой-то затаённой грустью и нежностью посмотрел на Ксанку.

— Мне жаль, что ты оказалась впутана во всё это. Я надеялся, что ты больше никогда не столкнешься с эльфами. Но видимо не судьба.

— Или наоборот — судьба. — Задумчиво проговорила Ксанка.

— О чём ты?

— Милея, видела моё будущее. Очень смутно, но видела. Я должна была пойти по этому пути.

— Хотя тебя всячески от него отговаривали. Недовольно пробурчала Зея.

Ксанка виновато улыбнулась.

— И что теперь? — Крип внимательно посмотрел на всех присутствующих в комнате. — Ксана, у тебя есть план? Ты ведь не просто так шла сюда. На самоубийцу ты не похожа.

Васька после этих слов поёжился и опустил взгляд вниз.

— Нет, не похожа. И план у меня один — выжить. Эльфы ещё сами не понимают, в какую ж… жизненную ситуацию их завело, но я очень быстро объясню им.

— О чём ты?

— Они не смогут разорвать мою связь с артефактом.

— Тогда они просто убьют тебя. — Взволновано проговорил Крип.

— Не думаю. Видите ли, в силу вступили материи, о которых даже эльфы говорят с придыханием, сколько бы ни кичились своим происхождением. Связь не разорвётся даже с моей смертью, она просто разрушит артефакт.

— Я ничего не понимаю. — Пробормотала Зея.

— Я говорю о пророчестве.

— Пророчестве?

— Да. Я долго не могла понять, почему посох отреагировал на меня, минуя необходимый обряд, а потом я поняла. Он отреагировал бы так на любого оборотня, если бы тот оказался в пределах его влияния. Так что Крип, сам того не желая запустил процесс исполнения пророчества. Я ещё не знаю какого, но то, что оно как-то связано с оборотнями, это совершенно точно.

— А картина то вырисовывается прелюбопытнейшая, — пробормотал Хазеель. — Я подозревал, что что-то тут нечисто, но что б настолько. И ты говоришь, завтра эльфов ждет сюрприз.

— Очень большой сюрприз, я бы сказала.

— Замечательно.

— А ты то чему радуешься, — Зея с подозрением посмотрела на эльфа, — это ведь твоих соплеменников завтра в лужу посадят.

— Давно хотел посмотреть на мокрых старейшин. — Довольно промурлыкал Хазеель, — и вообще, не порти мне настрой. Я можно сказать тут размечтался, а ты старательно возвращаешь меня на землю. Кстати, надеюсь никому не нужно напоминать, что о факте моего знакомства с Ксанкой не нужно упоминать?

Ту раздался стуку в дверь и, не дожидаясь, когда её пригласят, комнату вошла давешняя служанка, следом за ней в комнату проскользнули ещё две девицы. Они споро накрыли ужин на столе и, поклонившись, удалились. Файзия же, подошла к Ваське, поправила ему подушку, поставила на его колени индивидуальный поднос. Мальчик растеряно хлопнул ресницами.

— Тебе пора ужинать и отдыхать. И чтоб всё съел, я проверю. А то эти со своими разговорами, совсем ребёнка голодом заморят. — Пробурчала она, и вышла, провожаемая удивлёнными взглядами вышеупомянутых «этих».

С ужином довольно быстро было покончено и, девушки засобирались в сою комнату.

— Пусть Василёк остаётся у меня. — Хазеель подмигнул вспыхнувшему мальчишке. Нечего ему делать в бабьем царстве, ещё плохому его научите.