Магия обреченных - Клюева Варвара

– Эта работа не отнимет у тебя много сил или времени, – уверял лорд Хедриг. – Сотворишь пару защитных заклинаний и занимайся своей высокой магией, сколько душа пожелает. Можешь даже не появляться во дворце, если не хочешь. Просто будь поблизости, чтобы поспеть вовремя, если что-то пойдет не так.

Лорд, надо признать, не слишком погрешил против истины. Обязанности придворного мага оказались необременительными. И просьбу Мирама поселить его где-нибудь на отшибе владыка, хоть и неохотно, исполнил. В распоряжение мага отдали пустующую сторожку у задних ворот дворцового парка. Воротами и раньше почти не пользовались, а теперь и вовсе закрыли, поэтому Мирама беспокоили только слуги, которых владыка изредка присылал к нему с поручениями. Больше в этом глухом уголке парка никто не появлялся. Новый придворный маг и безо всяких ухищрений внушал нагорнам не меньше трепетного почтения, чем прежний.

Поэтому тихий стук в дверь, раздавшийся в сторожке среди ночи, изрядно встревожил Мирама. Если владыка послал за придворным магом в три часа пополуночи, значит, во дворце произошло что-то по-настоящему серьезное. Рука сама потянулась к айкасам, но Мирам тут же понял, что быстрее узнает правду, если просто откроет дверь. Не надевая штанов, он завернулся в плащ, подхватил светильник и выскочил в притвор.

За порогом стояли три темные фигуры в сгорнийских плащах. Тусклый свет ночника позволил Мираму рассмотреть только одного нежданного гостя – того, что стоял ближе. Внешность его была весьма примечательна. Черные с проседью волосы ниспадали на плечи широким капюшоном, глаза тонули в черноте глубоких глазниц, длинные черные усы свисали ниже подбородка, жилистая шея в вороте распахнутого плаща напоминала ствол старого, высохшего, лишенного коры дерева, а грудь… Грудь Мирам не рассмотрел, потому что взгляд его уперся в Красный айкас. Маг невольно отшатнулся.

– Не бойся, – сказал черноусый. – Мы не хотим причинить тебе зла, Мирам.

– Не хотите или не можете? – уточнил придворный маг с нервной усмешкой. – Поговаривают, будто убийцы лорда Региуса поплатились за свое злодеяние утратой Дара.

Лицо черноусого, и прежде не слишком приветливое, сделалось совсем мрачным.

– Это верно лишь отчасти. Но скажи: нам непременно нужно разговаривать на пороге? Может, пригласишь нас войти?

– Что ж, заходите. – Мирам посторонился, освобождая проход. – Не могу сказать, что польщен оказанной честью, но любопытство мне не чуждо.

Вслед за черноусым в узкую дверь протиснулся широкоплечий гигант, за ним проскользнул гибкий, как серпента, красавец с каштановыми кудрями и совсем юным лицом.

– Мне, разумеется, известны ваши имена, – сказал Мирам, проводив всех троих в комнату. – Но кто из вас кто?

– Я – Джинакс, – назвался черноусый. – Это Вайтум. – Он указал на гиганта. – А это Отрикс.

Мирам жестом пригласил троицу сесть на топчан, служивший ему кроватью, а сам устроился на единственном в доме стуле.

– Итак? – спросил он.

– Ты назвал нас убийцами, – начал Джинакс. – И назвал справедливо. Но – хочешь верь, хочешь нет – мы пришли к тебе, чтобы избежать ненужного кровопролития. Я и правда потерял Дар, но Вайтум и Отрикс – нет. С помощью Камня мы при желании легко смели бы все твои защиты и беспрепятственно проникли бы во дворец. Но уничтожение щитов может вызвать пожар или обвал, а нам не хотелось бы, чтобы кто-нибудь пострадал. Поэтому мы пришли просить, чтобы ты временно снял защиту. Клянусь, мы никому не причиним вреда. Только освободим Малиха.

Мирам хмыкнул.

– Спохватились! Сначала бросили его, раненого, на милость владыки нагорнов, которого едва не погубили. Потом выжидали больше года, хотя вашего товарища уже дюжину раз могли казнить. А теперь вдруг опомнились?

Глаза, смотревшие из глубины темных провалов, полыхнули гневом. Но Джинакс сдержался.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, – произнес он нарочито ровным голосом. – Я выполз из дворца, истекая кровью. К тому же у меня была сломана рука, а срастить кость я не мог, потому что потерял Дар. Вайтум с Отриксом, которые дежурили у ворот, едва держались на ногах. Удар, покалечивший меня, пробил их щиты и совершенно обессилил обоих. Они были на грани обморока, когда кое-как подлатали меня, чтобы я худо-бедно мог перемещаться. Нам просто не удалось бы вытащить на себе Малиха. А насчет того, почему мы так долго ждали… Ну да, мы боялись! Верховные лорды объявили нас чудовищами вне закона и в любую минуту могли открыть на нас охоту. Без Дара я не могу воспользоваться силой Красного айкаса. И передать его Вайтуму или Отриксу не осмеливаюсь, потому что тогда останусь совершенно беззащитным. А их магическое мастерство не настолько велико, чтобы пускаться в такое опасное предприятие без Камня. Кроме того, мы знаем, что владыка нагорнов пока не намерен казнить Малиха. Отриксу удалось подслушать несколько разговоров во дворце.

– И все же вы пришли, – задумчиво заметил Мирам. – Почему? Что изменилось?

– Ты сам знаешь: ходят слухи, что у всех у нас пропал Дар. Третьего дня приятель вызвал Вайтума по магической связи и сообщил, что Верховные лорды все-таки собираются открыть на нас охоту. Раньше не решались – боялись схватки с обладателем Красного айкаса. А как увидели, что мы не высовываемся, поверили в правдивость слухов. Я не знаю, удастся ли им уничтожить нас троих. Может, и удастся, если навалятся всем скопом. Но Малих уж точно станет для них легкой добычей. Мы должны вытащить его из дворца.

– Думаешь, это его спасет?

– Надеюсь. Во-первых, им придется сначала его поискать. А во-вторых, защитное поле Камня распространяется на тех, кто находится в телесном контакте с его обладателем. Другими словами, если Малих возьмет меня за руку, он будет в такой же безопасности, как и я… То есть в относительной безопасности, – поправился Джинакс. – Но для этого он должен находиться рядом.

– М-м… – Мирам пожевал губами. – А почему, интересно, вы рассчитываете на мое согласие? Я не слишком люблю убийц.

Джинакс вздохнул.

– Ну, вообще-то мы рассчитывали на естественное для сгорна отвращение к кровопролитию. Как я уже сказал, мы могли бы вломиться во дворец и без твоего согласия. Но предпочли сидеть тут с тобой, тратить время на уговоры – и все потому, что не хотим ненужных жертв. Если мы, убийцы, пожалели каких-то ничтожных нагорнов, почему бы тебе, благородному магу, не пожалеть беспомощного собрата, которого вот-вот растерзает свора Верховных лордов? Но если твое отвращение к убийцам перевешивает…

– Ладно! – решительно сказал Мирам, перебив его. – Ты меня убедил. Я сниму защиту. Но с одним условием. Вы найдете иной, чем в прошлый раз, способ проникнуть во дворец. У нескольких гвардейцев из числа тех, кого вы тогда обездвижили, остановилось сердце.

– Не думаю, что это произошло из-за наших…

Но тут могучий бас Вайтума заглушил голос товарища.

– Договорились, приятель. Я знаю один совершенно безопасный и гораздо более удобный способ незаметно попасть во дворец. Если Джинакс позволит мне подержаться за свой Камушек, я просто помещу весь тамошний народ во временное желе. Кроме Малиха, разумеется.

– Капсулирование в замедленном времени? Я слыхал о таком заклинании, но никогда не видел, как оно работает, – признался Мирам. – Кажется, оно и впрямь безопасно. А ты сумеешь?

– Конечно, – заверил его Вайтум. – Я бы и своими силами мог закапсулировать полдюжины бездарей, а с Камнем – хоть весь город.

– Ну хорошо, – сказал Мирам, доставая из-под рубахи айкасы. – Я снимаю щиты. Можете приступать.

Маги встали. Джинакс повернулся к Вайтуму и, не снимая с шеи шнурка, вложил Камень в руку товарища. Красный кристалл утонул в огромной ладони. Вайтум прикрыл глаза и зашевелил губами.

– Все! – объявил он три минуты спустя. – Можно идти.

– Идите! – благословил их Мирам. – Когда войдете во дворец, свяжитесь со мной. Я покажу вам, как пройти к Малиху. Иначе вы неделю будете блуждать.

Все трое молча кивнули придворному магу и вышли в ночной парк. Сторожка стояла довольно далеко от дворца, и Отрикс, взглянув на звезды, предложил поторопиться.